Чтение онлайн

– Ого, даже здесь слышно! – удивился целитель.

Действительно, до гаваней долетали искаженные расстоянием отголоски криков и треска. Все было в точности, как и предрекал Первый: его люди гибли, а он ничего не мог сделать. Начни он колдовать – и змеи почуют выброс силы.

Слоны меж тем шли, шли неспешно, но оказались ближе, чем он предполагал.

Где же ты, Ханнан? Сделал ли то, что собирался? Или у тебя тоже все пошло не так, как и у них?

– Ублюдки! – сквозь зубы прошипел Аджит. Газван перевел взгляд обратно на сражающихся.

На первый взгляд казалось, что эта схватка осталась за Кругом. Зрительная труба показывала, как хорошо вооруженные солдаты, забыв о строе, улепетывают, а за ними гонятся… нет, не маги – простые горожане, внезапно появившиеся из всех проулков. Их было больше, чем сердитых ос в рое, на Путь Благовоний словно нахлынули бурлящие серые воды. Ради этого дня стоило горбатиться семь долгих лет…

И все же отряды Братьев подтягивались быстро и слаженно. Еще немного – и два-три квартала окажутся в кольце. Первый слон свернул с Песьей улицы на Путь Благовоний. Он тряс покатой головой, водил из стороны в сторону позолоченными бивнями: крики и шум не нравились ему, но гигант слушался возничего.

Газван бросил взгляд на неподвижно застывшее в зените солнце. Где ты, Ханнан?

Маги наконец обратили внимание на исполина. Над головами пронеслась полоса белого сияния и угодила бы промеж испуганных и влажных глаз, но отлетела прочь. Ошметки света разлетелись в стороны, обращая здания в крошащийся мусор, но слону все было нипочем. Яркие, как искры, стрелы силы только злили его, великан пер напролом, топча своих и продираясь меж акаций, в мирные дни дающих тень торговцам.

Если б не Аджит, Газван бы взвыл в голос. Но они должны добраться до Района Садов! Иначе все пойдет наперекосяк.

Потом он почувствовал, как трепещут нити силы, и понял, что дальше наблюдать нельзя.

– Что вы делаете?

– Не мешай! – выплюнул Верховный.

Он скользнул на Изнанку как раз вовремя, чтобы заметить, как сила покидает улицу, исчезая в невидимой воронке. Неизвестный колдун на одном из чудищ проделывал все тот же трюк, что едва не стоил жизни Зейдану. Даже с обострившейся чувствительностью Газван не видел его – тщетно маг выискивал любые проблески колдовства. Ему показалось, он что-то услышал… и в этот миг сила обрушилась с небес, словно внезапный шквал в сезон дождей.

Мир померк. Маг не понимал, куда двигаться, запутался, где верх, где низ… Когда Вселенная стала проступать сквозь тьму, первое, что он увидел, были усеявшие брусчатку тела. Слишком много, чтобы их подсчитать. Из прострации его вывело новое движение силы, и маг ухватился за него, как за соломинку. Уж лучше нападать, чем пересчитывать мертвецов.

И он напал.

Газван рухнул на спину животному, как коршун на добычу, походя проломив не слишком сильный щит. Колдун наверняка почуял его заранее и потому отбросил мага прочь, к самому краю улицы – резная башенка уж всяко не преграда для бестелесных духов.

Мерцающая сеть смыкалась вокруг Верховного. Он в гневе разодрал ее. «Они что, все знают только пару чар?» Теперь он видел колдуна – начавшего лысеть мужчину с аристократическим профилем. Маг бросился на этот профиль, словно тот принадлежал врагу всей жизни.

В тот миг оно так и было. Ненависть клокотала в нем, прорываясь наружу бессмысленными сполохами силы. Газван ударил наотмашь, стиснул голову колдуна в тисках. Дух, однако, отбивался: чувствительно, но тщетно.

– Будь ты проклят! – выдохнул ему в лицо Газван.

Он посылал образы, один за другим: мертвой Джеримы, заточения, всех унижений, пережитых им во дворце, вколачивая, втаптывая их в сознание врага. Покончивший с собой мальчик, купеческая дочь, вышвырнутая на улицу, едва в ней начал пробуждаться Дар… это лишь то, что он видел сам. И вновь Джерима… Отрубленные головы на мраморном полу. И страх, что стоит им ответить, погибнут сотни и тысячи. Годами копившийся бессильный гнев обрушился на колдуна, сметая одну защиту за другой.

Маг не сразу опомнился и понял, что бестелесные пальцы сжимают пустоту. Тело колдуна скорчилось на дощатом настиле. Руки невольно прикрывали голову, словно в последний миг тот пытался защититься от сыплющихся на него ударов. Мертв. Все мертвы. Черный Брат также попал под огонь его ненависти – казалось, перед смертью тот катался по полу, царапая лицо и грудь.

Нехотя, гнев успокаивался, оседал на дно, точно крупинки яда в вине. Газван заставил призрачное тело оглянуться.

Первый слон замешкался, однако шагающие следом двигались дальше, подталкивая его вперед. За ними стройными рядами шло Братство: неторопливо, почти вальяжно, по всей видимости, собираясь вступать в бой лишь с тем, кто останется жив после тяжелой поступи гигантов.

Волна гнева вновь поднялась, грозя захлестнуть с головой. Предпочитаете идти в задних рядах? Что ж, задние ряды можно сделать первыми…

Верховный не знал, чего страшатся слоны, поэтому сплел иллюзию обычной кобры, но такой, что легко опоясала бы собой квартал. Шипя, плюясь, свиваясь тугими кольцами, та прянула к покатой морде, хлопнув пастью перед печальными, почти человеческими глазами.

Хватило одного броска. Взревев и путаясь в своих ногах, зверь шарахнулся в сторону. Тяжелая, свитая из медных цепей упряжь сбилась, резная башенка задела тлеющую акацию, хлестнувшую слона по крупу. Расталкивая собратьев и оглушительно трубя, исполин развернулся и устремился прямиком на Братьев.

Работу Верховного довершил дождь из жалящих горячих стрел. Маги уверенно гнали гигантов прочь.

– Уходим, – только и сказал Газван, вернувшись в тело.

Кирпичные зубцы башни как будто раскачивались. Столица, небо и целитель – после резкого перехода перед глазами все плыло. Аджит молча протянул увесистую флягу. Первый-в-Круге благодарно ее принял. Внутри была вода, слегка подслащенная соком.

– Уходим. Скорей, – повторил он, сделав пару глубоких жадных глотков. Аджита не нужно было упрашивать.