Чтение онлайн

Он видел все это также ясно, как и сегодняшнюю реальность, – даже трудно было отличить одно от другого.

В защитном круге на коленях стояла Лысая Дама. Судя по пассам, которые она творила, Руди понял, что она творит ритуал очищения, символизирующий конец обряда. На ней было тонкое платье-футляр, как и в прежних видениях, а поверх него – накидка без рукавов. Когда она поднялась с колен в окружении угасающих огней, Руди увидел, что она очень молода.

Даже моложе, чем он сейчас.

Она обернулась, словно внимание ее привлек какой-то шум в глубине леса, и неощутимый для Руди ветерок принялся трепать ее мерцающую вуаль. Прямые темные брови озадаченно приподнялись и, взглянув в ту же сторону, Руди увидел какую-то бледную призрачную фигуру среди деревьев.

Сперва он подумал, что это дуик. Но затем понял, что существо обликом своим напоминает человека, – обнаженного, безволосого, с крохотными, несформировавшимися ручонками, закрывающими от лунного света огромные глаза. Существо уже хотело убежать, но тут Лысая Дама протянула к нему руки, посылая призрак в ночную тьму... Безопасность. Мир. Добро. Чары были столь мягкими и сильными, что если бы Руди мог, он и сам устремился бы к ней сквозь Цилиндр.

Подобрав юбки, женщина двинулась по лугу к незваному пришельцу.

Продолжая плести свои чары, – полная уверенности в собственных силах и в своей власти, – она протянула руку к жалкому бледному созданию. Но когда тот оказался перед ней, – с исцарапанными, окровавленными руками, открытым крохотным ртом и беспомощно моргающими огромными глазами, – Руди понял, кто перед ним.

Это был один из людей-скотов, существо человеческого происхождения, которых дарки выращивали в своих подземных пещерах на протяжении тысячелетий ради пищи.

Долгое время Руди сидел у черных столбов на холме, раздумывая над теми картинами, которые явил Цилиндр. «Наших сил оказалось недостаточно, – так она сказала. – Все это исчезнет».

Он вспомнил ее лицо, старое и усталое до предела. Вспомнил слезы на ее лице, и то, что даже в слезах она держалась, как королева.

Ее тайна по-прежнему хранилась здесь, какой бы она ни была, – запертая в недрах Убежища.

Когда Руди поднял глаза, ночная тьма видений сменилась дневным светом, и он увидел Скелу, возможную преемницу Лысой Дамы, которая, взмокнув от пота, карабкалась на холм с видом человека, оскорбленного в лучших чувствах и влачащего непосильное бремя ради всеобщего блага.

И вновь он заметил, какие у нее неестественно пухлые щеки, и как туго натягивается слишком дорогое платье на груди и на бедрах. Ворует еду? Или Хогширер теперь стал лучше кормить дочурку из своих тайных припасов?

Внезапно Руди похолодел от ужаса. А вдруг Хогширер каким-то образом наткнулся на древние пищевые запасы и теперь пожирает их вместо того, чтобы оставить на всходы?

«Не глупи! Если уж ты сам не способен превратить эти картофелины из камней в нормальную еду, то Скеле и подавно это не удастся».

Остановившись в десяти футах от мага, девчонка внезапно вытянула руку и швырнула в него какую-то вещь. Руди едва успел подхватить ее и не дать разбиться.

– Ради всего святого, Скела! У нас их и без того мало, и...

– Не работает! – завизжала она. – Этот дурацкий дешевый нелепый горшок не работает! И мне плевать, если он разобьется! Я все делаю правильно! Я знаю, что все делаю правильно!

«Ага, и ты до ужаса талантливая и красивая, если верить твоему папочке...» Однако, Руди прикусил язык, заглушил гнев и крепче сжал драгоценную фарфоровую чашу для заклинаний в своих руках.

– Верно. Но какой смысл злиться на чашку? – ласково спросил он, глядя в щекастое раскрасневшееся злое лицо. – Дай-ка я попробую. – Он произнес над чашей Имя Воды. – Ты занималась?

– Конечно, я занималась этой дурацкой медитацией, – завопила она. – Папа меня все время заставляет, на много часов дольше, чем ты велел. И все равно не работает! Это глупо! Ты мне солгал! Все мне лгут!

– Не так быстро, дитя. – Хотя он и сознавал, что ее используют против него, все же Руди было жаль эту девочку. Еще бы, жить с таким папашей... Ему невольно вспомнился тот лысый фашист, учитель математики, пытавший его у доски. «Ну что, синьор Солис... Весь класс занимается по одному и тому же учебнику, но проблемы почему-то возникают у вас одного. Почему, как вы думаете?» Если бы он знал – почему, хотелось сказать Руди, то понял бы и все остальное. Но он не понимал даже то, чего именно не понимает...

Внутри чаши уже начала скапливаться вода. Он вылил ее на землю, вытер сосуд уголком куртки и произнес:

– Послушай, если будешь продолжать, то, клянусь, все получится.

– Вам легко говорить! – Она отвернулась от него.

– Магия быстро не приходит. – Он осторожно уложил чашу в карман куртки, Цилиндр – в другой и поднялся на ноги. – Видит Бог, я не так уж много знаю про магию. И почему вообще появляются люди, способные что-то менять в окружающем мире одной силой воли... И почему у одних это получается лучше, чем у других. Когда вернется Ингольд...

– А что Ингольд? – Со злыми глазами она обернулась к нему. – Все, на что он способен, это убивать...

И застыла, глядя куда-то поверх плеча Руди с ужасом и изумлением на лице. Руди пригнулся, схватил Скелу за руку и толкнул вперед, а затем сам понесся следом. Он даже не стал оборачиваться, ибо и без того знал, что увидела она за спиной. Однако, Скела запнулась, наступив на подол платья, и когда Руди остановился, чтобы поддержать ее, ему все же пришлось взглянуть назад.

Он был уверен, что там – габугу, но таких увидеть не ожидал.

«Мутировали еще сильнее? Или это новая, улучшенная модель?» Он не знал. Сходство с прежней двуногой фигурой исчезло, если не считать длинных рук с жадными пальцами и длинных ног, начинавшихся от плеча. Рыбообразные тела были сплошь покрыты наростами и бородавками.

И они были огромны. Слишком велики, чтобы справиться с ними мечом. В один прыжок они покрывали не меньше двенадцати футов. С криком: «Беги!» Руди толкнул Скелу по направлению к Убежищу, сам обернулся, вскинул посох и выкрикнул Имя Молнии, метя в то место, где должно оказаться одно из существ, – ибо не знал Истинного его имени.