Чтение онлайн

Но оказалось, что, пока происходила борьба Первого, Второго, Третьего и Четвертого, оставшиеся семь Адольфов, считая и Адольфа-1, который сбежал, разбрелись по всем уровням базы, и каждый объявил свой уровень независимым и суверенным. В результате стартовые шахты и двигатели отошли к Адольфу-8, оружейные палубы – к Шестому, а остальным Адольфам соответственно достались хозблок, отсек ремонтных роботов и всякая прочая ерунда. Обнаружив, что у него есть двойники, каждый Адольф спешил чем-нибудь отличиться от других.

Седьмой надел красную рубашку, Девятый постригся наголо, Пятый обзавелся темными очками, а вдобавок в драке с Шестым, на которого натолкнулся около конвейера, он лишился левого уса, так что в отличие от Четвертого Адольфа Безусого, он получил прозвище Адольфа Одноусого.

Киборги, совершенно запутавшись в капитанах, разделились. Причем каждый считал настоящим только своего Адольфа, а всех остальных – фальшивыми. Разные модели киборгов питали симпатию к разным Адольфам и именно им хотели подчиняться.

Чем это объяснялось – неизвестно, ибо все Адольфы были конструктивно одинаковыми, но почему-то Бабкам нравился Адольф-7 Краснорубахий, Гориллы остались верны Первому, Инспекторы ГАИ и Продавщицы приняли сторону Девятого Толстомордого, названного так неизвестно за что. Душители, Палачи и прочие отвратительные модели, считавшие себя обиженными, принимали сторону всех Адольфов поочередно, а потом и сами, окончательно обнаглев, стали объявлять себя Главными Киборгами, но их за это быстро побросали в реактор.

Адольфу-10, появившемуся позже всех, уже ничего не досталось, база была вся поделена, он очень переживал по этому поводу, но неожиданно его сторону приняли киборги-тараканчики, которым внезапно тоже захотелось принять участие в политических событиях. Киборги-насекомые из-за своего малого размера всегда чувствовали себя уязвленными, а Десятый обещал в случае его победы приравнять их по статусу к более знатным киборгам.

Так как база оказалась вся поделенной на разные отсеки и уровни под командой Адольфов, каждый из которых забаррикадировался и не доверял другому, то корабль как целое перестал существовать. Даже ремонт форсажей и рулей приостановился, потому что двигательный отсек оказался у одного Адольфа, а ремонтные роботы у другого, и, разумеется, ни тот, ни другой не желал сотрудничать с тем, кто был, по его мнению, самозванцем.

Так как все Адольфы были слишком заняты междоусобицей, а центральная лазеростанция, принимавшая сообщения от Черного компьютера, была повреждена во время одной из вылазок Инспекторов ГАИ против Бабок, то о судьбе Ираидок, десантированных на Землю, все забыли, и на этих злюк всем стало вообще наплевать. Адольфу-l было не до них, он старался удержать власть и обличить самозванцев, а остальные девять вообще ничего не знали об Ираидках.

Это привело к тому, что женщины-киборги были брошены на произвол судьбы и разбрелись по Москве. Некоторые из них за короткое время одичали и стали нападать на прохожих, другие устроились работать в детские садики и школы по фальшивым документам, третьи решили эмигрировать.

И вдруг произошло такое, что едва не изменило земную историю!

Одна из Ираидок столкнулась на улице с настоящей Ираидой Борисовной и, приняв завуча за одну из своих киборгизированных приятельниц, прошептала ей пароль: «Да здравствует Черная Империя!» Но так как у киборгов одинаковых моделей был приказ не скапливаться в многолюдных местах, чтобы их сходство не привлекло нежелательного внимания, модель Ираида-1 развернулась и быстро пошла куда-то дворами.

Ираида Борисовна, увидев очень похожую на нее женщину, которая к тому же поздоровалась с ней, решила, что это ее родная сестра-близняшка Эмма Борисовна, которая уже шесть лет жила с мужем в Канаде, а теперь прилетела в Москву.

Крикнув: «Эмма, Эмма!», Ираида Борисовна устремилась за ней, но женщина-киборг, не оглядываясь, быстро удалялась. Это еще больше раззадорило недоумевающую сестру, и, закричав громче, она устремилась за ней. Модель Ираида-1, видя, что ее преследовательница не отстает, запаниковала. Она решила, что из-за перепроизводства Ираидок приказано уничтожить часть из них и что на нее организована настоящая облава, и самое мудрое, что она может сделать, это вовремя скрыться.

Ираидка нырнула за мусорные баки, перелезла через какую-то невысокую стенку и стала снимать с себя пластиковую маску, чтобы вывернуть ее на другую сторону, где было резервное маскировочное лицо шведского туриста средних лет.

Ее одежда тоже с помощью нескольких едва заметных изменений быстро преобразилась. Теперь это было уже не темное со множеством пуговиц пальто с нутриевым воротником, а плотная куртка «Аляска» с поднятым капюшоном. Во рту у туриста была небольшая трубочка, из которой периодически появлялись небольшие клубы дыма. Когда Ираида Борисовна обежала стену и мусорные баки, за которыми скрылась ее сестра, та успела уже куда-то исчезнуть, а у стены стоял и курил трубку какой-то полный мужчина в клетчатой кепке и куртке с капюшоном.

– Вы не видели здесь женщину? – выдохнула завуч, хватая его за рукав.

– Я не понимать по-рюски! – сказал иностранец. – Я швет, понимайте, швет!

– Женщину, такую женщину, как я! – жестикулируя и показывая на себя, объяснила Ираида Борисовна.

– А, женщин! – догадался вдруг иностранец и выпустил клуб дыма. – Женщин побежал тюда! Бистро, бистро! – И он, обернувшись, показал рукой куда-то в конец улицы.

– Спасибо! – сказала завуч, поражаясь, как ее сестра-близняшка успела убежать так далеко, и метнулась следом.

Киборг проводил ее подозрительным взглядом. Когда спина Ираиды Борисовны уже почти исчезла в конце улицы, он вдруг с опозданием сообразил, что, спеша поскорее отвязаться от своей преследовательницы, по ошибке указал ей на ту улицу, которая должна привести в небольшой дворик, в котором примерно в это время ему была назначена встреча. Недавно Черный компьютер от своего имени связался с ним и, приказав держать все в тайне от остальных Ираидок, велел вернуться на базу и выяснить, что там происходит и почему с ней нет связи. Именно поэтому киборг и испугался неожиданно возникшей Ираиды Борисовны и стал убегать от нее, решив, что его подставили.