Мелисенда
Шрифт:
Еще сильней тебя я растревожил.
Что ж до виновного, напавшего на графа,
На месте преступленья схвачен он.
Им оказался тот бретонский рыцарь,
Ты, верно, помнишь, что один лишь спасся
От нападения пиратов.
Мелисенда:
Да, мне об этом говорила Катарина.
Магистр:
Ах, эта девочка, ее отец - отважный человек.
Постой, ведь де Басси, погибший,
Помолвлен с нею был?
Мелисенда:
Нет, не успел. Несчастье
Повсюду предъявить свои права спешит.
Магистр:
Еще один печальный повод.
Еще загадка, и ответ
Пока я отыскать не в силах.
Мелисенда:
И здесь загадка? Да, припоминаю:
Я слышала, на этом корабле
Груз драгоценный был для вас отправлен.
Магистр:
С камнями самоцветными ларец
И за него купцы дамасские давали серебра
В достатке, чтоб построить крепость...
Но что теперь об этом говорить?
Мелисенда:
Нет, погодите! Вы сказали,
Загадка. Значит, не случайно
Пираты тот корабль захватили?
Магистр:
Боюсь, теперь никто ответа
Уж не узнает. Тот бретонец
Не смог пролить и капли света
На тайну темную, хотя его де Брант
Расспрашивал, но только тщетно.
Картина Х
Фульк в окружении свиты подъезжает к королевскому дворцу. На ступенях Мелисенда, придворные, слуги.
Все кроме королевы спешат поприветствовать короля. Мелисенда лишь склоняет голову перед Фульком.
Фульк (одному из слуг):
Тибо! Барона де Мильи сыщи мне сей же час!
Тибо:
Я Вашему Величеству напомнить поспешу,
Барона с важным порученьем
Угодно было вам в Кесарию послать.
Фульк:
Тогда поторопись гонца отправить...
А, впрочем, нет, не надо.
Барон вернется сам на днях,
Тогда и поспешишь ему сказать,
Чтоб сразу же ко мне явился.
Фульк (королеве):
А Вашему Величеству я добрых дней желаю
И сообщить хочу, что наказал сурово
Того, кто руку поднял дерзновенно
На друга старого в былых забавах детских
Моей любимой горячо жены.
Мелисенда:
Я вас благодарить должна, наверно?
Фульк:
Должны. Товарищ ваш отмщен.
Мелисенда:
Но кем убийца был подослан?
Под пытками открыл он вам сие?
Фульк:
Нет, не открыл. Тому одна причина -
Безумие и больше ничего.
Бесспорно то, что тронулся рассудком
Клинок на графа обнаживший.
В его ответах, путанных подчас,
Едва ли было больше капли смысла.
Мелисенда:
А верно говорят, что тем убийцей
Явился рыцарь, спасшийся случайно
От плена и ножей пиратских?
Фульк:
Да, это верно, как и то, похоже,
Что в злоключениях своих на море
Он, жизнь спасая, разум потерял.
Мелисенда:
О чем же он сумел вам рассказать?
Фульк:
Да ни о чем. Все - вздор и бред!
Болтал о сундуках несчастный,
Набитых серебром и златом.
Разбойники мерещились ему
Кругом на улицах благословенной Яффы.
Сошел с ума, но жалости не стоит,
А вашей жалости не стоит он вдвойне.
Картина XI
Беседка в саду королевского дворца. Катарина гладит по щеке Филиппа.
Катарина:
Какой колючий, куст репейника, и тот
Милее и желаннее наощупь...
И как такого целовать прикажешь?
Филипп:
Увы, приказывать не смею,
Вот разве только сам облобызать.
Филипп порывается заключить в объятия девушку, но Катарина вырывается.
Катарина:
Репейник придорожный, он и есть!