Чтение онлайн

Он постучал рукой по дверце.

— Она у наших ребят. Я буду держать тебя в курсе. Мы собираемся с ней побеседовать. Ее зовут Тиффани Гаттс. Кстати, можешь добавить в ордер на арест Кевина еще один пункт.

— Какой?

— Совращение малолетней. — Майк повернулся ко мне спиной и направился к выходу из гаража. — Малышке Тиффани едва стукнуло шестнадцать.

— Штат Нью-Йорк против Эндрю Триппинга. В зале присутствуют ответчик, защита и помощник окружного прокурора, — бесцветным голосом объявил секретарь суда.

На скамьях за спиной Питера Робелона — «на стороне невесты», как говорил Майк Чэпмен, — сидели всего трое.

Харлан Моффет отложил программу скачек и спросил, готовы ли мы начать. Судья увлекался скаковыми лошадьми и порой прерывал заседания, чтобы по телефону узнать результаты забегов.

— Кто у вас сегодня, Александра?

— Не думаю, Ваша Честь, что кто-то из сидящих в этом зале считает себя свидетелем обвинения. Полагаю, — я оглянулась на двух женщин во втором ряду, — здесь находится мисс Таггарт. Я говорила с ней вчера вечером, но она себя не назвала.

С места поднялась женщина средних лет в длинном цветастом платье и шагнула вперед.

— Я Нэнси Таггарт, сэр. Представляю Манхэттенский приют.

Она кивнула на свою соседку, помоложе, но такую же суровую на вид.

— Это доктор Хуанг, психолог. Она наблюдает за сыном Триппинга.

— А вы? — Молоточек Моффета указал на мужчину, одиноко сидевшего в первом ряду. — Из той же братии?

— Джесс Ириззари. Юрисконсульт Службы опеки и попечительства. Мы поместили мальчика в приют.

— Черт возьми, здесь больше юристов, чем свидетелей. Что дальше? Есть какие-нибудь предложения по ведению дела?

— Ваша Честь, на прошлой неделе я просила вызвать в суд Даллеса Триппинга…

— Да, и что? Я вам отказал?

— Нет, сэр.

Гранатовый перстень судьи описал полукруг и уперся в Триппинга.

— Что это за имя — Даллес? Вы назвали сына в честь аэропорта?

Питер Робелон и Эмили Фрит наклонились к своему клиенту и зашептали ему что-то на ухо, вероятно, советуя помалкивать. Робелон, который сидел, почти касаясь головой головы Триппинга, выглядел гораздо эффектнее, чем его клиент. Черноволосый, тщательно причесанный, загорелый, Питер походил на лоснящуюся рептилию, поэтому я не доверяла серьезным взглядам, которые он бросал в мою сторону.

— Его назвали в честь Аллена Даллеса, бывшего главы Центрального разведывательного управления. Мальчик сам рассказал об этом в день ареста отца, когда Даллеса привезли на осмотр в Беллвью. Я читала его ответы при оформлении документов в больнице, — объяснила я суду. — Этот факт имеет отношение к делу. Мы подробней поговорим о нем во время слушаний.

Триппинг был помешан на муштре. Все, что говорила мне о нем Пэйдж Воллис, подтверждало это мнение. Он едва ли не с колыбели начал воспитывать мальчика в военном духе и старался, будто сержант, сделать из него маленького солдата.

— Итак, вы сказали…

— Что мисс Таггарт и мистер Ириззари обязаны выполнить ваше распоряжение и доставить Даллеса Триппинга в помещение суда. Я должна допросить его в присутствии судебного психиатра и решить, может ли он давать свидетельские показания.

Нэнси Таггарт вмешалась в разговор.

— Я протестую и требую аннулировать этот вызов.

Джесси Ириззари вырос рядом с ней.

— Присоединяюсь к протесту.

— А зачем вам так понадобился этот мальчик, Ал… простите, мисс Купер? — спросил Моффет. — Он что, присутствовал при изнасиловании?

— Не совсем. Я не могу сказать точно, что он видел и слышал, потому что мне не удалось с ним поговорить. В момент преступления его не было в комнате.

— Тогда зачем он вам нужен?

— Он был замешан в насильственных действиях обвиняемого. То, как обращался с ним в тот вечер отец, стало одной из причин, по которым мисс Воллис уступила сексуальным домогательствам мистера Триппинга.

Питер Робелон уловил сомнение на лице Моффета и поспешил использовать скептицизм судьи.

— Это явная натяжка, Ваша Честь.

Моффет решил, что настал подходящий момент для отеческого совета.

— Я ценю ваш творческий потенциал, мисс Купер, но вам не кажется, что вы слишком вольно трактуете события?

— Мисс Воллис впервые увидела Даллеса Триппинга в тот вечер, когда обвиняемый пригласил ее к себе домой. Мальчика позвали в гостиную. Отец приказал ему сесть на стул и ответить на несколько вопросов. Речь шла об оружии — пистолете, который находился в доме. Даллесу грозило наказание, если он даст неправильный ответ. Один глаз у мальчика распух и налился кровью. На руке у него виднелись синяки и…

Робелон вскочил с места.

— Ваша Честь, мы удалились от сути дела!

— Мисс Воллис решила не уходить, — продолжала я, — пока не заберет мальчика, чтобы выяснить, что с ним произошло.

— Тогда почему она просто не пошла наверх и не просидела до утра у телевизора? Кто сказал, что она должна спать с моим клиентом? Если это все, что есть у мисс Купер…

— Вы сами знаете, что далеко не все.

Было еще кое-что, хотя не слишком много. Но я полагалась на Пэйдж Воллис и ее душераздирающую историю.

Моффет почесал в затылке.

— О чем может рассказать ребенок?

— Я не знаю, о чем он может рассказать. Поэтому и хотела с ним поговорить. Но нам все время вставляют палки в колеса.

— Мисс Таггарт, — спросил судья, — вам известно, почему в марте этого года мальчика вернули в ваше заведение?

— После ареста мистера Триппинга, сэр, у Даллеса не осталось живых родственников, и о нем некому позаботиться. Мы провели полное физическое и психологическое обследование Даллеса. На основании этих данных Суд по семейным делам пришел к выводу, что ребенок не может быть возвращен отцу даже после освобождения мистера Триппинга из-под стражи.