Чтение онлайн

— Быстрее! — приказал граф водителю, и машины рванули вперёд, взметая облака пыли под колёсами.

Когда они подъехали поближе, перед ними открылась картина хаоса и разрушения. Изуродованные остовы автомобилей были разбросаны по дороге и полю, словно игрушки великанского ребёнка. Металл был смят, стёкла разбиты вдребезги, обломки повсюду. Кровь тёмными лужами растекалась по земле, впитываясь в сухую траву. Казалось, что здесь прошла вечеринка с очень плохим концом.

На лужайке среди этого хаоса лежал Добрыня. Его руки были раскинуты в стороны, глаза закрыты. Рядом с ним стоял его автомобиль: полностью разбитый, но без единой пулевой пробоины.

— Добрыня! — раздался пронзительный крик матери. Она выскочила из машины и сразу бросилась к сыну. — Убили! Убили моего мальчика!

Граф же соскочил на землю, сердце сжималось от ужаса и гнева.

— Чёрт возьми, они убили моего сына… — прохрипел он, сжимая кулаки до побелевших костяшек.

Глядя на безжизненное тело, он внезапно осознал, что в погоне за властью и богатством упустил самое ценное в своей жизни. Глубокая боль пронзила его душу. «Кто же теперь будет решать проблемы семейного бизнеса? А хотя, Добрыня все равно нифига не делал», — пронеслось в его голове.

Граф отвернулся, пытаясь собраться с мыслями, как вдруг заметил водителя — того самого гвардейца, который вёз его сына сюда. Тот сидел в кабине разбитой машины и дрожал. Граф, кипя от гнева бросился к нему.

— Что здесь произошло?! — грозно выкрикнул он, схватив водителя за ворот рубашки так, что пуговицы затрещали. — Почему ты жив-здоров, а мой сын мёртв?!

Водитель поднял на него испуганные глаза: лицо его было бледным, а губы дрожали.

— Авария… — прошептал он. — Я… я такого ещё не видел.

— Какая ещё авария? — Валерий тряхнул его. — Как все погибли? Они что, сами друг друга перебили?

Внезапно раздался ещё один крик его жены. Валерий резко обернулся. Не теряя ни секунды, накинул доспех, схватил меч и бросился на звук.

Он подбежал к ней и застыл. Жена сидела на коленях рядом с Добрыней, её руки тряслись, но на лице сияла радость.

— Жив! Он жив! — повторяла она, глядя на сына с облегчением.

Добрыня приподнялся на локте и, заметив отца, улыбнулся озорной улыбкой. Он поднял руку и, указывая на него пальцем, весело произнёс:

— Ты следующий!

Отец растерялся. Его гнев и страх растворились перед неожиданностью происходящего.

— Что… что значит «следующий»? — спросил он, стараясь понять, что происходит.

Добрыня рассмеялся и лёг обратно на траву.

— Да не знаю, — отозвался он беззаботно. — Лежу себе, в небо смотрю, жду, когда такси подъедет. А тут мать выбегает, плачет, кричит: «Убили, убили». Вот я и подумал, что вы, наверное, решили, будто я мёртвый. Но такого точно не будет.

Отец почувствовал, как напряжение покидает его тело. Он выдохнул, не веря своему счастью.

— Ты нас до смерти напугал, сынок, — сказал он, подходя ближе и опускаясь на колени рядом. — Что здесь произошло?

Добрыня пожал плечами и сел.

— Ничего особо сверхъестественного: просто полицию жду, — объяснил он. — Я же свидетель аварии. Ехали мы спокойно, никого не трогали, а эти двое решили гонки устроить. Наперегонки, представляешь? Один не справился с управлением на повороте и влетел в столб на полной скорости. Как результат, машина в лепёшку.

Отец огляделся вокруг. Теперь, при ближайшем рассмотрении, всё выглядело именно так, как описывал сын: разбитые машины, следы торможения на дороге, вмятины на столбе.

— Но… твоя машина? — спросил он, показывая на искорёженный автомобиль сына.

Добрыня вздохнул.

— Водила пытался увернуться от них и съехал в кювет. Хорошо, что скорость была небольшая, и мы отделались парочкой царапинами. Мужик просто до сих пор в шоке, бедняга.

Мать обняла сына, крепко прижав его к себе.

— Слава богу, ты жив и невредим, — прошептала она, слёзы радости потекли по её щекам.

— А с остальными что? — отец всё же начал сомневаться.

— Один, возможно, его друг, в тот же столб въехал следом, за компанию. А другие засмотрелись на это шоу, и улетели с обрыва. Надо поискать где-то там внизу их машину.

— Но с той-то машиной что? — граф чуть не поперхнулся.

— Ты про ту, что в смятку? Её фура сбила: тормоза, наверное, отказали. Там где-то даже след вроде есть.

— Судя по следам, она километра четыре тормозила, — произнёс Артур тихо, словно размышляя вслух и приближаясь к брату.

— Не знаю, может, груз был слишком тяжёлый, — Добрыня пожал плечами. — Или педаль тормоза отказала.

Он встал, отряхивая пыль, бросил быстрый взгляд на Артура.

— В общем, у меня ничего интересного, — произнёс он с показным безразличием. И, повернувшись к отцу и брату, скрестил руки на груди и с лёгкой насмешкой спросил: — А вы тут как? Не хотите рассказать? Или опять секреты государственного масштаба?

Добрыня медленно положил тяжёлую руку на плечо Артура и, прищурившись, тихо добавил:

— Как, к примеру, имение потеряли? А? — улыбка на его лице была недоброй, в глазах мелькнуло что-то опасное.

Артур почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он обернулся к отцу с мольбой в глазах.

— Мне кажется, он только что помял мой артефактный доспех, — прошептал он.

Добрыня усмехнулся, но в его усмешке не было радости.

— Я тебе сейчас шею сверну! — его голос громом прокатился по полю. — Сколько раз я спрашивал, всё ли здесь в порядке, а вы мне что отвечали? «Шашлыки жарим на заднем дворе!» Да уж, такой шашлык, что там остались одни руины…

Он бросил гневный взгляд на отца и брата, и его лицо потемнело от ярости.

— Нам надо серьёзно поговорить, — продолжил он сурово. — Вам придётся ответить на несколько моих вопросов, и я очень прошу в этот раз не врать. Если, конечно, вы умеете это делать.

Отец отступил на шаг, поражённый таким напором.

— А это, вообще, кто? — подумал он про себя. — Вроде Добрыня, но ведёт себя как-то странно… Может, его подменили? Или это результат его протеиновых коктейлей?