Чтение онлайн

— Я вижу результат, как бы плох он ни был, и советую вам подумать над самыми трудными моментами. — начал он рассказывать, показывая наши ошибки. — Корвин, ты теряешь время на кольцах. Раскачивайся резче. Алекс, механизм. Ты всё ещё пытаешься прорваться нахрапом. Нахрена там такой рывок, если они двигаются одинаково. Представьте, что это танец, и танцуйте его, вы еще удивитесь, каким он окажется легким через неделю.

И он был прав, мы проводили на полосе препятствий всё время до самой ночи, на второй день вся группы прошла по нормативу, как и наши соперники на соседней полосе. Тогда нам усложнили проходку. Теперь вся группа должна была за один раз пройти полосу, и уложиться в норматив.

На четвертый день мы и это сделали.

Тогда нам добавили наши любимые костюмы с половиной веса от того, что был на марш-бросках. Да так что в итоге на шестой день, группа проходила полосу с результатом меньше трёх минут на брата, в сегодня в седьмой день, у нас случился настоящий экзамен. Без грузов, но тем не менее, мы должны были создать настоящую бесконечную змею, передвигаясь по полосе друг за другом, не ломая ритм и не совершая ошибок и так в течении четырех часов, что при учете среднего времени в три минуты, давало нам возможность пройти полосу по восемь раз. Главное не наложать.

— Начинаем через пять минут, — объявил Рик. — Обсудите план. Кто идёт первым, кто последним. Распределите роли.

Мы собрались в круг. Дарн, взял слово первым.

— Корвин, — позвал меня Дарн. — Ты вчера прошёл быстрее всех. Две минуты десять секунд. Скажи, как нам лучше распределиться?

Я задумался. Вчера я действительно побил рекорд и сделал это очень быстро, даже быстрее самого шустрого из нашей группы.

— Талир идёт первым, — сказал я, обдумывая схему. — Он быстрый, покажет темп. За ним ты, Дарн. Ты пойдешь чуть медленнее, но в том же ритме. Дальше идут Серг, он лёгкий, Алекс. Остальные идут за ними. В конце пусть идёт Рольф, он тяжёлый, ну а замыкаю я. Сойдет?

Они переглянулись. Дарн кивнул.

— Логично. Давайте так.

Рик хлопнул в ладоши.

Талир встал на старт. Он сделал глубокий вдох, разбежался и рванул к стене. Перемахнул её одним движением, прыгнул через ров, не замедляясь. Механизм с балками его не задел, он проскользнул между ударами, как тень. Брёвна прошёл быстро, кольца пролетел за считанные секунды. Финишировал за одну минуту пятьдесят восемь секунд ставя новый рекорд сразу и тут же оббегая к нам, для нового старта.

— Отлично! — крикнул Рик. — Следующий!

Дарн пошёл вторым. Он был медленнее Талира, но мощнее. Механизм его задел, вызывая вздох всех нас, но он устоял. Брёвна прошёл методично, кольца преодолел, напрягая каждую мышцу. Две минуты двадцать секунд.

Серг прошёл за две минуты пять секунд. Алекс за две минуты пятнадцать. Остальные прошли хорошо, как по маслу, и я как завершение, чувствуя на старте хлопок по плечу стоящего сзади и дожидающегося своей очереди Талира.

— Давай друг! — азартно шепнул он мне, и я начал и уложился в две минуты ровно

— Двадцать восемь минут сорок секунд на круг, — объявил капрал, поднимая руку. — Уложились. Хорошо. Продолжаем забег!

Мы прошли полосу ещё раз. И ещё. И ещё. Каждый раз время улучшалось. Тело запоминало движения, мышцы работали автоматически. К концу дня я прошёл полосу двенадцать раз. Каждый раз без единой ошибки. Время стабилизировалось на двух минутах ровно.

Остальные тоже показали прогресс. Талир разогнался до одной минуты пятидесяти секунд. Дарн сократил время до двух минут десяти. Даже Рольф, самый медленный, уложился в две минуты тридцать.

Когда мы закончили, солнце уже клонилось к закату. Мы стояли перед Риком, в строю, довольные измученные, но, наверное, счастливые как никогда, во всяком случае я не помню такого, чтобы радовался собственным мукам, хотя как сказать, когда вошел в ритм, усталость и всё остальное перестало меня беспокоить, мне кажется, я даже с закрытыми глазами теперь пройду эту полосу. Капрал смотрел на нас с чем-то похожим на гордость.

— Вы справились, — сказал он. — Двенадцать прохождений, ни одной ошибки. Это результат. Вторая группа тоже справилась.

Мы взорвались радостными криками. Кто-то хлопал соседа по плечу, кто-то просто упал на землю, смеясь. Алекс схватил меня за руку и потряс её.

— Мы сделали это! — кричал он.

Леви вышел на плац, когда мы собрались все вместе. Он посмотрел на нас, и в его глазах мелькнуло что-то вроде одобрения.

— Обе группы показали результат, хороший результат. — объявил он. — Завтра я объявляю вам выходной. На территории есть солдатский квартал. Там бани, таверны, лавки. Если у вас есть деньги, можете потратить их. Если нет, там действует система кредитов для солдат. Но вы заслужили этот день. Вы показали, что можете работать в команде, что можете заставить себя идти дальше, когда тело кричит остановиться. Это важнее любого норматива. Свободны. Вас ждет ужин и отбой

Мы дружно пожрали и разошлись по казармам. Настроение было приподнятым, все говорили о завтрашнем дне. Кто-то планировал пойти в баню, кто-то в таверну, кто-то просто хотел поспать весь день.

Я сел на свою койку, закрыл глаза и выдохнул. Две недели. Прошло всего две недели, а я уже забыл о том, что было в прошлом. Мне казалось, что это тянется уже бесконечно. Дядя, Мирра, Вейраны и дикари, всё это осталось где-то там, за стенами казармы, совершенно в другом мире.

Неожиданно возникла смешная мысль, а ведь я попаданец! В конце то концов, пусть и не совсем стандартный и являюсь личностью, сложенной из двух других, но сам факт то отрицать бессмысленно. Я помню Землю, другую планету, хоть сейчас могу поднять проект на Джанго или что еще банальнее, сделать кучу других вещей, которые я привычно делал там, на другой планете.

Как писали в книжках, стоит попаданцу оказаться в другом мире, так и все, пиши пропало, он и королей нагнет и эльфов научит из деревянных РПГ стрелять магическими фаустпатронами. А уж про прогрессорство я молчу. А что в итоге? В итоге я сижу в казарме и думаю о том, пойти завтра напиться или заняться другим делом. Вот и всё мое попаданчество, единственное, что я за все это время сделал, чувствуя себя попаданцем, другим человеком, так это раз пять спас Лео от смерти, а потом и Корвина, то есть себя. Нда. Дела.