Чтение онлайн

Голос Мирчи был спокойным, но от этого не менее внушительным: - Отзовите их, маг, или я буду счастлив продемонстрировать кормление по старинке для вас.

Я поверила ему, но Приткин был более упрям, или более глуп. Дробовик, сам по себе взлетевший с пола, направил на меня дуло.

– Как будет угодно, но ваша демоническая шлюшка отправится со мной!

Луи-Сезар прыгнул к оружию и за секунду до выстрела резко дернул его вверх В результате в камине позади меня образовалась приличное отверстие. Дюймом влево, и я бы превратилась в еще большую чем голем, кучку частиц. Град из осколков кирпича и цемента присоединился к облаку пыли, и несколько кусочков на лету врезались в мою кожу. Я вскрикнула, и в следующую секунду комнату охватило нечто похожее на ураганный ветер. Через шторм пыли и обломков, которые кружились вокруг нас, я разглядела, как с Мирчи слетает маска беззаботности, и нечто дикое проступает в чертах его лица. Мне ранее приходилось видеть других вампиров без налета человечности, но ни один из них не был похож на него. Он был ужасен и красив одновременно, с сияющей алебастром кожей, клыками длиной в дюйм и глазами пылающими огненной лавой.

Ветер отбросил Приткина, с силой впечатывая его в стену, отчего на его лице появилось дикое выражение. С его зрением было все в порядке, и все же по его глазам было понятно, что он даже не догадывался, что скрывается под прекрасным фасадом. Он что думал, что члены Сената заслужили свои места благодаря благотворительности? Я была поражена, что этот мужчина дожил до сегодняшних дней.

– Кассандра - моя, - сказал ему Мирча голосом, который мог бы расплавить стакан.
– Тронь ее снова и, плевать на Круг, я даю тебе слово, что ты всю оставшуюся вечность будешь молить о смерти.

– Мирча!
– Луи-Сезар не сделал попытки коснуться его, но его голос рассекал шторм как кипяток залежи снега. – Пожалуйста! Ты знаешь ситуацию. Есть и другие методы вразумить его.

Ветер медленно стихал, а я дрожала от переизбытка адреналина. Несмотря на то, что Приткин вряд ли смог бы прорваться сквозь мощь Мирчи, удерживающую его распластанным по стене, я шла в его сторону на дрожащих ногах. Несколько струек крови стекали по моему лицу к вороту халата, но я не обращала на них внимания. По сравнению с Томасом я выглядела просто изумительно. Очень потрепанная версия моего прежнего соседа по комнате обыскивала Приткина. Запястье Томаса уже начало срастаться, сухожилия и связки, обновлялись прямо на моих глазах, но его лицо оставалось массой ошпаренной плоти, на которой функционирующим, по-моему, был только один глаз. Меня охватила дрожь от выражения его лица, которое ясно говорило, что единственной причиной, почему маг еще не мертв, является то, что Томас просто не определился со способом, который причинит максимальные страдания.

Я бросила взгляд на лицо Мирчи, но и ему было далеко до спокойствия. Мужчина, которого я знала, всегда был уравновешенным, почти нежным в моем присутствии, он рассказывал причудливые сказки и кошмарные анекдоты, любил наряжаться и не возражал до бесконечности играть в шашки с азартной одиннадцатилетней. Я не была до такой же степени наивной, как Приткин — я знала, что все намного сложнее, чем кажется. Мирча вырос при дворе, где убийство и жестокость были нормой повседневности, где его собственный отец продал двоих своих сыновей в угоду договору, согласно которому никто не гарантировал ему бережного отношения, и вероятней всего он закончил бы совою жизнь в ужасных мучениях, если бы одна цыганка не добралась до него раньше. Все это не располагало к излишкам сострадательности. Или все же была в нем некоторая мягкость? Откровенно говоря я уже не была в этом так уверена.

