Чтение онлайн

Некоторые генералы решили, что принцесса спятила от горя. Другие и не ждали от женщины разумных суждений, касающихся ведения войны. Но Ксандрия никому не позволила сомневаться в том, что она намерена выполнить свое решение.

— Итак, я приказываю отослать к Зигфриду гонца! И позаботьтесь о том, чтобы он вез с собой приглашение, а не приказ.

Новую жизнь в Ксандрию вдохнула не только любовь к Зигфриду. Она не печалилась по поводу смерти отца. Наоборот, с ее души наконец-то свалился груз, который она тащила шестнадцать лет. Ее сила, ум и решимость, которые раньше подавляли и высмеивали, теперь были нужны как никогда. Тот, кто в эти часы смотрел ей в глаза, не видел в них и тени сомнения.

У Ксандрии на голове еще не было короны, но она уже правила страной как королева.

В полдень зазвонили церковные колокола, и их звон разнесся по всей стране. Три раза, с перерывами. Колокола возвестили о смерти монарха и одновременно о всеобщем народном сборе. Все, кто мог, взяли узелки и отправились к замку. Кроме солдат. Ксандрия не хотела оставлять границы государства без защиты, прежде чем она поговорит с Зигфридом.

Зигфрид. Сейчас она хотела бы видеть его рядом с собой.

Солнце стояло высоко, когда Ксандрия вышла на балкон, чтобы выступить перед народом. На ней было простое платье, но украшенный драгоценностями пояс свидетельствовал о ее новом статусе. Двор замка до отказа был заполнен людьми, и они толкали друг друга, словно ожидали, что сейчас с неба пойдет золотой дождь. За воротами замка тоже собрались ксантенские граждане, которые пришли, чтобы из первых рук получить новости.

Находясь совсем близко к народу, Ксандрия не видела печали в глазах людей — одно только любопытство. Люди ненавидели Вульфгара, и это было очевидно. Они не хотели оплакивать старого короля и собирались ликовать по поводу нового. На мгновение Ксандрия подумала, что отец, возможно, был прав, когда говорил, что народ не любит ее так же, как и его. Она стояла в тени возле двери, ведущей на балкон.

Первым к народу вышел Альбан и сделал официальное заявление о смерти короля.

— Слушайте, граждане Ксантена! — воскликнул он. — Сегодня ночью король отправился на небеса. В тяжких предсмертных страданиях он думал о своем любимом народе.

Люди зашептались, но никто не решился на открытую насмешку.

— Враг стоит у наших границ, и, хотя мы мужественно обороняем их, стране нужен новый правитель. Как того требует закон и право наследования, сегодня корона переходит к… Ксандрии Ксантенской!

Ксандрия вышла вперед, и ей сразу стало легче на сердце, когда она увидела, что люди ликуют — сперва сдержанно, но потом с все большим воодушевлением. В воздух взвились чьи-то руки, сотни ртов стали выкрикивать ее имя. Некоторые горожане махали ей платками.

Хенк, стоявший сзади, передал Альбану корону, которую пришлось чуть-чуть подправить, чтобы она не сползала Ксандрии на нос. Альбан взял корону, и принцесса почтительно склонила голову. Когда золото коснулось ее лба, ликующие возгласы стали еще громче.

— С сегодняшнего дня вы уже не принцесса, а королева Ксандрия, — сказал Альбан, завершая торжественный ритуал.

Королева Ксандрия.

Так и было в пророчестве.

Сначала сирота.

Затем королева.

Ксандрия помахала собравшимся перед балконом людям, которые теперь были ее подданными, а потом увидела Зигфрида, въезжавшего на коне в ворота замка.

Она помахала рукой и ему тоже.

У Зигфрида в голове роилось множество вопросов, когда он направлялся к ксантенскому замку, сжимая в руке приглашение Ксандрии. Но когда он подъехал ко двору врага, на большинство из них уже нашелся ответ.

Увидев на балконе новую королеву Ксантена, принимавшую поздравления своих подданных, Зигфрид понял, что явился как раз вовремя. Ксандрия милостиво улыбалась, но улыбка не скрывала решительного выражения на ее лице.

Итак, Ксандрия стала королевой. А он, завоевав ее сердце, мог теперь покончить с кровопролитной войной. Брюнгильда не просто предрекала такой оборот дела. Она это обещала. Любовь, война, трон… все становилось на свои места, и вскоре страдания по ту и эту сторону границы прекратятся. Зигфрид мог не просто мечтать о свободе Исландии — он представлял ее столь же ясно, как видел остров на горизонте.

Ему пришлось ждать больше часа, пока новая королева произносила речь перед толпой, обещая верно служить своему народу, а не только править им. Тяжелые стены дрожали от восторга ксантенцев, и Зигфриду было радостно на сердце, оттого что в страну его предков вернулось счастье, в особенности после вчерашней лунной ночи, когда он стал свидетелем ужасного запустения ксантенских земель.

Вскоре Ксандрия подошла к нему и приказала всем советникам покинуть тронный зал. Зигфрид ответным жестом отослал своих охранников.

И вот они стояли друг перед другом, королева и принц — правительница Ксантена и его законный наследник.

Зигфрид опустился на колено.

— Моя королева.

То, как он произнес слово «королева» — уважительно и в то же время властно, — заставило Ксандрию задрожать, но она не поддалась порыву.

— Зигфрид, сын Зигфрида, наследный принц Исландии, — произнесла она.

Зигфриду это не понравилось. Ксандрия назвала его наследным принцем Исландии, но не Ксантена.

Он поднялся на ноги.

— Мне нужно поздравить вас. Уважение удерживает меня от того, чтобы выражать свою радость по поводу смерти Вульфгара, но я счастлив, потому что уверен: для Ксантена настали новые времена, ибо отныне страной будет править справедливая и прекрасная королева. Теперь будет мир.

Зигфрида неудержимо тянуло к Ксандрии. Он хотел заключить девушку в объятия, почувствовать биение ее сердца и поцеловать, чтобы убедиться в том, что эта королева так же близка ему, как и принцесса прошлой ночью. Но что-то удерживало его от этого.