Чтение онлайн

— Спасибо… За ваше мнение, — не нашлась что сказать Люда. — До свидания. Нам пора.

Люда ускорила шаг, а Смелая поскакала за ней, что, конечно же, было очень невежливо. Но Люда больше не могла слушать их речи! Это было какое-то безумие! Подружки быстро покинули уважаемых тренеров, скрывшись за поворотом улицы.

— Давай присядем где-нибудь! — попросила Люда. — Меня что-то тошнит.

— Забеременела что ли? — усмехнулась Смелая и увернулась от увесистого тумака Людмилы. — Ладно, пойдём, посидим, тут, кажется, скамейки есть недалеко. Расскажешь, что у тебя за отношухи с этими людьми…

Подружки нашли в переулке крошечный уютный сквер с несколькими скамейками и присели отдохнуть. Встреча с чужими тренерами получилась сумбурной, да и речи их были непонятными, и нужно было как-то обсудить всё это, свести к одному логическому концу.

— Ну рассказывай, что значит всё это? Почему ты их боишься и что они имели в виду, говоря про Хмельницкую? — Сашка села на скамейку, закинула ногу на ногу и приготовилась слушать.

Погода прекрасная! Золотая осень. Тёплый ветерок гуляет по долине, сбивая красные листья с клёнов, высаженных в небольшом скверике между старинных фахверковых домов, и гоняя их потом по булыжникам дороги и сдувая в зелёную траву. Красота!

— Ну, говори, что случилось? — настойчиво спросила Смелая, развалившаяся на лавке, сложив руки на груди, закинув нога на ногу и качая одной из них.

— Сашка, ты веришь в переселение душ? — заговорщицки спросила Людмила и оглянулась по сторонам.

— Чего??? — рассмеялась Смелая. — Чего-чего? Ты совсем уже куку? Фантастики про попаданцев с Автор Тудей начиталась?

— Не, не фантастики… Понимаешь… Ты не поверишь, но я…

На Люду, когда дело дошло до откровенного разговора, опять напала неуверенность и боязнь насмешек. Что вот сказать в этой ситуации? Что она Людмила Хмельницкая и видела последний раз Левковцева и Соколовскую буквально пару месяцев назад, когда они были на 36 лет моложе? Как отреагирует подружка?

— Мне кажется, я… Как будто знала этих людей давно, — всё-таки решилась Люда. — Мне кажется, что я вместе с ними жила в СССР, в городе Екатинске у Свердловска, тренировалась с Мариной в одной группе. А в СССР… У меня там были мама, папа, квартира на микрорайоне «Рабочий посёлок», и… Анька, которая сейчас моя мама. Она была такая… пакостная… Ты знаешь, эти воспоминания такие реальные. Мне кажется, это было на самом деле…

— Ну знаешь ли, подруга… — изумлённо сказала Смелая, чуть отодвинувшись и с ног до головы окинув изумлённым взглядом Люду. — Я, конечно, знала, что у тебя шиза, но не предполагала, что до такой степени. Нет, я не хочу тебя обидеть, но ты сама подумай: как это звучит со стороны? Как вот мне реагировать на это? Сказать что-то типа: «ололо, как круто, ты жила в СССР и тренировалась вместе с Соколовской, которой сейчас 50 лет с копейками»? Это же ши-за! Кринж! Знаешь, что я думаю? Я думаю, что на самом деле всё просто. Не надо забывать, что у тебя была травма головы. Тебя сбила машина и проехалась по тебе практически катком. Ты вообще чудом осталась в живых. Была в коме какое-то время. Вот это единственный реальный факт, который я могу принять во внимание. Похоже, у тебя какие-то ложные воспоминания возникли за это время, пока ты блуждала в астрале.

— То есть ты мне не веришь? — прямо спросила Люда. — А если я тебе скажу, что во время аварии душа настоящей Арины Стольниковой перенеслась в тело Людмилы Хмельницкой, в 1986 год, и одновременно душа Людмилы Хмельницкой перенеслась в тело Арины Стольниковой во время аварии? Что, если Николаева это Сотка!!! А я не Сотка! Я настоящая Хмельницкая!!!

— И ты хочешь сказать, что ты настоящая Хмельницкая, а в теле Николаевой моя подруга Арина Стольникова? — недоверчиво спросила Сашка.

— Именно так и есть! — согласно кивнула головой Люда. — Я Людмила Хмельницкая, и я всего пару месяцев назад жила в СССР 1986 года. Как тебе такой вариант? Ну ты сама вспомни мои закидоны. Моё отсутствие знаний английского языка, который внезапно пропал, моё незнание своих же программ, моё незнание современной жизни, моё незнание современных устройств. Я только сейчас начала понимать всё это и знакомиться с ними! Вот!

Сашка задумалась: похоже, всё-таки приняла во внимание то, что сказала Люда. Поодиночке эти все признаки шизы были незначительными, и их вполне можно было объяснить с обычной точки зрения, но все вместе они выглядели необычными. И выглядели очень подозрительными, если бы не случился один случай, который сводил на нет все её рассуждения: автомобильная авария, после которой Сотка была в коме. И Смелая опять включила ироничное поведение.

— Короче так, — неожиданно засмеялась Сашка. — Я тебе, конечно же, верю и принимаю во внимание то, что ты сказала. Буду иметь в виду, как говорится. Но, повторяю, это лишь одна из версий, которая возможна. Ты, кстати, не думаешь, что могла просто-напросто прочитать про Соколовскую в википедии? Ты случаем не думала переходить к ней?

— Я не знаю, — пожала плечами Людмила. — С какой стати?

— Долго объяснять… — неопределённо сказала Сашка. — Но если ты до аварии хотя бы немного рассматривала такой вариант, то вполне логично, что прошерстила её карьеру от и до, в том числе и то, что она тренировалась на Урале у Левковцева. Извини, подруга, но даже я это знаю. Хотя я всего лишь бывшая юниорка, и никакой не топ. Мир фигурного катания мал и тесен, и все специалисты в нём на виду, так как их очень немного. В общем, давай забудем этот разговор и будем жить как раньше. Будем поддерживать друг друга и прикалываться друг над другом. Лады?

— Лады, — призналась Люда.

Пожалуй что, в данной ситуации это было самое здравое решение…

…Остаток дня гуляли по Оберстдорфу, пересекаясь с компаниями других фигуристов и тренеров, здоровались с ними, братались, заходили в небольшие кафе и бистро, пробуя всевозможные местные кушанья, от традиционной немецкой тушёной капусты зауэркраут, с сосисками на гриле, до копчёной свиной рульки. Сашка опять записывала видео в блог «Две подружки-гурманушки». Потом сидели и хихикали над гневными комментами завистливых фанатов:

— Вместо того, чтоб тренироваться, эти малолетки по ресторанам ходят и немецкое хрючево жрут!

— Сотка, какие тебе сосиски и рулька! Худей, мой тебе совет.

— Смелая такую рожу скорчила, как будто Олимпиаду выиграла. Будь попроще! Чуть выше уровня унитаза поднялась!

Гуляли до самого вечера, пока в вечернем полумраке среди деревьев не зажглись фонари с претензией на старину и Оберстдорф не стал похож на сказочный город братьев Гримм. Потом вернулись в отель умиротворённые и готовые завтра показать всё, что они умеют.