Чтение онлайн

— Да, но тем не менее я беременна. Прими мои поздравления.

— Ты сошла с ума?

— Нет. Так сказал мне доктор.

— А ты сказала ему, что ты незамужем? — Стэн побледнел.

— Нет. Я забыла.

— О, Боже! — она истерично захихикала, взглянула на Стэна, а затем безумно начала себя жалеть. Стэн был готов взорваться. — Каков срок беременности?

— Три — три с половиной месяца. Послушай, Стэн. Я очень сожалею… я не сделала это специально, все получилось случайно.

— Да, конечно. Я понимаю. Но это оказалось шокирующе неожиданным для меня. Разве ты не следила за своими циклами? Почему ты ничего не говорила мне?

— У меня было некоторое своеобразие периодов… понимаешь…

— Какое еще своеобразие?! В это я не могу поверить.

— Куда ты везешь меня, скажи на милость? — Они уже с четверть часа кружили по Маркет Стрит.

— Откуда я знаю? — он посмотрел в зеркало заднего вида, а потом снова на Джастину. Вдруг его лицо осветилось. — Ничего, я знаю, что делать. Поедем в Сан Хосе.

— Сан Хосе? Для чего? — Может быть, Стэн, хочет убить ее и выбросить ее труп где-нибудь по дороге.

— В Сан Хосе есть больница, где делают аборты. Там работает мой друг.

— Ну, поедем. — Поездка в Сан Хосе прошла в полном молчании. Они украдкой смотрели друг на друга, но никто не произносил ни слова. Джастина понимала, что Стэн не хочет говорить, и сама она боялась заговорить тоже. У нее было чувство, что она совершила самое тяжелое преступление на свете.

В Сан Хосе друг Стэна оказался очень приятным человеком, он выслушал всю информацию и сказал, что позвонит им. Джастина вышла к машине, чувствуя себя одинокой и оскорбленной. Поездка в Сан Хосе заняла полтора часа, а назад пришлось ехать дольше среди усилившегося дорожного движения, кроме того, предстояла еще дорога в Болинас. Женщина была утомлена всем этим и не хотела думать об аборте. О чем угодно, только не об этом.

Стэн попытался завязать легкую беседу по дороге в Сан-Франциско, но Джастина ничего не слышала. Настроение Стэна улучшилось. В самом деле, он сделал все возможное, чтобы избавиться от ребенка, это принесло ему облегчение. А ей чувство отчаяния.

— Стэн, сверни на обочину. — Они доехали только до южных границ Сан-Франциско, когда Джастина произнесла эти слова, но больше ждать она не могла.

— Здесь? Тебе плохо?

— Да. Но не в том смысле, что ты имеешь в виду. Поверни на обочину. — Стэн свернул, взгляд его стал тревожным, Джастина повернулась к нему лицом. — Стэн, я буду рожать ребенка.

— Сейчас? — слово прозвучало как визг, потому что сам Стэн был сгустком нервов.

— Нет, не сейчас. В марте. Я не хочу делать аборт.

— Чего ты не хочешь?

— То, что ты слышал. Я хочу ребенка. Я не прошу тебя жениться на мне, но можешь не просить меня отказаться от ребенка. Я не откажусь.

— Почему? Ради Бога, Джас, почему? Это подкосит нас под корень, не говоря о том, какой вред принесет тебе самой. У тебя уже есть ребенок. Зачем тебе два?

— Потому что я люблю тебя и хочу иметь нашего ребенка. И в глубине души я не могу поверить, что ты тоже этого не хочешь. Когда двое любят друг друга так, как любим друг друга мы, это преступление — не иметь ребенка, ставшего результатом этой любви. Я не могу поступить иначе, Стэн, я должна так сделать.

— Ты серьезно?

— Да.

— Боже. Я хотел сделать все так, как было бы лучше для тебя. Но мы еще поговорим об этом. Но ты хочешь полностью связать себя, Джас.

— Я понимаю это. Но мне будет еще хуже, если я откажусь от этого. Я буду рожать, независимо от того, останешься ты со мной или нет. — Последние слова были исключительной бравадой, но Стэн не заметил этого.

— Хорошо, милая леди. Решение остается за вами. — Он снова завел машину и направился в сторону города без единого слова.

Нигде не останавливаясь, этим вечером они вернулись в Болинас, чтобы хотя бы перекусить, и всю дорогу молчали, обменявшись лишь парой слов.

Джастина сама не могла понять, как к ней пришло такое решение, но после того, как она его приняла, ее переполнило удивительное облегчение. Теперь ей даже казалось, что она с самого начала именно этого и хотела — иметь от Стэна ребенка. Она не хотела выходить замуж за него, но ребенка хотела, и неважно, что будет дальше. Замуж она уж точно больше ни за кого не выйдет, зато у нее будет двое детей, как у матери. «О Боже!» — Джастине неожиданно пришло в голову, какое у них с матерью странное совпадение в судьбах. Вторые дети — незаконнорожденные, хотя Дэн формально не считался таким. На кого же ей записывать своего ребенка, не на Хартгейма же?

Джастина размышляла об этих новых проблемах, и лицо ее засветилось, как будто она уже держала в руках теплый живой сверток. Стэн искоса глянул на нее и еще больше нахмурился. Джастина ощутила на себе его недовольный взгляд и спокойно улыбнулась ему. Жалко, конечно; теперь им придется расстаться. Стэн не вынесет такого резкого поворота в своей судьбе. Хотя, может быть, он и смирится, когда она скажет ему, что не собирается женить его на себе. Можно ведь жить вместе просто так, и он может уйти, когда ему захочется.

Впереди показался поворот к их дому, и Стэн, так же не говоря ни слова, помог ей выйти из машины, а потом приготовил ужин. После чего Джастина забралась в кровать и отключилась.

На следующее утро, едва открыв глаза, она обнаружила, что Стэн не спит, смотрит в потолок с несчастным выражением на лице. Она нежно прикоснулась рукой к его плечу.

— Стэн… мне в самом деле, очень жаль… Но я не могу иначе.

— И не нужно. Может быть, ты и права. Иметь ребенка, я имею в виду.