Чтение онлайн

— Что? — спросил Далкот.

— Ничего. Не важно.

— Давайте вернемся к обсуждению, — предложил Саламандр.

— Да, давайте, — согласился Шадрак.

Гвардеец Ворона постучал по экрану инфопланшета.

— Значит, сейчас мы заняты этим? Это наша текущая миссия?

Медузон кивнул.

— Были получены субвоксальные сообщения. Закодированные. Боевой жаргон Железной Десятки. Согласно им, флотилия Железных Рук скрывается в солнечной «тени» Малой Оквет. Там же находятся подразделения Гвардии Ворона. Лоялисты ждут подкреплений, и мы выдвигаемся на соединение с ними. Приказ Совета. Объединившись, мы превратимся в довольно серьезную боевую группу.

— Если бы я был Гором, — сказал Далкот, — и охотился за остатками своих врагов, то хотел бы выманить их из укрытий. Я изобразил бы друга, зовущего на помощь.

— Так действует Гвардия Ворона? — уточнил Шадрак.

— Иногда.

— Предатели знают боевой жаргон Железной Десятки? — спросил Нурос.

— С чего бы им его знать?

— С чего бы им его не знать? — возразил Далкот. — Мы изучали друг друга, все так делали. Исследовали сильные и слабые стороны остальных легионов. Чертовски уверен, что предатели занимались тем же самым. Как же ещё они добились такой ошеломительной победы на Исстване? Мы доверяли изменникам, а те прослушивали все наши переговоры.

— Фулгрим и твой генетический отец в прошлом были добрыми товарищами, — тихо добавил Саламандр, — близкими, как любые братья. Они доверяли один другому. Но Фулгрим без единого сомнения отсек голову Ферруса Мануса. Подумай, если предатели способны на столь мерзкое деяние, долго ли они колебались перед тем, как украсть ваши шифры?

— Значит, это ловушка?

— Нет, — ответил Гвардеец Ворона. — Мы имеем в виду, что это может оказаться ловушкой.

— Готов выслушать ваши предложения, — сказал Медузон.

— Если дойдет до абордажа или контрабордажа, действовать будем по старинке, — заявил Джебез Ауг. — Переходные трубы. Десантные торпеды. На межкорабельную телепортацию уходит слишком много энергии, к тому же она печально известна своей ненадежностью. Осуществив незащищенный перенос во время боя, мы, скорее всего, потеряем пятую часть легионеров.

— Не волнуйся, — пробормотал Шадрак, — это, в основном, будут Гвардейцы Ворона.

— Твой юмор стал ещё чернее, брат, — заметил Ауг.

— Так мы собираемся использовать их опыт или нет?

— Отцы кланов на это никогда не пойдут.

— А они тут ни при чем. Командование в твоих руках. Это твой корабль, ты — исполняющий обязанности военачальника.

— Это надежный совет моей Избранной Длани? — уточнил железный отец.

— Лучше бы так и оказалось, — ответил Медузон.

Джебез поджал губы, после чего кивнул.

— Хорошо, — произнес Медузон. — Далее, более четкая калибровка щитов в сражении.

— Бессмысленно при обстреле с дальней дистанции.

— Но идеально для ближнего боя, а именно так всё и будет, если опасения оправдаются. Далее, все боеприпасы установить на ударную детонацию, а не взрыв по таймеру или пройденному расстоянию. Далее…

Шадрак не ступал на поверхность Исствана V. Клановые роты Сорргола находились во втором эшелоне под командованием Амадея ДюКаина; это был орбитальный резерв основных наступающих сил Горгона.

Все они следили за разворачивающимся внизу кошмаром, не веря своим глазам. Затем началась лихорадочная деятельность: сначала Железные Руки пытались спасти кого-то из братьев живыми, потом просто дрались, чтобы вырваться из окружения. Тяжелые корабли-убийцы IV и XVI легионов приближались к ним, ведя артиллерийский огонь, терзая орбитальные построения.

Из-за ракетного удара в левый борт «Ионобокому» не удалось бежать сразу. Двигатели корабля остановились, и его взяли на абордаж. Сыны Гора врывались через брешь в корпусе, жаждая лично убивать врагов. Легионеры сражались в коридорах, где по палубам текли кровавые реки, и в разгерметизированных отсеках, где, рядом со всевозможными обломками, кружили дрожащие шарики крови и прочих жидкостей.

Медузон бился с болт-пистолетом в правой руке и гладием в левой. Он всегда лучше стрелял правой, а быстрее и увереннее фехтовал левой. В этом крылась сила и гибкость капитана.

Он как раз выпустил последние болт-заряды в лицевую пластину вражеского легионера, когда сгусток плазмы изуродовал и поджарил его левую кисть. Подобрав упавший гладий, Шадрак начал сражаться правой рукой.

Вскоре после этого лихорадочно работавшие инженерные команды перезапустили двигатели, и, совершив серию отчаянных, неуверенных рывков, «Ионобокий» освободился от вцепившегося в него абордажными переходами вражеского корабля.

Стоя на мостике, Шадрак, с которого капала чужая кровь, принял последнее сообщение от Амадея ДюКаина.

Его старого друга, его командира с самого начала.

— Горгон мертв! — прокричал ему ДюКаин по каналу связи. Изображение воина разрывалось помехами и пропадало.

— Что, мой господин?

— Он мертв! Его больше нет! Фулгрим прикончил его! Они все погибают там, Шадрак! Это гребаная резня! Полный…!

— Мой господин, отводите корабль с линии огня!

— Слишком поздно, парень! Двигателям крышка. Пластины корпуса раскалываются. Они уже здесь, внутри! Долбаные ублюдки…

Изображение моргнуло и исчезло на секунду, после чего вернулось.

— … мни Ржавь!

— Повторите, мой господин.

— Я говорю, помнишь ли ты Ржавь? Судьбы, ты же был там! Ты был одним из первых, Шадрак, одним из моих Буреносцев с самого начала! Чертовым воином самого Императора!

— Да, мой господин.

— Тогда не забывай Ржавь, парень! Не вздумай лечь и умереть! Никогда! Ты же помнишь, с какой кошмарной ордой мы сражались там! Миллионы зеленокожих ублюдков! Но мы подняли бурю. Мы подняли гребаную бурю! Мы превозмогли!

Голос лорда-командующего превратился в хриплый, пронзительный крик. Медузон не знал, что стало тому причиной — боль или помехи, забившие вокс-канал.