Чтение онлайн

– Нога, - отозвался Никки

– Рука, - ответил Домино. У него возможно не было четкого прицела на что-то иное, возможно мне следовало бы оставить ему голову. Я почти сказала это, но неожиданно одновременно произошли два события: солнце выскочило как огненный шар над деревьями, и зомби освободился.

Он схватился за край могилы, чтобы выбраться. Первым прогремел выстрел винтовки Никки, и зомби споткнулся. Одна нога оторвалась у колена, но он все еще держался за край могилы и пытался выбраться наружу. Я нажала на спусковой крючок, и дробовик дернулся в моих руках, с огромной отдачей в плечо, где упирался приклад. Верхняя часть головы зомби превратилась в смесь из крови, мозгов и разных кусков. Он все еще подтягивался за край могилы. Домино выстрелил и одна рука исчезла у локтя, и зомби начал сползать обратно в могилу. Я снова выстрелила в голову и снесла то, что от нее оставалось. Если бы это был вампир, он бы точно уже лежал замертво, но это был зомби, и даже без головы он продолжал бороться, чтобы выбраться из своей могилы.

Никки сменил позицию, чтобы отстрелить вторую ногу, которая помогала вытолкнуть тело

наружу. Зомби сполз немного в могилу, держась одной рукой, но затем Домино отстрелил и эту руку,

и зомби упал обратно в яму.

– Жги его, - закричала я и отступила от могилы. Никки последовал за мной, но Домино все еще был за ямой. Он выстрелил снова.

– Домино, уходи оттуда!
– заорала я.

Он поднял взгляд, словно не осознавал, что мы переместились. Возможно, не слышал из-за выстрелов. И отошел к нам назад, дав возможность очисть могилу чем-то эффективнее, чем пулями.

Огнемет ожил со свистом и заполнил могилу огнем, будто пытался достать до преисподней. Жар заставил нас отступить, без защитных костюмов человеческая плоть сгорит так же быстро, как все остальное.

С восходящим солнцем отступали тени, но под покровом высоких деревьев все еще было сумрачно, огонь полыхающий из могилы заставлял последние остатки ночи танцевать вокруг нас. Что-то показалось из-за края могилы, объятое пламенем, но все еще двигающееся. Мне потребовалось время, чтобы разглядеть, что зомби использовал культи своих рук как клинки, вонзая их в землю, почти как предохранительный штифт, взбираясь по стене могилы, как по горе. Никки выстрелил с винтовки ему в грудь прежде меня, и грудная клетка разлетелась огнем и горящими ошметками. Зомби рухнул в могилу, а ребята продолжали поливать яму огнем.

Нас озарил солнечный свет с очертанием листьев, и огонь остановился, словно с наступлением дня и пламя стало невозможным. Сюзанна подошла к нам, стянув шлем своего костюма. Но ее лицу стекал пот. Так близко к пеклу жарковато.

– Какое-то время он еще погорит, но все кончено.

Теперь, когда они не поливали зомби огнем, я почувствовала запах горелого мяса. Горящий человек может пахнуть жаренным мясом, но не зомби. Они всегда источают едкий запах гари. Я боролась с желанием зажать нос и дышать неглубоко.

– Сожгите его до пепла и костей, - велела я пустым и равнодушным голосом.

– Обычно и этого достаточно, - сказала Сюзанна, вытирая пот со лба.

– Этот зомби вовсе не обычный. Я хочу, чтобы вы обратили его в пепел, насколько это возможно.

– Собираешься поступить с ним, как с вампиром?

– О да, - ответила я.

– Не так уж много пепла мы соберем, но обгоревшие кости тебе предоставим. Но если перевозить их на машине, они будут вонять.

– У меня в машине есть контейнеры.

– Хорошо, я скажу отцу. Не уверена, что у нас достаточно топлива с собой, чтобы сделать то, о чем ты просишь. Нужно много жара, чтобы обратить в пепел тело и кости.

– Зомби похожи на вампиров, они горят лучше людей.

Она кивнула, пожала плечами и покачала головой.

– Хорошо, как я уже сказала, пойду проверю, хватит ли у нас топлива, чтобы закончить работу. Она пошла переговорить с Эдди и посмотреть, есть ли у них все необходимое.

Мэнни подошел, как только она ушла.

– Что ты собираешься делать с пеплом?

– Внизу у склона есть ручей, - ответила я.

– Он очень мал, немного ты сможешь там оставить, не то какой-нибудь путешественник найдет человеческие останки и вызовет полицию. Они будут раздосадованы, что зря потратили время, - сказал он.

– Я знаю. Буду аккуратна, немного в ручей, остальное брошу в реку по пути домой.

– Разные части тела в проточную воду, - заключил он, изучая мое лицо.

– Да.

– Хочешь быть уверена, что никто не сможет поднять его как зомби снова.

– О да.

– Анита, это не вампир. Это просто зомби. Мы никогда не предпринимали таких мер предосторожности ни с одним из них.

– Ты когда-нибудь видел, чтоб зомби вел себя как Уоррингтон?
– спросила я.

– Нет.

– Или что-то близкое к такому поведению?

– Я даже никогда не читал о таких зомби в прошлых номерах "Аниматора", - это

профессиональное издание для тех, кто поднимает зомби.

– Я тоже никогда не видела ничего похожего ни в одной статье по паранормальной биологии.

– Боюсь, это не очень хорошо, - сказал он.

– Согласна.

Сюзанна вернулась. Они достали второй бак с горючим из своего грузовика, тело было все еще большим, чтобы выглядеть как тело, но они могли соскрести немного пепла и фрагментов костей в два небольших контейнера с завинчивающейся крышкой, что я дала им. Контейнеры были в моем снаряжении охотника на вампиров на случай, если мне надо будет развеять пепел. Как сказал Мэнни, мы никогда раньше не делали этого с пеплом зомби, но ведь всегда что-то случается в первый раз.

Зебровски присоединился к нам с Мэнни, сказав:

– Никогда не видел, чтобы ты обращалась с зомби как с вампиром, Анита.

– В свои немолодые годы, видимо, я стала осторожной.

Он поднял бровь.

– Если ты немолода, тогда я древний.

– А я, должно быть, мертвый, - добавил Мэнни.

Никки с Домино подошли к нам, немного поговорив друг с другом по душам. Уж не знаю, о чем, но Домино был недоволен. Спрошу позже, прямо сейчас я не готова заботиться о чьих-то чувствах. Мне хватало и своих проблем с Уоррингтоном, гулями и чертовщиной, что творится с моей некромантией. Я устала от обижающихся по пустякам вертигров; какого черта происходит со всеми ими и их страхами? Голос в моей голове, что старался быть благоразумнее моей раздражительности или личных проблем, твердил, что в моей жизни тигров больше, чем любого другого вида оборотней, и, возможно, они такие ранимые не из-за того, что тигры, а оттого что их так много. С одной стороны, эта мысль была хороша, ведь дело не только в том, что они тигры, а с другой - я задумалась, что в моей жизни слишком много людей, которые надеются на мою эмоциональную поддержку. Всегда приятно, когда рациональной части меня удается быть и полезной, и бесполезной одновременно.