Чтение онлайн

– Но кто же эти люди и как ты узнал о них? – помрачнев, поинтересовался Котти.

– Не знаю, как тебе это объяснить. Однажды я уже пытался, помнишь, когда я увидел, что госпожа Фейс умерла? Мой народ, народ моей матери, наделен определенной… способностью. Мы видим – видим как бы во сне – события, которые еще не произошли, – он наклонился вперед, – но они обязательно происходят. В конце концов происходят.

– Да, я помню твой рассказ о Фейс… – Котти еще больше помрачнел.

– Я понимаю, тебе это должно казаться странным, – произнес Джон, – но очень важно, чтобы ты мне поверил и смог приготовиться.

Котти откинулся на спинку стула, и по его губам пробежала чуть заметная усмешка. Хотя ему действительно показалось странным, что Джон «предвидел» предстоящую смерть Фейс, все же, будучи скептиком, он считал это просто случайным совпадением.

– Очень важно, чтобы ты мне поверил, – повторил Джон, еще сильнее наклоняясь вперед и пронизывая Котти взглядом.

– Сегодня днем здесь был господин Макартур. Не тебя ли я заметил у двери моего кабинета, когда он в ярости выбежал? – Видя, как серьезен Джон, Котти перестал шутить, но продолжал относиться с сомнением к его словам.

– Это был я, – признался Джон после некоторого замешательства.

– Тогда ты, вероятно, слышал его угрозы?

– Да.

– И после этого у тебя было видение?

На этот раз Джон только молча кивнул.

– Джон, я не собираюсь насмехаться над твоими видениями. Я знаю, насколько они должны быть важны для тебя и твоих собратьев по племени. Но сила внушения очень велика. Ты понимаешь, что такое сила внушения?

– Нет, Котти, не понимаю.

– Это означает, что некая мысль так прочно поселяется в твоем сознании, что ты уже не можешь разобраться, правда это или твои домыслы. Я думаю, что именно так и произошло с тобой. Ты услышал, как угрожал мне Макартур, и благодаря силе своего воображения представил, что его угрозы осуществляются.

На это Джон ничего не ответил.

– Джон, – Котти потер рукой подбородок, – Макартур – опасный человек, и, я уверен, он сделает все, что в его силах, чтобы опорочить меня перед моими клиентами. Но все-таки он джентльмен и не допустит насилия. Кроме того… – Он безнадежно развел руками. – Как я могу защититься от этого? Нанять команду для охраны «Короны»? Этого я сделать не могу.

– Это слишком дорого стоит? – насупился Джон.

– Нет, дело не в этом, хотя, конечно, это обошлось бы дорого. Но если я поставлю охрану, это отпугнет многих моих постоянных клиентов, – Котти усмехнулся, – и сыграет на руку Макартуру. Я ценю твою заботу, Джон, правда, ценю, но думаю, ты напрасно так тревожишься.

– Но госпожа Блэксток… – Джон еще ближе придвинулся к Котти, и его темное лицо застыло в напряжении. – Тогда, во сне, я увидел, как ее хоронят, и так и случилось. Мой сон сбылся.

– Это только так кажется, – задумчиво возразил Котти. – Просто-напросто эта мысль поселилась в твоем сознании, потому что Фейс была явно нездорова. Пойми, Джон, я не высмеиваю твои видения, но, даже если ты прав, я все равно мало чем могу помочь.

В этот вечер было много дел, особенно в столовой наверху. Пока толпа обедающих не стала редеть, Хоуп не поднимала глаз от кассы. Но наконец наступило некоторое затишье. Хоуп нагнулась, чтобы убрать под прилавок пустую бутылку, и в этот момент услышала, как чей-то тихий голос окликнул ее:

– Госпожа Блэксток?

Подняв голову, она увидела улыбающееся круглое лицо Стюарта Уильямса. Сегодня он был трезв, хорошо выбрит, напудрен и безукоризненно одет.

– О, господин Уильямс! Добрый вечер.

– Пожалуйста, называйте меня Стюарт. А я, в свою очередь, могу просить разрешения называть вас Хоуп?

– Это дерзко с вашей стороны, сэр, – Хоуп почувствовала, что краснеет, – но, думаю, от этого не будет никакого вреда.

– Сочту это за милость. – Он слегка наклонил голову. – В «Короне» я в первый раз, – он оглядел зал, – и счастлив увидеть, что в Сиднее есть такое приличное заведение. Должен выразить свое восхищение кухней, и полагаю, что это ваша заслуга. Обед здесь ничем не хуже лучшего обеда в Англии.

– Очень любезно с вашей стороны. Мы стараемся, чтобы в «Короне» была первоклассная столовая.

– Хоуп, в тот вечер – на балу у губернатора – я просил разрешения пригласить вас на прогулку, а вы мне отказали, и я очень хорошо понимаю почему – я был пьян. Прошу вас простить меня. – Его серые глаза потемнели. – Но сегодня, как видите, я совершенно трезв. Так могу я снова попросить оказать мне милость?

Хоуп уже была готова дать ему решительный отказ, но в этот момент заметила Котти, стоявшего на пороге кабинета и насмешливо наблюдавшего за ней, и, к своему удивлению, услышала собственные слова:

– Я согласна, Стюарт.

– Дорогая Хоуп, – он на мгновение растерялся, а затем его лицо расплылось в широкой улыбке, – я так счастлив! Вы любите ездить верхом?

– Я очень мало ездила верхом, Стюарт, но, если вы не потребуете от меня, чтобы я оказалась великолепной наездницей, я с удовольствием попробую.

– Тогда давайте встретимся в субботу утром.

– Хорошо.

– Великолепно! Вы сделали меня счастливейшим человеком, миледи! – Он склонился к ее руке, а затем направился к выходу.

Хоуп провожала его взглядом, пока он не вышел из «Короны».

Она не могла понять, почему согласилась принять его ухаживания, ведь именно это, несомненно, было на уме у молодого человека. Возможно, просто пришло время, чтобы кто-то всерьез ухаживал за ней. Разве и Котти, и Чарити постоянно не подталкивали ее к этому? А Стюарт Уильямс, когда трезв, вполне подходящий кавалер.

– И что же здесь происходит? – раздался позади нее голос Котти. – Это ведь тот человек, который танцевал с тобой на балу?

– Да. – Хоуп обернулась к Котти. – Он просил разрешения пригласить меня на прогулку.

– И что ты ответила?

– Я согласилась.

Хоуп могла поклясться, что заметила, как на долю секунды в глазах Котти промелькнула досада, но тут же исчезла.

– Ты говорила мне, что в тот вечер отказала ему. Что же заставило тебя передумать?

– Разве я не имею права изменить свое решение?

– Конечно, имеешь, но…

– А кроме того, разве вы оба – и ты, и Чарити – не уговариваете меня все время, чтобы я позволила ухаживать за собой?