Чтение онлайн

— Хотела…

На этот раз мы занимались любовью без спешки, основательно изучая друг друга. Ища чувствительные точки и стараясь доставить наслаждение партнеру. Обстановка в дворце Станции более подходила главе великого рода с его наложницей. Хотя, здесь данное слово несло негативный оттенок. Просто «с любимой». Признаться, я немного смирился со звериными чертами Анны. Если ранее все еще оставалась брезгливость, то после проживания в тереме со множеством мета-людей чудной и отталкивающей внешности я стал относиться к небольшим изменениям более толерантно.

Охрана была привычна к подобному отдыху своего главы, поэтому не беспокоила. Мы с Анной прервались на обед, в течение которого девушка умяла, казалось целый центнер мясо-рыбных блюд. Любопытно, что стол по традициям почившего главы здесь был почему-то очень низким — по колено. А вместо стульев использовались подушки или ковры.

После трапезы мы продолжили предаваться неге и разврату за дверями спальни. Оставалось много вещей, которыми следовало заняться, но после крайне напряженных суток делать ничего совершенно не хотелось. Глава рода ведь тоже имеет право на отдых.

Вечером мы поужинали, навестили хмурую Мираж, запертую в камере для заключенных, и обсудили некоторые важные вопросы с Ахекжаном и Шуургой, которых я тщательно проверил на жучки и пси-внушения. Суперша взяла шефство над охраной. Раньше хватало личной ауры страха Хана и периодических наказаний, но после его смерти бойцы быстро распоясались.

— Как я понимаю, на Вольной Станции нет четких законов? Полный диктат правителя?

— Вроде того, — кивнула женщина с волосами песочного цвета. — Хотя мы стараемся не злить город и держаться в рамках. Людей с паспортом Усть-Корсы тоже лучше не трогать. В остальном вы вольны диктовать любые правила… Песец-гуай.

— Гуай?

— Уважительный суффикс. Означает старший или вроде того, — пояснила Шуурга.

— Кстати, а как ваши имена перреводятся? — обратилась Анна.

Женщина бросила на нее вопросительно-небрежный взгляд. Словно бы спрашивая: «Это еще кто такая?»

— Что? — не поняла Ищейка.

— Анна — моя приближенная и может говорить от моего имени, — пояснил я позицию девушки.

Смирнова нахмурилась, но не стала никак комментировать.

— Шуурга — Буря, — перевела женщина свой позывной. — Это прозвище дал мне Хан. Эмч — Врач, Шилуус — Рысь.

— Ясно, спасибо, — кивнула Анна, утолив свое любопытство.

— Значит, полная власть, — произнес я удовлетворительно. — В таком случае, если надо будет казнить для острастки нарушителей — можете обращаться. Убийц, насильников, казнокрадов мы здесь не жалуем.

Шуурга посмотрела на меня с толикой уважения и кивнула:

— Как пожелаете, гуай.

Я обратил внимание на Ахекжана, который ожидал меня неподалеку с кипой отчетов.

— Здесь бухгалтерские сведения о товарах, господин Песец, — пояснил мужчина. — После объявления о снижении налога поток ядер немного повысился, если сравнивать с холодными сезонами прошлых годов. Но доходы наши все равно значительно просели.

Я взял журналы и полистал с умным видом:

— Сколько с ядер вы выручали за год раньше?

— М-м-м, около тридцати пяти миллионов корсов, — прикинул в уме Ахекжан.

— Три миллиона в месяц? Негусто, — хмыкнул я, разом потеряв интерес.

— Боюсь, с тридцатипроцентной ставкой нам удастся выручать два-два с половиной миллиона от силы. А ведь на содержание охраны и дворца уходит более двух миллионов, хотя точно подсчитать сложно. Без продаж мета-патронов Хана нам придется затянуть пояса или расформировать часть гвардии…

— Значит, текущий уровень поддерживать сможете? — уточнил я.

— Со скрипом.

— Тогда поскрипите пока немного. Со временем подумаем, как вами распорядиться. Еще и с Корсой придется договариваться. Вас допрашивали?

Ахекжан поведал, что когда узнали о резкой смене власти, на Вольную станцию заявились старшие герои и служащие Контроля. Метамэн был зол и требовал найти нас немедленно. Некоторых проверил псионик Корпуса, умеющий отличать правду от лжи. Жаль на Пауке подобные допросы не дали результата.

Брунгильда заступилась за Станцию и затем увела героев, оставив слежку в виде Миража. Судя по услышанному Ахекжаном, Корпус, Центр и Совет безопасности не остались в восторге от случившегося. С Ханом у Корсы долгие годы сотрудничества, а чего ожидать от Песца — курсанта-преступника, они не знали. Возможно, снижение налога, а значит и итоговой стоимости поставляемых ядер со Станции, несколько охладит их пыл. Надо будет с Марго побеседовать, когда страсти улягутся. Не сказать, чтобы я был недоволен отношениями с Анной, но по Директору слегка соскучился. Наверняка она в не лучшем настроении после произошедших событий с повторяющимися Погромами и армией костяных монстров. Но так даже интереснее.

Обсудив финансовые дела и снабжение Дворца, мы с Анной решили направиться на вечернюю прогулку по моим новоприобретенным владениям. Поселение бесспорно бедное, но с чего-то же надо начинать?

— Песец! — проревел кошкоподобный Морф в главном зале, окруженный толпой из двух десятков головорезов в черном с оружием. Похоже, многие из охранников пришли поглазеть на представление. — Молва пошла, что ты одолел Хана нечестным способом! Свидетелей смерти главы ведь не было!

Шуурга вышла из смежного помещения поглядеть, что стряслось. Судя по покачиванию головы, она не была рада подобной импровизации подчиненных.

— Вот как? — заметил я спокойно.

— Лишь сильнейший должен править Станцией! Покажи нам, что достоин сего титула, Песец. Я вызываю тебя на поединок! — продолжил надрывать глотку зверолюд.

По-видимому, какой-то ритуал. На Аккотрельме также раньше устраивали дуэли для выявления сильнейшего. С приходом Империи это стало скорее неопасным развлечением, чем решением реальных споров.

Я нахмурился, задумавшись. Боевые печати я старался обновлять, находясь на не слишком дружественной территории. Да и памятный ужин у Вейцманов научил меня, что печати лишними не бывают. Жаль, что они быстро истлевали на воздухе, но летную я формировал по возможности.