Чтение онлайн

— Можно и так. Но я предлагаю увеличить шансы на успех. Мы проведём ритуал фамильяра. После этого я смогу призвать тебя откуда угодно или найти, как нахожу Кошкотуна.

— Звучит заманчиво и в то же время пугающе, — Лорен мечтательно закатила глаза. — Этот момент достоин занесения в хроники. Впервые в истории муж делает жене предложение души, а не ливера! Я согласна. Но мы действительно должны сначала убедиться, что у этого мира есть будущее. Иначе я весь остаток жизни не смогу спокойно спать.

Сайтан взвыл и схватился за волосы. Стоя над телом Дункана, в руках он держал записку с текстом:

За три тысячи лет я заеб… сильно устал. В мире теперь всё заеби… нормально: телезма копится, обученных магов хоть булками жуй. Вы справитесь без меня.

Сайтан — теперь ты исполняющий обязанности короля. Я свалил в отпуск — не ищите.

Дункан

P.S.: НЕ ИЩИТЕ!!!

— Свалил, сволочь!

Он взглядом стал рыскать по тронному залу в поисках чего-нибудь, что не жалко сжечь или сломать.

— Нет, это же надо… — он стал расхаживать по помещению мимо трона. — Кто так делает? Аваду себе в голову, и оставить записку, что теперь я король, и крутись, как хочешь. Записку, мать его!!! Как мне эту писульку наместникам предъявлять? Восьмилапая, троечленова, шестикрылая сволочь!

***

Широко распахнув глаза, Дункан уставился на голубое земное небо. Стоунхендж — как же он по нему соскучился.

Тело ощущалось невероятно слабым и хрупким, но это временно. Вскоре оно само перестроится под биоэнергетику одного из сильнейших серафимов.

Можно помочь телу перестроиться с помощью управления молекулами и атомами. Это одно из тех магических знаний, которое изобрели его подданные в поисках способов синтеза телезмы. Сильнейшие маги мира суккубов могут управлять материей, менять по желанию свои тела и делать то, для чего в мире тридцать второго века требовалось сложное оборудование и артефакты.

Он телекинезом привёл тело в вертикальное положение, чем напугал констебля, который поспешил спрятаться за ближайший каменный мегалит. Не каждый день видишь, как парень, спокойно лежащий на земле, взлетает подобно колдуну из фильма ужасов. А он простой констебль без какого-либо оружия. Дубинку он за оружие не считал. Сейчас он больше мечтал даже не о пистолете, а о бочке святой воды и отряде экзорцистов.

Бодрой походкой Дункан подошёл к месту появления себя из прошлого. Тот появился как по расписанию с котом на руках и в полной уверенности, что дезиллюминационные чары скроют его от взора «двойника».

На Дункана накатила ностальгия. Ему не хотелось повторения событий прошлого. Было желание жить обычной жизнью в мире пацифизма без войны, демонов, восстановления мира суккубов и трёх тысячелетий в роли короля «демонов». Он не хотел вспоминать, как приходилось извращаться, чтобы раздобыть хоть капельку телезмы на нужды исследователей. Пришлось пользоваться наработками демонов-предшественников и откликаться на призывы всяких магов, мнящих себя крутыми демонологами, которым король Ада должен кланяться в ножки. К их счастью, он не мог явиться на призыв в своём теле с полным могуществом, а призывался в виде духа и создавал на месте астральную проекцию. Гуроохен им бы гордился, ведь он довёл шаманизм до идеала. Откормленный до уровня бога дух-спутник, путешествие в виде духа через астральный океан, создание осязаемых астральных проекций. Порой так сильно хотелось сразу открутить демонологам головы. В такие моменты Дункан понимал демонов, и даже капельку сочувствовал им. Но не судьба.

Чем сильнее существо в запертом мире суккубо, тем большему противодействию оно подвергается. Дункан — самый сильный серафим и наиболее могучий волшебник на всей планете. Ему приходилось сложней всего. Лишь призывы демонологов позволяли ему выскользнуть за пределы закрытого мира. На то, чтобы удержаться в мире призыва, уходили не только все его силы, но и силы духа-спутника. Этого хватило бы, чтобы стереть в пыль Луну или аналогичное по размерам космическое тело, или для устройства крупномасштабного апокалипсиса на всей Земле. В итоге в мире призыва Хоггарт был лишён магических способностей и не мог использовать телезму. Лишь физические способности среднего перевёртыша, шаманские приёмы и сила мысли.

Но всё это было не зря. Чистая тульпа была необходима в качестве образца для синтеза телезмы. И её нужно было много. Хотя в качестве платы за призыв обычно удавалось получить крохи тульпы, но это намного больше, чем удаётся получить суккубам. Сильные суккубы не могут выбраться за барьер из-за банальной нехватки силы, как бы это глупо не звучало. Слабые суккубы и инкубы могут лишь заниматься сновиденьем. Проникая во сны, они доставляли волшебникам сексуальное удовольствие и получали тульпу. Но в сравнении с тем, что получает Дункан или другие серафимы — это песчинка на фоне крошки. Чтобы собрать крошку, понадобятся тысячи подобных наведённых сновидений. И всегда остаётся соблазн умолчать об удачной операции и присвоить пылинку силы себе. Демоническое наследие не так просто истребить.

— Не делай этого, — сказал он с грустью в голосе.

— Чего не делать? — нервно отозвался он же из прошлого, вцепившись в Кошкотуна, как в спасательный круг.

— Что задумал. Не нужен тебе крестраж.

— Почему?

— Узнаешь, если сделаешь, — вздохнул Дункан. — Хотя понятно же, что это уже произошло. Но я не мог удержаться от предупреждения…

Привычно проявив нимб с «третьим глазом», Хоггарт полюбовался на «своё» вытянутое лицо. Вызвав крылья, он мысленно усмехнулся над отпавшей челюстью себя из прошлого.

Невысоко взлетев, он стал невидимым и переместился в пространстве и времени.

В следующий миг он появился в знакомом мире в две тысячи пятисотом году. Кругом разруха, воздух напитан радиоактивной пылью и ядохимикатами.

Усилием мысли он материализовал потрёпанный дневник с инструкцией по сборке трансдюсера по самой первой схеме из простейших комплектующих этого времени, которые можно обнаружить на помойке.

— Пора завершить петлю времени…

Прямо так в виде ангела он, избавившись от невидимости, телепортировался в каморку к взлохмаченной блондинке. Единственный стол был усеян электронными компонентами. Девушка с грязной шевелюрой в старом потрёпанном спортивном костюме держала в руке паяльник.

Подняв глаза, она вскрикнула:

— СРАНЬ ГОСПОДНЯ! — паяльник выпал у неё из руки.

— Вообще-то серафим, но как меня только не называли.

— Фак! Оно ещё и говорит!

— Прикинь! Мелисса, я сделаю вид, что просто потерял это, типа ты сама изобрела эту штуку в порыве вдохновения, а ангел тебе померещился из-за отравления просроченными консервами… — Дункан разжал ладонь и уронил на пол дневник, после чего «растворился в воздухе».

На самом деле он стал нематериальным, сместившись в пространстве-времени, как когда-то делал с помощью машины времени, только в более продвинутом варианте. Не описать словами, какое ему доставило удовольствие использовать старые добрые пространственно-временные приёмы, на которые наложен запрет в месте его прошлого обитания.