Чтение онлайн

Он рассказал все, что узнал от Питера, и о том, что произошло в Сохо, тоже.

– Я предполагал, что Кэмбри дрался там с Питером, – отозвался Сент-Джеймс, когда Линли умолк. – Сидни говорила, что видела там Питера. Описание совпадало, – добавил он, отвечая на незаданный вопрос, мелькнувший в глазах Линли. – Итак, если Питер узнал Кэмбри, то и Джастин Брук мог его узнать.

– Брук? – переспросил Линли. – Как? Да, помню, он был вместе с Сидни. Ну и что?

– Томми, они были знакомы. Брук работал в «Айлингтоне», – сказал Сент-Джеймс и познакомил друга со всем, что узнал во время визита в «Айлингтон-Лондон ».

– Какова роль Родерика Тренэр-роу?

– Он – главный двигатель истории. Это он сообщил Мику Кэмбри ключевую информацию. И Кэмбри использовал ее, чтобы начать расследование. Все пошло от Тренэр-роу. Он сказал Мику об онкозиме.

– А потом Мик умер. В тот вечер Тренэр-роу присутствовал на представлении.

– Томми, у него нет мотива. А вот у Джастина Брука был.

Сент-Джеймс объяснил. Его версия, продуманная им, пока он оставался один в кабинете, была очень проста. Кокаин в обмен на информацию неизвестного источника, которая должна лечь в основу статьи об опасном лекарстве. Мик Кэмбри и Джастин Брук. Что-то у них не сложилось и закончилось трагически в ту самую пятницу, когда Брук отправился вместе с Питером в Галл-коттедж.

– А кому понадобилось убивать Брука?

– Никому. Несчастный случай, как правильно считают полицейские.

Линли вынул из кармана портсигар и задумчиво поглядел на него, после чего щелкнул зажигалкой, однако закуривать не стал.

– Паб, – произнес он. – Питер сказал, что Брука в пятницу не было в «Якоре и розе».

– После того, как они побывали в Галл-коттедж?

– Да. Питер отправился в паб. Он был там без четверти десять и потом. А Брука там не было.

– Все складывается, да?

– А Джастин знал, что Питер везет его к Мику Кэмбри? – спросила Дебора. – Питер называл Мика до того, как они выехали? Или не называл его?

– Скорее всего, заранее не называл, – ответил Сент-Джеймс. – Вряд ли Джастин поехал бы, если б знал, что Питер собирается одолжить денег у Мика Кэмбри. Зачем рисковать?

– Мне кажется, Мик должен был больше бояться разоблачения, чем Джастин Брук, – заметила Дебора. – Кокаин, женское платье, двойная жизнь. Один Бог знает, что вы еще раскопаете.

Линли закурил и, выпустив струю дыма, вздохнул:

– Кроме того, есть еще Саша Ниффорд. Если Брук убил Мика Кэмбри и свалился со скалы, кто убил Сашу?

Сент-Джеймс постарался не показать свою особую заинтересованность.

– Что известно о Саше?

– Смесь эрготамина и хинина. – Линли достал из внутреннего кармана конверт и протянул его Сент-Джеймсу. – Наверно, она думала, что это героин.

Сент-Джеймс прочитал отчет экспертов, обнаружив вдруг, что ему трудно разбираться в терминологии, которая была для него вторым родным языком. Линли продолжал говорить, излагая факты, которые уже были известны Сент-Джеймсу:

– Большая доза сокращает артерии. Лопаются мозговые кровеносные сосуды. Смерть наступает немедленно. Мы наблюдали это, помнишь? Игла все еще торчала у нее из руки.

– Полицейские не считают это несчастным случаем.

– Не считают. Когда я уходил, они все еще допрашивали Питера.

– Но если это не несчастный случай, – проговорила Дебора, – значит…

– Есть второй убийца, – заключил Линли.

Сент-Джеймс вновь отошел к книжным полкам, боясь выдать себя неловкими движениями.

– Эрготамин, – произнес он. – Не совсем уверен, что…

Он умолк, надеясь, что сумел разыграть естественное любопытство человека науки. Но страх не давал ему покоя. Взяв с полки лекарственный справочник, он открыл его.

– Как насчет описания? – спросил Линли.

Сам того не замечая, Сент-Джеймс листал справочник на других буквах и даже что-то читал, не видя ни слова.

– От чего он? – спросила Дебора.

– Главным образом от мигрени.

– Правда? От мигрени? – Сент-Джеймс не столько увидел, сколько почувствовал, что Дебора повернулась к нему, и стал молить Бога, чтобы она не задала естественный для нее вопрос. – Саймон, а ты принимаешь его, когда у тебя мигрень?

Ну, конечно же, конечно. Все она знает. А кто не знает? Он никогда не вел счет таблеткам. И флакон большой. Значит, она пришла в его комнату и взяла, сколько ей было нужно. Потом она раздавила таблетки, смешала их и сотворила яд. Потом каким-то образом отдала его Питеру и убила вместо него Сашу.

Ему требовалось сказать что-нибудь, чтобы отвлечь внимание Линли на Кэмбри и Брука. Почитав еще пару секунд, он кивнул как будто в глубокой задумчивости и захлопнул справочник.

– Нам надо вернуться в Корнуолл, – решительно заявил он. – В газете мы обязательно найдем подтверждение связи Брука и Кэмбри. Сразу после смерти Мика его отец все обыскал там. Но он искал сенсацию: доставка оружия в Северную Ирландию, девушки по вызову и министры кабинета. Что-нибудь в этом духе. Но интуиция подсказывает мне, что мы пропустили онкозим.

Сент-Джеймс не сказал, что отъезд из Лондона подарит ему лишний день, сделает его недоступным для полицейских, если они захотят спросить его о серебряном флаконе.

– Почему бы нет? Уэбберли дал мне еще несколько дней, – сказал Линли. – Это очистило бы Питера от подозрений. Деб, поедешь с нами?

Сент-Джеймс видел, что она пристально смотрит на него.

– Да, – медленно проговорила Дебора. – Саймон, а ты разве?..

Никаких вопросов он не мог допустить.

– Я прошу прощения, но мне нужно еще кое-что посмотреть в лаборатории. До завтра мне надо хотя бы понять, с чего начинать.

***

К обеду он не спустился, и Дебора с отцом, прождав его в столовой до девяти часов, в конце концов поели одни. Камбала, спаржа, молодая картошка, салат. Бокал вина. Потом кофе. Они не разговаривали, но Дебора постоянно ловила на себе взгляды отца.

Трещина в их отношениях появилась после возвращения Деборы из Америки. Когда-то они вели в столовой душевные беседы, а теперь все было не так. О некоторых вещах вообще нельзя было говорить. Так хотела Дебора. Она и сбежала-то из дома в первую очередь, чтобы отец не досаждал ей. Ведь он знал и понимал ее лучше всех. И наверняка пожелал бы всерьез обсудить прошлое. Его это по-настоящему волновало. Ведь он любил обоих.