Чтение онлайн

Шуликуны (шиликуны, шулюкуны, шликуны) – сезонные демоны, хулиганы. Шуликуны, связанные со стихией воды и огня, появляются в Сочельник из трубы (иногда на Игнатьев день) и уходят назад под воду на Крещенье.

Бегают по улицам, часто с горячими углями на железной сковородке или с железным крюком в руках, которым они могут захватить людей («закрючить и сжечь»), либо ездят на конях, на тройках, на ступах или «каленых» печах.

Ростом они нередко с кулачок, иногда побольше, могут иметь конские ноги и заостренную голову, изо рта у них пылает огонь, носят белые самотканые кафтаны с кушаками и остроконечные шапки.

Шуликуны на Святки толкутся на перекрестках дорог или около прорубей, встречаются и в лесу, дразнят пьяных, кружат их и толкают в грязь, не причиняя при этом большого вреда, но могут заманить в прорубь и утопить в реке.

Кое-где шуликуны носили в клеть прялку с куделью и веретеном, чтобы им напряли шелку. Шуликуны способны утащить кудельку у ленивых прядильщиц, подкараулить и унести все, что положено без благословения, забраться в дома и амбары и незаметно извести или своровать припасы.

Живут они нередко в заброшенных и пустых сараях, всегда артелями, но могут забраться и в избу (если хозяйка не оградится крестом из хлеба), и тогда их выгнать трудно.

По вологодским представлениям, шуликунами становятся проклятые или погубленные матерями младенцы. Эти мелкие демоны также, по-видимому, происходят из «заложных» покойников, хотя об этом есть лишь немногочисленные свидетельства и косвенные данные. Слово «шуликун» одни исследователи связывают с тюркским «шулюк» (пиявка), другие полагают, что оно происходит из татарского «шульган» (злой дух, подводный царь, пасущий под водой бесчисленные стада скота).

Самое верное спасение от шуликунов, как и вообще от нечистой силы, – крестное знамение. Но в некоторых северорусских деревнях предпочитали и другие способы: в Сочельник во время водосвятия устраивали езду на тройках по льду на реке и вокруг деревни, чтобы «давить шуликунов».

Позднее шуликунами стали называть не только демонов, но и ряженых на Святки, которые группами бегали по селу и пугали прохожих. Часто в такие группы входили только парни, и одевались они в рваную одежду, вывернутые тулупы, закрывали себе лица и пугали девушек, стараясь догнать их и вывалять в снегу.

Очень грозным существом считался владыка подземного и подводного мира – Змей. Змей – могучее и враждебное чудовище – встречается в мифологии практически любого народа. Древние представления славян о Змее сохранились в сказках.

Северные славяне поклонялись Змею – владыке подземных вод – и называли его Ящер. Святилища Ящера располагались на болотах, берегах озер и рек. Береговые святилища Ящера имели идеально круглую форму – символ совершенства, порядка противопоставлялся разрушительной силе этого существа. В качестве жертв Ящеру кидали в болото черных кур, а также молодых девушек, что отразилось во многих поверьях.

Все славянские племена, поклонявшиеся Ящеру, считали его поглотителем солнца, ведь ежедневно вечернее светило опускается за пределы мира и подземной рекой плывет на восток. Река эта течет внутри двуглавого Ящера, проглатывающего солнце своей западной пастью и изрыгающего из восточной. О древности мифа говорит то, что Ящер не враждебен солнцу: он возвращает светило добровольно.

Обычай приносить в жертву подводному богу человека очень долго существовал на севере в преобразованном виде: так, на Онеге еще в начале XX в. старики делали чучело и в дырявой лодке отправляли в озеро, где оно и тонуло. Другой жертвой, приносимой Ящеру, был конь, которого сначала выкармливали всей деревней, а потом топили.

С переходом к земледелию многие мифы и религиозные представления охотничьей эпохи видоизменялись или забывались, жестокость древних обрядов смягчалась: жертвоприношение человека сменялось на жертвоприношение коня, а позднее – чучела.

Славянские боги земледельческой поры более светлы и добры к человеку.

Алатырь-камень – в русском фольклоре «всем камням отец», близ которого упала Голубиная книга. В заговорах и сказках также упоминается как «бел-горюч камень».

Алатырь расположен в центре мира, посреди моря-океана, на острове Буяне. На нем стоит мировое дерево или трон мирового царствования. Камень наделен целебными и волшебными свойствами – из-под него по всему миру растекаются целебные реки.

Николай Рерих. Голубиная книга

Алатырь охраняют мудрая змея Гарафена и птица Гагана. В заговорах упоминается змей огненный, лежащий на алатыре – «Гарафена-змея лежит на руне, а руно на златом камне под липовым кустом у дуба, который ни наг ни одет». Ни один заговор недействителен без закрепления его знаменательными именами Буяна и алатыря.

И камень, и змей хранят силу заклятий, ибо под ними скрываются ключи заговоров. В народе существует поверье, что на Воздвиженье змеи собираются в кучу в ямах, ярах и на городищах: там является белый, светлый камень-алатырь. Змеи слизывают его весь и насыщаются на целую зиму.

Возможно, этимология слова «алатырь» связана со словом «алтарь».

Аркона – город и религиозный центр балтийских полабских славян – руян, входивших в племенной союз лютичей. Город Аркона существовал до XII века, располагался на одноименном мысе острова Рюген и был подробно описан современником Саксоном Грамматиком.

Аркона. Рюген. Вид с маяка на остатки славянского городища

Каспар Давид Фридрих. Меловые скалы на острове Рюген

«Город Аркона лежит на вершине высокой скалы, с севера, востока и юга огражден природною защитой… с западной стороны защищает его высокая насыпь в 50 локтей…»

Далее следует описание храма Святовита. Идол в храме Аркона – Святовит: «В здании огромное изваяние, во всем подобное человеческому телу, но величиной превосходившее, удивляло четырьмя головами и столькими же шеями, из которых две видны были со стороны груди, две – со спины. И спереди, и сзади одна голова вправо, другая влево смотрела. Косматые бороды, подстриженные волосы показывали, что искусство художника подражало обычаю руян в уходе за головой. В правой руке он держал рог, изготовленный из разного рода металлов, который жрец этого святилища обычно каждый год наполнял вином, чтобы предсказать по уровню жидкости урожай будущего года. Левая рука наподобие лука упиралась в бок. Рубаха ниспадала до голеней, которые, из разного рода дерева сделанные, так скрыто в коленях соединялись, что место скрепления нельзя было заметить иначе как при тщательном рассмотрении. Ноги касались земли, а их основы скрывались в грунте. Невдалеке были видны узда и седло бога и многие знаки его божественности. Из них вызывал удивление заметной величины меч, ножны и рукоять которого, помимо превосходного резного декора, украшали серебряные детали.