Чтение онлайн

Сбросил остатки одежды с себя и подойдя к краю, остановился около разведённых ног девушки. Провёл пальцами по влажной коже, заставив её застонать и двинуть бёдрами. Коснулся входа во влагалище. Надавил. Помассировал, заставив её снова застонать. И наконец, вошёл внутрь.

Через несколько десятков движений, каждое из которых приводило к стону, опустил руки на её грудь и сжал пальцами соски.

— Что ты там говорила про боль?

Та подняла веки, уставившись на меня почти полностью расфоксированным взглядом. Тихо прошептала.

— Что?

Я сильнее сжал пальцы, сдавливая соски.

— Про боль.

Выкрутил соски и девушка выгнулась, оглашая комнату настоящим звериным воплем. Стоило их оттянуть, как повторилось то же самое.

Как скоро выяснилось, шлепки по груди вызывают у неё приблизительно такой же эффект. Как и масса иных, более тонких способов причинить женщине боль, одновременно с этим даря наслаждение.

Впрочем, на мою долю последнего тоже с лихвой хватало. Когда мы закончили и я выбрался из душа, то невольно прислушался к ощущениям внутри собственного разума и тела. Странное чувство. Как будто я впервые, по-настоящему потрахался в этом мире.

Минут десять мы провели, лёжа в постели. Но потом всё же вернулись в основной зал. Как ни крути, это была вечеринка для всей команды. А судя по тому, что я чувствовал, они уже были близки к тому, чтобы набраться.

Не сказать, что моё присутствие заставило их изменить планы, но темпы поглощения алкоголя несколько снизились. В основном из-за того, что Салвец прекратила поднимать тосты за храбрых легионеров, что прошли Африку, вспоминая их всех по именам. Дело то, оно, конечно неплохое. Но если опрокидывать в себя порцию виски каждые четыре минуты, надолго ресурса организма не хватит.

С третьей попытки, мне удалось перевести тему на более позитивную — обсуждение того, чем все займутся после того, как мы закончим с освобождением и приведением в порядок обоих миров. Конечно, я мог бы просто использовать силу и заставить их быть позитивными. Но сделать это без помощи своих способностей, показалось более правильным.

Закончили мы около двух часов ночи, когда ожидающие водители отвезли нас в офицерскую гостиницу для командированных, где я решил временно разместить отряд.

Проснувшись от того, что кто-то щекочет мою грудь, я с лёгким удивлением открыл глаза. Это оказалась Ранна, которая водила подушечками пальцев по коже, задумчиво рассматривая меня. Увидев, что я открыл глаза, чуть отпрянула назад.

— Ой. Я тебя разбудила, да? Извини, я не хотела.

Зевнув, я потянулся и глянул на часы. Раннее утро. Повернув голову, уточнил.

— А ты сама, чего не спишь?

Та смущённо хлопнула глазами.

— Ну… Я в туалет вставала… И новости глянула. А потом уже заснуть не смогла. Ждала, пока ты сам проснёшься.

Схватив со своей тумбочки телефон, спешно протянула его мне.

— Сам посмотри, что там пишут.

Взяв у неё аппарат, просматриваю новостные ленты. Новости оказываются не настолько острыми, чтобы немедленно меня будить и бить тревогу, но видимо достаточно волнующими, чтобы отбить у девушки желание продолжить сон.

Из действительно важного — император ещё раз заявил о том, что каждый легионер и одарённый будет защищён от моего воздействия. А вот преторианцев из всех пограничных с Северной Африкой провинций отзывают. Якобы я нашёл способ как сводить их с ума и убивать. Но скорее всего, иномирец просто бережёт свою армию.

Всё остальное — шелуха и штампы, предназначенные для обработки внутренней аудитории. Взвейтесь, да развейтесь. Мы всех победим. Правда за нами. И прочие шаблоны, которые вбивают в головы людей, если тем приходится терпеть бедствие или вовсе умирать.

Пролистав новостную ленту и изучив десяток почти однотипных материалов, возвращаю аппарат Ранне. Когда та снова поворачивается к тумбочке, шлёпаю её по заднице и быстро отправляюсь в душ, пока та не воспользовалась моментом, набросившись на меня. Потому как, вспышка возбуждения после жёсткого контакта моей ладони с кожей ягодицы, была уж слишком мощной. А у меня ещё целая груда дел.

А начать я решаю с ответного обращения. Раз иномирец всё равно выставляет меня главным врагом Рима и раскрыл все секреты, то нет никакого смысла прятаться в тени. Никаких бонусов это мне всё равно не приносит.

Одевшись и объяснив Ранне, что времени мало, поэтому новый оргазм она получит только вечером, отправляюсь к выходу.

Печально и с негодованием поглядывающая на меня клиентка догоняет уже в холле. Шагая рядом, тихо отмечает.

— Раньше ты был не такой сдержанный.

Покосившись на неё, невольно усмехаюсь, из-за чего она моментально хмурится и заливается краской.

— Мне нужно захватить мир, уничтожить неведомую сущность из-за Грани и придумать, как изменить его структуру, без океана лишней крови. Как думаешь, это предполагает наличие какого-то планирования?

Взгляд у неё по-прежнему недовольный, но синеволосая всё же согласно кивает. А я развожу руками.

— Вот видишь. Именно поэтому, снова тебя трахнут только вечером. Или ты бы предпочла, чтобы я променял твою задницу на жизни половины населения Земли?

На её лице появляется выражение вполне искреннего возмущения, которое сразу прорывается наружу.

— Это нечестно. От того, что ты на полчаса отвлечёшься, мир не рассыпется на части.

Качнув головой, уточняю.

— Во-первых, это может затянуться и на час. Или на два. Забыла, что ко мне вернулись все ощущения? Соблазн получать наслаждение присутствует постоянно. А во-вторых, заложи ещё час на восстановление концентрации. Итого, почти четверть активного времени суток.

Сделав выразительное лицо, добавляю.

— Согласен, ты права. Речь всего лишь о четверти населения Земли. А ими можно и пожертвовать, да?