Шрифт:
Сегодня у нас на первый взгляд простое задание – надо выпилить одного перца по-тихому. Однако мне оно что-то не нравится.
– Чем он нам не угодил? – спрашиваю я, как бы между прочим нашего куратора.
Тот только пожимает плечами:
– Инфа стопроцентная, – говорит он, поправляя свои дурацкие очки с круглыми стеклами, типа как у Джона Леннона. Хиппи, они такие хиппи. – Есть данные, что он предатель.
– Ваши данные еще не приговор ревтребунала, – сообщаю я ему. – Вы потом сольетесь, а отвечать придется моим людям.
О себе я молчу. Мне давно надоело бояться. Трудно, знаете ли, всерьез напугать мертвеца.
Он опять мнет сиськи:
– Постарайтесь взять его живым.
– Что значит постарайтесь? – со штабными иначе нельзя. Пусть дают письменный приказ или я с огромным удовлетворением забью на их мутные планы. – Мне нужно точное задание. И разрешение открывать огонь на поражение.
Кажется, я заговорил стихами. Если так пойдет и дальше, я с ними скоро запою фальцетом. Как Джон Леннон.
Куратор-хипарь только махнул рукой и распечатал на принтере план операции вместе с приказом о ее выполнении. Потом подписал бумагу допотопной плазменной ручкой.
Я уже выходил из комнаты, когда он сказал мне вдогонку:
– Удачи вам, ребята.
Вот тут мне реально стало не по себе, но мои ребята справлялись с ситуациями и покруче. Справимся и сейчас.
***
Мы знаем друг друга только по игровым никам. В мой отряд входят Резиновый Утенок, в обычной жизни студент биологического факультета МГУ и самый безбашенный тип в боестолкновениях; Ведьмочка, специалистка разрезания живой плоти всеми видами заточенных железяк, девочка, которая отрежет вам яйца, а вы и не заметите; Брэд Питт, о котором известно только, что лучше ничего о нем не знать; и я, Фидель, старый самооборонщик и любитель "Столичной".
Мы знаем друг друга еще с тех пор, когда игра была на самом деле только игрой. С тех пор прошло не так много времени, но реальность настигла нас в виртуальном уютном мирке азартных погонь и перестрелок, засад и веселого разбирания противника на органы.
Никто толком не знает, что произошло конкретно, но Вселенная резко изменилась. Если не сказать, сломалась. И теперь нам приходится в реале отправлять фрагов к праотцам. Мы один из отрядов гражданской самообороны от безумия воплотившихся фантазий неизвестных разработчиков рукотворного хаоса.
Вначале они появились почти незаметно – гасты, практически ничем не отличающиеся от людей. Кроме того, что их изготовили на фабрике, или где еще там. Прорыв в биотехнологиях произошел как-то буднично. Вначале появились новые процессоры на основе живых организмов. Помню, каким крутым казался мой первый лэптоп на ганглиях майского жука. Потом сконструировали первых псевдоморфов – программируемые организмы с электронными компонентами. А потом очень быстро пришли к светлой мысли делать людей на фабрике, вместо варварского способа, идущего от Адама и Евы. Вам нужны рабочие? Пожалуйста. Нужны дворники? Да без проблем! Солдаты? Вот-вот, солдаты.
Все вокруг писались кипятком от новых технологий: "Ах, эти псевдоморфы-собачки такие забавные!", "Ах-ах! Гасты такие трудолюбивые, не пьют, не курят". А потом эта фабрика то ли взорвалась, то ли сломалось там что-то, и гасты поперли толпами и стали агрессивными. Правительство заперлось в пределах Бульварного кольца и практически самоустранилось от происходящего, вешая лапшу на уши народу по телевизору про "мирное сосуществование" и "терпимость" к гастам. А нам деваться было некуда. И мы пошли в ряды гражданской самообороны и оказались между двух огней: гасты перли на нас с неистовством берсерков, а федералы спали и видели, как исподтишка вонзят нож нам в спину.
***
По дороге на позиции нашего отряда я купил ребятам еды, ну, и само собой, выпивки. Мы держим периметр на площади трех вокзалов вместе с игровым кланом "Отморозки", веселые такие ребята, мне нравится их кураж.
– А вот и Фидель, – Утенок, как обычно, торчит в сети во время затишья. – Пожрать принес?
– И не только, – я достаю продукты и бутылки из рюкзака.
Мы на скорую руку перекусываем и принимаем положенные сто фронтовых на грудь. И никуда не денешься, но приходится приступать к делу:
– Задание мутное, господа, – говорю я, начиная постепенно осознавать, в какое дерьмо мы влипли. – Мы двигаем в Москва-Сити и находим там одного человека. Дальше по обстоятельствам. Человек может быть опасен, поэтому у нас есть разрешение на его ликвидацию. В крайнем типа случае.
Москва-Сити – это федеральная территория внутри Бульварного кольца.
– Терпеть не могу работать среди штатских, – куксится Ведьмочка. – А что за человек-то?
– Это нам предстоит выяснить на месте.
– Да уж, – мрачно заявляет Брэд Питт. – Пойди туда, не знаю куда.
Конечно, он, сволочь, абсолютно прав, кто бы спорил.
– То есть, у нас нет его фотки? – интересуется Утенок. – А описание хоть есть?
– Нет, но нам дали подсказки. И еще время и место, где он будет.
– Подсказки? – удивилась Ведьмочка. – Это что-то новенькое. Что за подсказки, типа у него в руках будет кларнет?
– Нет, – говорю, чувствуя себя малолетним дебилом. – Он выйдет в сеть через вай-фай и установит защищенный канал связи, а мы должны будем его вычислить.
– А это вообще возможно? – Брэд смотрит в сторону Утенка. Тот утвердительно кивает, не поднимая головы от своего ультрабука.
К моему счастью гасты активизировались и поперли на нас через площадь. Не знаю, что им надо и не слишком-то хочу знать. Ребята заняли оборону, фланги прикрывали игроманы из клана отморозков. Я дал отмашку и с обеих сторон от нас заработали допотопные максимы, кинжальным огнем выкашивая толпы гастов. Нам оставалось выцеливать везунчиков, избежавших огненного крещения пулеметными очередями. Хорошо, что пока что гасты не додумались до идеи оружия, в худшем для нас случае они пытались прорваться с какими-то палками и камнями, лузеры и дебилы.