Месть
Шрифт:
Клут щелкнул языком – так он выражал свое одобрение с тех пор, как стал птицей.
«Мы знаем, что Сонм перенес Орлака в некое тайное место, которое нигде не называется, – продолжал Тор. – Думаю, это не в нашем мире. С тех пор Паладины удерживают его там. Или пытаются удержать. Изначально стражей было десять, но Орлак уже сотни лет ведет с ними борьбу и побеждает одного за другим».
«А как, по-твоему, книги оказались в Сердце Лесов?» – спросил Клут. Казалось, можно было увидеть, как мысли стремительно проносятся у него в голове наперегонки друг с другом.
«Это загадка. Может быть, их доставила Лисе... хотя я не представляю, способна ли она перенестись в Таллинор во плоти. Спутницы вроде Ярго – просто призраки, и переносить предметы не могут... – Тор пожал плечами. – Не знаю».
«Это все дела минувших дней. Сейчас мы знаем, что Паладины возрождаются».
«Верно. Пока у нас есть ты, Солиана, Арабелла, Саксен, Кайрус и Саллементро. Нанак называет еще четверых. Я не могу точно сказать, кто это – люди или какие-то другие существа... Джуно, Темезиус, Фиггис, Адонго».
Клут запрыгал в его сторону. Связь между ними стала сильнее, и Тор слышал почти каждую мысль своего друга.
«Насколько я вижу, мы с Арабеллой посвящены тебе. Саксен и менестрель Саллементро связаны с Элиссой. А Солиана и Кайрус? А другие, которые пока не появились?»
«Ничего не могу сказать. Лисе говорила, что Кайрус – один из Паладинов, но ему отведена особая роль, очень важная. Что это за роль, она пока не объяснила. Возможно, и сама не знает».
«А почему Арабелла не путешествует с нами, если она связана с тобой?»
«Знаешь, меня тоже это удивляло. Лисе сказала, что у каждого из Паладинов своя сила и своя задача. Когда я заговорил об этом с Арабеллой, она совершенно не удивилась. Она считает, что свою задачу уже выполнила».
«Какую?»
«Поженила нас с Элиссой... проследила, чтобы моя душа вернулась в тело после казни, а затем помогла мне исцелиться. А может быть, это еще не все. Может быть, она знает о каких-то других задачах, но не говорит».
«Я чувствую, что Арабелла тесно связана с Сердцем Лесов».
Клут озвучил давние подозрения Тора.
«Не думаю, что она захочет покинуть это место... А может быть, просто не может? – заметив, как юноша кивнул, сокол не стал развивать эту мысль. – Знаешь, вот чего я так и не понял: если мы все так связаны, почему не чувствуем и не узнаем друг друга?»
«Думаю, со временем это произойдет. Связь должна быть. Может, она даст о себе знать в каком-то особом месте? Или что-то должно произойти... что ее разбудит. Когда мы с Меркудом обменивались телами, в какой-то миг я почувствовал, что мы обмялись знаниями и опытом. Это был только миг, но я прочел его мысли... а он, наверно, прочел мои».
«Раньше ты никогда об этом не говорил, – возмутился Клут. – И что ты прочел?»
«Говорю тебе, это был только миг. Я почувствовал, что Орлака удерживают лишь Фиггис и Темезиус. Меркуд это знал. Судя по тому, как недавно стонало Сердце Лесов... боюсь, теперь остался только один из них».
«А что случится после того, как падет последний из Паладинов?»
«Орлак освободится. Лисе сказала мне, что в ярости он разрушит Таллинор и все окрестные королевства. Он сотрет Сердце Лесов с лица земли. Орлак почувствует силу его волшебства – даже боги считают это место особым. Это будет месть миру, который отнял у него жизнь бога, и человеку, который купил его младенцем и заставил жить жизнью смертного. Возможно, он пользуется случаем, чтобы показать богам свою силу и дать понять, что хаос, который он им несет, – это наказание за то, что они не смогли защитить своего принца».
Клут вскочил на плечо Тору.
«Но Меркуд мертв, Тор. На кого Орлаку охотиться? На ком он выместит свою ярость?»
На мгновение стало очень тихо. Оба собеседника чувствовали неловкость. Наконец Тор ответил; если бы они говорили вслух, эти слова прозвучали бы как тихий шепот:
«На мне».
«На тебе? Но почему?»
«Потому что я связан с Меркудом. Лисе предупредила, что его смерти Орлаку будет мало. Он обрушит свой гнев на тех, кто был дорог моему старику».
«Может быть, мы сможем тебя спрятать? Кстати, почему бы тебе самому не стать охотником?»
«До каких пор вы будете меня прятать, друг мой? Орлак придет. В этом можно не сомневаться. Все, что нам остается, – это подготовиться к этому часу. А что касается другой твоей идеи... Я – добыча. Я готов стать приманкой, чтобы поймать охотника в ловушку. Лисе свела нас вместе не просто так, и нам надо понять, чего она от нас хочет, что мы должны сделать, объединив наши умения и знания».
«А если спросить саму Лисе? Думаешь, это еще никому не приходило в голову?» – с нескрываемым ехидством осведомился Клут.
«С ней это не пройдет. Она хочет, чтобы мы все поняли сами. Если мы зададим правильные вопросы, то получим правильные ответы».
«Хорошо, – сокол расправил крылья, перелетел в середину поляны и теперь смотрел оттуда на своего друга. – Как я понимаю, ты исцелился, отправил Ярго на поиски Соррели и детей и сам решил отправиться в путь. И что мы будем делать?»
«Как-то раз Лисе сказала мне одну загадочную вещь... впрочем, она часто говорит загадками... Я только сейчас вспомнил. Она велела мне искать тех, кого легко соблазнить властью и местью. Впечатляет, правда? Намек довольно туманный, но можно догадаться, кто будет больше всех радоваться нашим страданиям – моим и тех, кто мне дорог».
«Тор, в тебе умирает зубной врач. Ты обладаешь потрясающей способностью тянуть долго и мучительно. Ближе к делу».
«Это же очевидно, сумасшедшая птица. Гот! Ксантия! Этой очаровательной парочке больше нечего терять, а вот добиться они могут очень многого».
«Ты прав. Гот – это воплощение зла, а Ксантия – пешка в его руках».
«О, нет, Клут. Она отнюдь не пешка. Ксантия владеет Темным Искусством. Если Орлак доберется до нее и освободит от архалита, который не дает ей воспользоваться своим даром, нам лучше сжечь Тал самим, чтобы они не утруждались».