Месть
Шрифт:
«Таким образом, мы?...» – Клут явно надеялся услышать четко сформулированное предложение.
«Мы отправляемся искать Гота. Чем враг ближе, тем лучше».
«Как?!»
«А вот об этом я пока думаю», – тихо ответил Тор.
«Кажется, я тебя не совсем понял, Тор. Ты сказал "полетим"?»
Слух у Клута был не менее острый, чем у его друга, и притворяться было бессмысленно.
«Вот именно».
«А-а... – сокол потоптался на ветке, которая висела почти над головой у Тора, и принялся чистить клюв. Так он делал всегда, если чувствовал себя неловко или хотел протянуть время, чтобы подумать. – И как именно мы это будем делать?»
«Я не знаю, какое волшебство позволяет вырастить крылья, дружище».
«Значит, летать придется мне – я правильно понял?»
«Правильно. А я буду тебя сопровождать».
«Ясно. Значит, ты собрался ехать на мне, как на лошади».
Эту шпильку Тор предпочел оставить без ответа.
«Не совсем, но почти».
На этот раз он явно не шутил.
«Ты снова собираешься заняться обменом душ?» – переспросил Клут, словно не мог поверить собственным ушам.
«Я уже переносился в тело Меркуда, – очень тихо ответил Тор. – Это будет почти то же самое».
Клут перестал чистить перья. К такому повороту он был не готов.
«Тор... когда ты вошел в тело Меркуда, его душа уже умерла в твоем теле. И ты это знал».
Тор, который до сих пор сидел, привалившись к дереву, выпрямился и встал.
«Иди сюда, Клут»:
Он протянул руку, и сокол опустился к нему на запястье. Тор погладил великолепную птицу, вкладывая в это прикосновение всю любовь, все доверие, которое испытывал к своему удивительному другу. Юноша заговорил снова лишь после того, как почувствовал, что Клут успокоился, а его тельце немного расслабилось.
«Ты не умрешь. Я много думал об этом, а потом нашел в Писаниях Нанака такую фразу: "Двое могут занимать одно тело". Понимаю, это может быть просто мысль, которая пришла кому-то в голову сто лет назад и которую никто не пытался проверить, но мне кажется, что из этого будет толк».
«Тор, мой дорогой друг, я боюсь не за свою жизнь. Я один из Паладинов. Один раз я уже умер за тебя, и, если потребуется, снова встречусь со смертью, чтобы ты жил. Ты – это все, ради чего мы сражаемся. Все эти бесконечные скитания, постоянная неизвестность, ужасные испытания – все только ради того, чтобы ты жил и встретил свою судьбу. Нет, Тор. Не думай, что я хоть на миг задумаюсь о своей жизни, если речь пойдет о твоей. Я боюсь только за тебя. А ты готов рисковать собой, чтобы проверить какую-то сомнительную идею... Я потрясен».
Тор поднес сокола ближе и посмотрел ему прямо в глаза. Клут склонил голову набок, но не отвел взгляд.
«Не делай этого, Тор».
«Верь мне».
«Давай хотя бы подождем Лисе. Она направила тебя по этому пути, она подбросила тебе эту мысль... – в тоне Клута послышалась надежда. – Значит, она сама что-нибудь предложит».
«Нет. Элисса не сможет жить спокойно, пока жив Гот. Лисе сказала мне об этом. Я должен узнать, где находится Инквизитор. Если я это выясню, мне самому будет легче».
Клут снова прыгнул юноше на плечо.
«Твой враг – не Гот. Ты не должен забывать, кто твой настоящий противник, настоящая угроза для всех нас. Это Орлак!»
Тор вздохнул.
«Орлак пока не объявился, так что придется довольствоваться теми врагами, которые есть в распоряжении. И вообще, я же не сказал, что собираюсь что-то предпринимать. Я просто хочу найти Инквизитора».
«Хорошо. Допустим, я согласился участвовать в этой дурацкой... нет, в этой безумной затее. И что прикажешь делать с твоим телом – холодеющим телом, из которого уходит жизнь?»
Дело все-таки сдвинулось с мертвой точки. Момент, который не следовало упускать.
«Сердце Лесов сможет какое-то время сохранять мое тело».
Тор быстро обрисовал свой план. Клуту не стоит погружаться в размышления о возможной гибели. Хватит и того, что сам Тор чувствовал себя не слишком уютно при мысли о том, что ему снова придется покинуть собственное тело.
«Думаю, все было примерно так: Гот сбежал из дворцовой тюрьмы, и ему хватило наглости явиться на площадь, чтобы поглазеть на мою казнь. В толпе на него никто не обратил бы внимания. Потом, наверно, он покинул столицу – опять-таки смешавшись с толпой».
«Согласен», – откликнулся Клут.
«Даже если не думать о гневе короля... Гот должен понимать: Херек бросится на его поиски просто потому, что задета его гордость – а с ним и весь "Щит". Они будут искать почтенного Инквизитора, пока не найдут, и отправятся ради этого хоть на край мира».
«Продолжай».
«Я подумал: куда бы я сам поехал, если бы хотел оказаться как можно дальше от дворца и его обитателей?»
«На север, конечно».
«Верно, на север. Но не куда угодно. Это должен быть какой-то глухой угол, куда инквизиторы вряд ли когда-нибудь добирались. Гота слишком легко узнать, так что я сомневаюсь, что он рискнет появиться в каком-нибудь городе».
«Или это место, где нарушители закона чувствуют себя вольготно, – подхватил Клут. – Место, где умеют держать язык за зубами и не жалуют власть предержащих».
По воодушевлению друга он понял, что попал в точку.
«Вот именно! В глуши Гот умрет со скуки. У него слишком большие аппетиты».
Клут смолк. Он думал. Чтобы понять это, не надо было уметь читать его мысли: сокол становился на одну лапу, когда погружался в размышления. Эта привычка всегда забавляла Тора, и впервые за много недель он тепло улыбнулся.
«Ну, дружище, это твои родные места. Как думаешь, где может спрятаться Гот? В Роркъеле?»
Клут опустил вторую лапу.
«Роркъель закрыт для всех, кто не принадлежит нашему народу. Готу потребуется проводник, кто-то из местных жителей, иначе он заблудится в скалах. Но я согласен с тобой. При его аппетитах ему нужен целый город, на меньшее он не согласится. Но ни в Илдагарт, ни в его окрестности он не вернется – это слишком рискованно... – он осекся. – Сколько у нас времени на поиски?»