Чтение онлайн

Пожалуй, шашлык стал тем самым цементным раствором, который сблизил стаю с Хоггартом. Невозможно не любить человека, который готовит такую вкуснятину и угощает ею всех желающих. Мясо готовилось по русским рецептам приёмной матери Дункана, к тому же он экспериментировал с маринадами. Шашлык даже в сыром виде было приятно кушать обычному человеку, не говоря уже об оборотнях.

Не зря говорят, что путь к мужчине лежит через его желудок. Благодаря вечерним посиделкам с вином и мясом Дункан сдружился с несколькими магами. Нельзя сказать, что они стали не разлей вода, но их смело можно назвать хорошими приятелями.

Хоггарт решил изменить цель. Он отбросил идею мести всем колдунам. Отныне он собирался уничтожить лишь мразей, которые прямо либо косвенно виновны в смерти его семьи. Для этого недостаточно сидеть на месте, поскольку наиболее актуальную информацию можно получить лишь в Великобритании.

В начале ноября тысяча девятьсот девяносто четвертого года он покинул уютную альпийскую деревушку и полетел на самолёте на родину.

***

Аэропорт Хитроу встречал Хоггарта промозглой погодой. За пару лет отвыкнув от больших скоплений людей, он чувствовал себя в толпе неуверенно.

Дункан опасался быть узнанным. После взрывов и стрельбы в заброшенной часовне его портреты могут быть разосланы всем полисменам. Успокаивала лишь мысль о том, что сейчас у него другие документы на абсолютно легальную личность Дункана Олгарта.

Несмотря на опасения, он спокойно прошёл таможню с ручной кладью в виде сумки путника. Даже захоти таможенники, они бы там ничего не нашли, а полностью развязать горловину и вытряхнуть содержимое «пустой» сумки нужно ещё догадаться. Насчёт магов он не опасался. По проверенным сведениям британские и французские колдуны никак не контролирует обычные вокзалы, порты и аэропорты.

Первым делом в Лондоне он арендовал квартиру и недорогой автомобиль. Это заняло пару дней.

На третий день с утра он направился в больницу Святого Мунго.

Волшебники не придумали ничего лучше, как расположить лечебницу в самом сердце Лондона. Невзрачный бывший кирпичный универмаг с большими вывесками на пыльных дверях: «Закрыто на ремонт». В его витринах прохожие видели несколько облупленных манекенов в съехавших париках и нарядах, давно вышедших из моды.

Дункан пристально уставился на отдельно стоящий уродливый манекен в виде девушки. Искусственные ресницы у неё отклеились, а из одежды — только зелёный нейлоновый фартучек.

Подойдя вплотную к витрине, он строго по «методичке иностранного туриста» обратился к этому манекену:

— Я хочу навестить пациента.

Манекен чуть заметно кивнул и поманил его суставчатым пальцем.

Набрав полную грудь воздуха, Дункан шагнул сквозь витрину.

В просторном холле он сразу же наткнулся взглядом на плакаты: «Чистый котёл не даст превратиться вашему зелью в яд», «Самолечение — это самообольщение».

Заметив привет-ведьму, он направился к ней. Молодая пухлая брюнетка в салатовой мантии даже не подумала улыбаться.

— Что у вас? — устало спросила она.

— Доброе утро, мисс. До меня дошли сведения, что у вас находится на лечении мой родственник Гилдерой Локхарт.

— Локхарт? — глаза ведьмы широко распахнулись. — Вы кем ему приходитесь?

— Я муж его старшей сестры.

— Разве у мистера Локхарта есть сестра? — скорее удивилась, чем не поверила привет-ведьма.

— Мы живём во Франции, мисс. Гилдерой не любит распространять личные сведения о своей семье. Лишь недавно до меня дошла старая пресса, откуда я с изумлением узнал, что Гилдерой находится в плачевном состоянии. Я бросил все дела и тут же помчался в Британию. Я могу его увидеть, мисс?

— Он находится на пятом этаже в «Недугах от проклятий». Обратитесь к целителю Янусу Тики — он занимается лечением больных с потерей памяти.

— Спасибо, мисс.

Найти целителя Тики оказалось просто. Первая же девица в салатовой мантии указала на его кабинет. Им оказался обаятельный мужчина с крючковатым носом, чёрными кучерявыми волосами и смуглой кожей.

— Сэр, вы целитель Тики?

— Да-да, что вас беспокоит, голубчик?

— Я муж сестры Гилдероя Локхарта. Могу я проведать родственника?

— Конечно, пройдёмте.

Целитель повёл Хоггарта к палате. Никаких проверок и подтверждающих документов. Это удивило Дункана, хотя он был наслышан о доверчивости большинства волшебников.

— Целитель Тики, я только недавно узнал о проблемах Гилдероя. Вы можете рассказать, что с ним произошло?

— О! Тяжёлый случай полной амнезии в результате могучих чар Обливейт, которые усилились из-за использования сломанной волшебной палочки.

— Как это произошло, сэр?

— Мистер Локхарт работал в Хогвартсе преподавателем Защиты от Тёмных искусств. Говорят, что он сразился с монстром, который нападал на студентов, но в процессе сражения неудачно сломал палочку и она отразила на него его же чары. Никогда не колдуйте сломанной палочкой, если не желаете пополнить список моих пациентов!

— Конечно, сэр. Есть ли шансы на возвращение воспоминаний? Есть ли хоть какой-то прогресс?

— Прогресс, несомненно, есть, — с важным видом покивал целитель. — Мы наблюдаем положительную динамику. Пациент вспомнил как писать и читать. Проявляет социальную активность, что для моих пациентов редкость.

— Почему?

— Зачастую они больше напоминают овощи, лежат и пускают слюни, — жизнерадостная улыбка не сходилась с тем, что говорил целитель. Словно речь шла не о людях, а о бананах. Банан, похожий на картошку, наверняка может позабавить.

Дункан этому не удивился. Он привык к тому, что все врачи циничны, особенно полевые военные хирурги. На медиков их работа накладывает отпечаток в виде цинизма и склонности к чёрному юмору.

В палате кровати были отделены ширмами. За одну из них целитель привел посетителя.

— Мистер Локхарт, к вам родственник.

— Родственник?

Гилдерой растерял весь свой лоск. Золотистые кудри потускнели, кожа бледная. В больничной пижаме он ничуть не напоминал того самовлюблённого франта, с которым повстречался Хоггарт.