Чтение онлайн

Дрожащая рука нехотя протянула зеркало, и Пайка отвернулась. Схватили резко, дернув руку. Сенти застал как раз тот момент, когда когтистая рука монстра подняла девушку вверх.

— Что там происходит? — Сквозь зубы проскрежетал он, не веря своим глазам. В этот момент девушка в зеркале застыла, ощущая всю дурноту.

Палу и Мирэль склонились над зеркалом. Какие ужасы творятся в их королевствах, а они и о трети кошмаров не подозревают.

Когда Милена упала, Сенти чуть не поломал зеркало. На его лице и кровинки не осталось, он как-то набычился, глаза покраснели, потом выдохнул:

— Пайка, что сейчас произошло, что показывает твое зеркало?!

Женщина смахнула слезу и попыталась забрать зеркало у Мирэля, тот не давал.

— Ее отравили, пустили темный яд. Я видела таких безвольных людей, это страшно. Ее хотят подчинить себе…

— Она не умерла? — У Сенти был тот же вопрос, но задать не решился. Вместо него это сделал Палу.

Мужчины выглядели мрачнее тучи, и те, кто сопровождал их в этой поездке, тоже не меньше переживали за своих.

— Нет, не умерла. Но и это не жизнь. Милена может не принять темную сторону, бороться до конца.

— Что значит до конца? — Аккуратно поинтересовался Палу.

— До смерти. Трудно бороться против тьмы, но можно. Только постоянное влияние их силы может привести к смерти. Яд отравляет не только тело, но и душу. Она отмечена светлыми, и ей это поможет сопротивляться, но если ее светлый не вернется, боюсь, все закончится для нее плохо.

— Ты забываешь про нас! — Сенти не находил себе места. В мыслях он уже летел к ней, прямо в это логово, и кто бы там ни был, ничто не остановит его. — Мы найдем ее и спасем!

— Где она, ты знаешь это место? — Ко Тэно подошел ближе.

За Пайку ответил Мирэль:

— Я знаю, это летний дворец короля Улая.

— Тогда нельзя медлить!

— Ее теперь могут спасти только светлые. Только они могут очистить ее душу, дать отпор отраве своим светом и силой.

— Вот в них-то я как раз и не сомневаюсь. Это может сделать любой светлый, даже твой.

Пайка кивнула, и все разом засобирались в путь. Но вот только продумать план, как проникнуть в охраняемый дворец, да и город, никто пока не удосужился. Сенти гнал их и поторапливал, не обращая внимания ни на какие доводы. Хотя все и сами переживали за остальных. Зеркало не показало других пленников, но друзья на свободе вновь и вновь обращались к нему за помощью. Ведь их тоже надо найти и спасти.

Милена очнулась, резко открыв глаза, и первое, что увидела перед собой, — грубые носки мужских сапог. Кто-то не прекращал звать ее по имени.

— Дин Милена, Вы в порядке? Вы меня слышите? — Знакомый, как ей показалось, голос.

Голову поднимать не хотелось, болела нещадно.

— Я принес Вам воды.

— Кто Вы… — Произнесла она скрипучим голосом.

— Обирн, я вчера Вам представлялся.

Что нужно этому предателю, этому человеку с мелкой душонкой?

— Вам надо выпить воды, это поможет.

— Вам-то откуда знать? Или темные и над Вами проводили свои опыты?

Она попыталась встать, но не смогла, грудная клетка горела.

— Это продлится еще некоторое время, Вам будет больно, но к обеду все стихнет.

— Вы пришли меня утешить?

— Нет, спасти.

Вот здесь Милена постаралась удостоить этого человека взглядом: если спасти, это другое дело. Но как? За ним неотступно ходят темные, или он их отослал? Но как можно отослать тех, кто главнее его?

— Что они со мной сделали? Кто они такие?! Я думала, у темных душ нет плоти?

— Это иллюзия.

— Я могла ощущать!

— Это тоже иллюзия.

— Магическая? — Додумалась она.

Обирн кивнул. Сейчас он сидел на корточках рядом с Миленой и пытался поддерживать за плечо, видя, как ей тяжело из-за боли в голове.

— Почему Вы мне помогаете?

— Я здесь специально для этого. Спасать таких, как Вы. И я не один такой. Мы проникаем в стан врага с этой целью.

— А моим друзьям Вы поможете?

— Конечно, но не я.

— Так Вы не ответили на мой вопрос. Кто они такие?

— Темные и светлые? Это одна из разновидностей рас, живущих в нашем мире.

— Я не понимаю — почему «темные», почему «светлые»?

— Я и сам мало что знаю. Но есть легенда, ее рассказывают сами темные. Что некогда в далекие времена, когда не было никого — ни человека, ни гномов, ни великанов и минилюдов, и даже эльфов, дриад и других существ — жила бестелесная раса. Они были равны и единодушны. Вместе создавали, вместе разрушали, если что-то не получалось. Они говорят, что все магические существа от них и появились, даже люди, гномы, минилюды и великаны… И вот здесь произошло разделение. Одни говорили, что последнее творение — это неудавшийся эксперимент, и их надо уничтожить, другие, напротив, вставали на защиту, видя, как эти разные люди жаждали жить, любить и тоже завоевать место под этим солнцем. С одной лишь разницей: у них не было магии. А если и была, то в очень мизерном количестве. Зато их развитие росло в другом — они были весьма изобретательны. Началась война. Мир раздвоился на темных и светлых. Те, кто хотел мира, ушли. Особенно эльфы, они хоть и сильный народ, живучий, но слишком нежный и тянется к природе, как и дриады, — им война ни к чему. Люди же боролись до конца, и светлые в этом активно помогали.

— Но как часть этой расы стала темной?

— Зло и ненависть пропитали их сущность. Подумать только, мы столько лет находились в неведении!

— А может быть, даже и веков.

— Верно.

— И чем все закончилось?

— Светлые победили и изгнали темных с известных тебе земель. Темные отступили и затаились за горами Истрена ди Тори. Магия, конечно, тоже сделала свое дело. Был наложен магический запрет, стена, что не позволяла теням войти сюда. Но не другим, которые могли проникать к ним за эту стену. В частности, это были люди, жаждущие приключений и ведомые любопытством: а что же там дальше?

— Я помню, мне рассказывали, будто горцы предпринимали такие попытки, исследователи отправлялись в неизведанные земли. И многие там пропали бесследно. Но кто-то все же вернулся.

— Темные могли проникнуть в этот мир лишь одним способом. Вселиться в какого-нибудь человека или другую расу, что обитала на этой земле. А потом заражать этот мир своей темной отравой.

— Но их сейчас тысячи! Значит, магическая стена разрушена.

— Об этом я ничего не знаю.

— