Чтение онлайн

(его здесь делят,

чтоб враг был ...

при своих паях)

И шовинисты всех мастей

Шакалами

И зло, и живо

Россию-матерь

Окружили

И - рвут на множество

Частей...

А в пир чумной

Втравили их

Москва - и жулики, и воры –

И Петербург... –

Содом с Гоморрой –

Предатели среди своих.

Когда в двенадцатом дома

Москвы

Французом полонились,

То русские не поленились

Столицу сжечь...

И нам ума?

Не занимать

Чтоб заявить:

«Бес по России ныне катит.

Неужто

Духу нам не хватит –

Змею в пути остановить?..»

Девяносто третий (экскурс в будущее)

Опять из мачехи - Москвы

Мозги забить

Словесным сором

Спешат, вещая:

«Вас - «сто сорок»,

А нас - лишь «семьдесят» -

Увы».

Не россияне мы. О, нет!

Мы русскими

В России были.

И мы об этом не забыли.

Мы есть.

И через тыщи лет

Мы - будем, будем на земле.

Великорусским

Слава датам.

О них

Должны узнать в Кремле

Сыны Сиона, что сидят там.

Так не пора ли нам сказать:

«Мы думаем.

Мы твердо знаем.

Мы собственное

Взять дерзаем,

А нас

Стремятся наказать?

И, разжигая давний спор,

И попирая нашу веру,

Бейтаровцы из БэТээРов

Расстреливают на в упор.

И убивают нас тайком,

Пока народ

Бездумно-мшистый,

И объявляют нас фашистами,

Чтоб подвести

Под свой закон.

А те,

Кто служит им за страх,

А те,

В ком не гостила совесть

Нас,

Ни о чём не беспокоясь,

Сожгут

В печах и на кострах.

Они к нам, ненависть тая,

Пылают

Аномальной страстью,

Их бездуховность,

Злa напасти

Приходят на «круги своя».

Народ предавший –

Офицер

За президентскую подачку

Наивных,

Веривших в удачу...

Берет на танковый прицел.

Забыл, сжигая нас огнем –

Нигде не скроется –

Найдется.

И отвечать ему придется.

Мы, люди, знаем и о нем,

И о других...

И о других,

Глушащих смехом

Жертвы стоны...

В реке пусть

Камень горя тонет,

Но по воде идут круги.»

... Уйдут в страну,

Но не сомкнутся

Над головами навсегда,

Когда убийцами столкнутся

Мальчишки в омут без суда.

Мы в Белом Доме

Под окошком,

Мы - на полу! Мы – за стеной…

Чуть снайпер нас

Не укокошил –

Пропела пуля за спиной.

Мы – это он, малец,

Что зенки

Таращит на ОМОН тайком.

Мы - это я,

Из «мира зеков»

Мальчишка,

Ставший мужиком.

За нами женщина –

Безмолвно

Взирает в серый потолок.

Младую душу демон черный

Схватил и в бездну уволок.

Сей демон

С мордой демократа

На деле - необольшевик,

Всю жизнь сидел

В партаппарате,

И жрать,

И властвовать привык.

А дальше -

Фронтовик убитый -

Он до Берлина путь прошел.

Теперь же смерть

От рук бандитов

В Москве, спасенной им,

Нашел.

Теперь ему пробитым телом

Ни стыд, ни боль не ощутить.

... Мы конституцию хотели

От жадной власти защитить

(от новоявленных вампиров

сиротской милости не жди...)

Призвали нас к тому

Анпилов,

Руцкой

И... прочие «вожди».

Они красиво говорили –

Но про свое...

И про свое...

И кашу круто заварили.

Да нам расхлебывать ее.

В словесном шорохе и гуде

Мы верили

И... верим им.

Слепа доверчивость и губит

Обманным призраком своим.

Руцкой посажен –

Сердце сжалось –

Беднягу надо пожалеть...

О, непростительная жалость!

Ему - болтать,

Нам - околеть.

Жизнь - «домино»,

Нам дали «пусто».

Ему же слава и почет.

Его посадят и... отпустят.

И каждый день

Пойдет в зачет.

Непотопляемый –

Над нами,

А мы - очередная рать.

Поставят под чужое знамя,

Как в цирк,

Погонят умирать.

Сидим.

Мотаем нервы-жилы,

Распяты «новым октябрем».

Мы не умрем,

Мы будем живы,

А будем живы - не умрем.

И, словно снег в апреле,

Тает

На лицах скорбная печать.

И рядом пули пролетают.

А нам и нечем отвечать.

Внемли, малец,

И вечно помни,

И детским сердцем унеси,

Всеобщей,

Личной болью полнясь,

Стыд и бесчестие Руси:

Здесь власть согнала

Шваль и сброд –

Руководителей ОМОНа

И бросила во время оно

На непокорный наш народ.

Так некто выехал в Москву

В служебную командировку:

И проявить