Чтение онлайн

– Ладно, потом договорим, – сказала Энди. Теперь, когда она поделилась новостью, ей стало намного легче.

– Черта с два мы договорим! Но давай не будем забывать и о встрече. Надо обсудить, что ты наденешь… – Эмили обошла стол и распахнула на Энди кашемировый кардиган. – Пока не выпирает, но что-то явно есть, и это надо учитывать. Я думаю, тебе нужно надеть шерстяное платье-трапецию с золотыми эполетами. Ничего особенного, но там посередине небольшая драпировка…

Энди засмеялась.

– Приму к сведению.

– Энди, будь серьезнее! Это, конечно, большая новость и все такое, но у Миранды мы должны быть готовыми на сто процентов. Тебя хоть там не стошнит?

– Со мной все будет прекрасно.

– Ну и отлично. Я тебе расскажу, что там захотят представители Веры, и не забудь поговорить с Сен-Жерменом – он ждет твоего звонка.

Она подхватила свой тренчкот и сумку и, обернувшись через плечо, помахала Энди.

– Еще раз поздравляю! – проорала она. Энди поморщилась: ну неужели надо тут же разболтать новость всему офису?

Хотя разве это важно? Она беременна, и если все пойдет хорошо – а Энди страстно на это надеялась, – через шесть месяцев у нее будет ребенок. Ребенок! Встреча с Мирандой, досужие сплетни – все это отступило на второй план, когда Энди, на секунду остановившись, представила, как будет держать сладко пахнущего младенца с мягчайшей кожей. Она положила ладони на живот и улыбнулась. Ребенок…

Войдя в «Старбакс» рядом с «Элиас-Кларк», Энди невольно схватилась за стойку, потому что у нее подкосились ноги. Она не была здесь десять лет, и охватившие ее воспоминания оказались настолько яркими и неприятными, что она чуть не потеряла сознание. Быстрый взгляд подтвердил – ни один из продавцов за прилавком или эспрессо-машиной ей не знаком. Наконец Энди заметила Эмили, махавшую из-за столика в углу.

– Слава Богу, наконец-то ты здесь, – сказала Эмили, делая большой глоток своего кофе со льдом и стараясь при этом не смазать помаду.

Энди взглянула на часы:

– Я почти на пятнадцать минут раньше. Сколько ты ждешь?

– Тебе даже знать не захочется. Я одевалась и переодевалась с четырех утра.

– О, мне сразу полегчало.

Эмили только округлила глаза.

– Главное, результат стоил усилий! – Энди одобрительно оглядела узкую юбку-карандаш из ткани букле, облегающую кашемировую водолазку и ботильоны на высоченных острых каблуках. – Выглядишь изумительно.

– Спасибо, ты тоже, – машинально отозвалась Эмили, не отрываясь от сотового.

– Да, я тут одолжила платьишко, по-моему, миленько. Для беременной – вполне подойдет!

Эмили резко вскинула голову, и на ее лице мелькнула паника.

– Ха-ха, шучу, шучу. Я надела то, что ты мне сказала – с эполетами.

– Мило.

Энди подавила улыбку.

– Когда, думаешь, нам туда идти?

– Минут через пять. Или уже сейчас? Ты же помнишь, как она любит, если опаздывают.

Подавшись вперед, Энди отпила глоток из стакана Эмили. Кофе был вязким от сахара – соломинка в нем почти стояла.

– Как ты пьешь эту дрянь?

Эмили пожала плечами.

– Так, давай запомним вот что: мы Миранде ничего не должны. Мы пришли, чтобы слушать и только слушать. Она не может больше портить нам жизнь одним движением мизинца.

Слова звучали убедительно, но Энди мало в это верила.

– Энди, не обманывай себя. Она – главный редактор в «Элиас-Кларк». Она остается самой влиятельной женщиной в моде и в издательском деле. Ей вполне по силам сломать нам жизнь без всякой причины, если ей вдруг того захочется. Готова поспорить, ты тоже не спишь с трех утра!

Энди встала и застегнула дутый пуховик – она надела бы что-нибудь поэлегантнее, но день выдался арктически морозным, и ей не хотелось, чтобы заодно с дрожью ужаса ее бил озноб от холода. Утром на сборы она потратила обычные полчаса и надела платье с эполетами, как советовала Эмили. Наград не завоюет, но и нареканий не вызовет.

– Ладно, пошли. Раньше сядем, раньше выйдем.

– Прекрасный настрой, – покачала головой Эмили, но тоже встала и застегнула молнию своего дорогого коротенького полушубка.

По дороге к «Элиас-Кларк» они не обменялись ни единым словом. Энди чувствовала себя почти нормально, пока они не вошли в вестибюль и не приблизились к стойке для посетителей – отметиться, чего ни одна из них не делала со дня собеседования.

– Нереально, – сказала Эмили, оглядываясь вокруг. Руки у нее дрожали.

– Ни Эдуардо у турникетов, ни Ахмеда в киоске с журналами. Ни одного знакомого лица…

– А ее узнаешь? – Эмили показала глазами куда-то себе за плечо, сунув свой бейдж посетителя в сумочку.

Незаметно повернув голову, Энди увидела Джоселин, недавно ставшую редактором отдела красоты в «Подиуме», любимицу бомонда. Из блогов Энди знала, что последние десять лет Джоселин не скучала: родив двоих детей своему миллионеру-банкиру, она развелась и вышла замуж за наследника миллиардного состояния, тоже с двумя детьми. Но ничего этого нельзя было угадать по ее виду: Джоселин выглядела не менее молодой, стройной и свежей, чем когда Энди бегала по коридорам «Подиума». С годами красота Джоселин только расцвела: она держалась с царственным спокойствием и уверенностью, которых не было в двадцать лет. Энди не могла оторвать от нее взгляда.