Я никогда не чувствовала от него угрозы по отношению к себе, будучи ребенком. Он всегда был спокойным, добрым Мирчей со смешливыми карими глазами, с небольшими морщинками в уголках глаз. Было трудно сопоставить этого мужчину с тем, которого я видела сейчас. Эта внушающая ужас черта всегда была в нем, еле сдерживаемая под маской, а я просто была слишком слепа, чтобы разглядеть это? Теперь мне стало о ней известно, и это создавало проблему. Как бы мне не нравился Приткин, я не хотела его смерти. Он мог быть — а вероятнее всего и был — сумасшедшим, но я нуждалась в нем, чтобы получить разъяснения, что со мной происходит, или узнать с кем можно обсудить это. Я однозначно не знала никого другого, кого можно было бы спросить об этом.

– Не убивайте его, Мирча.

– Мы не собираемся убивать его, мадемуазель, - ответил Луи-Сезар, хотя при этом не отводил настороженного взгляда от своего коллеги. Томас полностью обезоружил мага, по крайней мере насколько мы могли видеть. У меня было такое чувство, что многое прошло мимо его внимания, и браслет, кажется, считал также. Он обдавал жаром мое запястье, и стал намного весомее, чем несколько минут назад. Я бы с удовольствием избавилась бы от него — но сейчас для этого было не совсем подходящее время. – На данный момент мы уже находимся в состоянии войны с Темным Кругом; и у нас нет никакого желания развязывать конфликт еще и со Светлым.

– Будь осторожна, - произнес Раф рядом со мной.
– Убедись, что он полностью разоружен.

– Он – боевой маг, - категорично отрезал Мирча.
– Он никогда не останется безоружным.

– Пока жив, - добавил Томас, и я заметила, что он все еще удерживает сопротивляющийся нож в здоровой руке. Его движения были молниеносными – мне даже показалось, что ему доставляет удовольствие ирония убийства Приткина собственным оружием — но Луи-Сезар оказался несколько проворней. Его рука поймала запястье Томаса в дюйме от груди Приткина.

– Томас! Я не позволю тебе, развязать войну!

– Если вы будете защищать эту тварь, — Приткин чуть не плевал в меня, — то война вам гарантирована в любом случае, сделает он это или нет. Меня послали сюда, чтобы узнать, кем она является и разобраться с нею, если она представляет угрозу. Я ожидал увидеть обычную прорицательницу, пропавшую сивиллу, но это намного хуже, всех моих предположений. А то, что знаю я, знает Круг. Если я не смогу убить ее, ждите, что дюжина, сотня других придет после меня.
– Он посмотрел на меня, и если бы взгляды могли бы убивать, то он только что избавил бы свой Круг от проблемы. – Мне приходилось сражаться с одной из таких тварей ранее. Я знаю, на что они способны, и не позволю остаться этому в живых.

Он попытался броситься на меня снова, но всего, чего ему удалось добиться, это чуть не задохнуться от удушья, поскольку невидимая хватка Мирчи сжимала его подобно стальной перчатке. Это казалось странным, потому что лицо Мирчи снова выражало спокойствие. В глазах сверкала лишь легкая заинтересованность, щеки окрасились в нормальный цвет, а губы изогнулись в едва заметной улыбке. Яростного гнева не было и в помине. Я вздрогнула. Эти актерские штучки очень обеспокоили меня. Вновь переведя взгляд на мага, я наконец осознала, что единственным человеком, о котором с уверенностью можно сказать, что он не обманывает меня, был тот, кто только что пытался меня прикончить. Просто великолепно.

– Я не это, - ответила я, оставаясь на безопасном расстоянии. – Не знаю, что вы думаете по поводу происходящего здесь, но я не представляю для вас угрозы.

Он рассмеялся, или скорее прокаркал, учитывая сложившиеся обстоятельства.

– Конечно нет. Я слишком стар, чтобы вызвать интерес ламии. Я выследил и убил одну, на совести, которой было двенадцать загубленных душ невинных младенцев, такие существа испытывают отвращение к людям с жизненным опытом. Я не позволю подобному повториться снова.