Чтение онлайн

Как ни странно, из всего сказанного Балай его больно зацепила фраза, что он не способен любить. Ошиблись вы, Людмила Степановна: он всегда был и остается романтиком, который хочет, способен любить и, кажется, любит. Потому, не задумываясь, и назвал Катю «дорогая». Пусть слышат! Есть еще много приятных, нежных слов, которые ему нравятся, которые он научится произносить. Например, милая…

Вадим улыбнулся, загасил сигарету, включил фары, поднял стекло и выехал на асфальтированную дорогу.

Катя уже ждала его на перекрестке.

— Полчаса еще не прошло. Почему не позвонила? — упрекнул ее Вадим. — Замерзла? — заботливо нажал он тумблер подогрева сидений.

— Немножко, — благодарно улыбнулась она. — Я раньше ушла.

— А что так?

— Да разговор у нас с Валентиной к концу не заладился, — вздохнула Катя.

— Еще тепла добавить? — продолжал он о ней беспокоиться. — Ветер ледяной. Кстати, все хотел спросить: ты почему до сих пор в куртке ходишь?

— Я тут, пока тебя дожидалась, все пыталась понять, — оставив его вопрос без ответа, задумчиво уставилась она в стекло, — что такое семья? Может, правы те, кто говорит, что в наше время семья себя изжила? Кого ни возьми — Колесниковы, Полевые, Замятины — у всех что-то не так, — опустила глаза Катя, — что-то неправильно.

— А кто знает, как оно — правильно? Сколько семей, столько и правил, — заметил Вадим.

— Слушай, может, я и вправду дура? — задала она неожиданный вопрос. — Ну, живут же люди как-то без любви, держатся друг за дружку, терпят, приспосабливаются. Та же Валя прекрасно знает, что Толик ей изменяет, но предпочитает этого в упор не видеть, не слышать, занимается детьми, хозяйством. И вопросом, что такое счастье, не задается. А вот я — ра-а-а-з! — одним махом собственными руками взяла и все разрушила! Скажи, если со стороны посмотреть, то я кто, разрушительница? — повернулась она лицом к Вадиму.

— Если задаешь такие вопросы, то возможно, — нахмурился тот и надолго замолчал.

Как и Катя. От царившего в салоне до поездки предпраздничного настроения не осталось и следа. Каждый думал о своем.

— Извини. Какой-то бесконечно длинный, полный открытий день. Видно, я устала, — наконец прервала она затянувшееся молчание.

— Не за что извиняться. Я тоже устал и хочу спать. Сейчас отвезу тебя домой.

— Хорошо, — кивнула она и внимательно посмотрела на Вадима: — У тебя тоже какие-то неприятности?

— С чего ты взяла?

— Ты был другой до Марьяливо.

— Ты тоже была другая до Боровлян, — заметил он и добавил: — Зря мы в эти края поехали.

— Наверное… Знаешь, лучше высади меня где-нибудь поближе к метро или к сотому автобусу. Я хочу прогуляться.

— Нет. И не проси, не уговаривай. Довезу до подъезда. Так мне будет спокойнее. Если очень захочется — погуляешь на балконе.

«А ведь еще утром предлагал переехать к нему», — подумала Катя отстраненно.

До улицы Чкалова доехали молча.

— Я тебе еще позвоню, — Вадим проводил ее до подъезда, поцеловал в лоб и вернулся к «Range Rover».

…Около часа ночи Катя выключила ноутбук и посмотрела на улицу: в доме напротив почти не осталось светящихся окон.

«Хорошее Генка прислал поздравление — теплое, нежное… Вот только напрасно он на что-то надеется», — с грустью подумала она и, плеснув в стакан минералки, подошла ближе к окну.

Редкие прохожие быстро двигались по тротуарам, отбрасывая меняющиеся по длине тени.

«А Вадим так и не позвонил… Холодно как-то, — зябко повела она плечами. — Весь день было тепло, а сейчас холодно. И не потому, что успела замерзнуть и никак не удается согреться… Душе холодно… Не позвонил… Надо идти спать…» — поставила она стакан в мойку и выключила на кухне свет.

В этом момент завибрировал лежавший на столе мобильник, включилась голубоватая подсветка дисплея.

«Не спишь?» — прочитала она и тут же ответила: «Нет».

Почти сразу же раздался звонок.

— Привет… Я обещал позвонить.

— Привет… Я думала, ты уже спишь.

— Не спится.

— Странно. Ты так торопился домой.

— Торопился, — тяжело вздохнул он. — Извини, что не смог совладать с настроением. В Марьяливо у меня тоже случился неприятный разговор. Даже забыл, что хотел спросить… Ответь, с чем у тебя ассоциируется Новый год?

— Ну как с чем? — не включая света, Катя присела на стул, оперлась на стену и запрокинула голову. — Елка, апельсины, подарки… Ой, я совсем забыла про елку! — спохватилась она. — Хотя… Зачем она мне здесь? Все равно к отцу поеду.

— Катя, я хочу предложить тебе встретить Новый год вместе, — неожиданно произнес он. — Ты не против?

— Не против, — ответила она после небольшой паузы.

— Уф-ф-ф, — выдохнул он с облегчением. — Так боялся, что откажешь.

— Почему?

— Да расстались как-то нехорошо. Видно, и вправду устали. Немножко.

Катя улыбнулась.

— Похоже на то… Вот только не знаю, как теперь сообщить отцу, что не приеду.

— Заедем завтра днем, поздравим и все объясним.

— И как мы ему объясним?

— Так и скажем, что ты будешь встречать Новый год со мной и моей мамой.

— Как с мамой?

— Новый год мы всегда встречаем с мамой, я уже говорил. Она у меня одна, ты же знаешь, — словно извиняясь, добавил он.

— А маме я праздник не испорчу?

— Да для мамы это будет самым желанным новогодним подарком! Она мне еще в четверг о тебе все уши прожужжала. Настоящий приступ восторга случился! — довольно рассмеялся он.

— Так уж и восторга, — недоверчиво уточнила Катя.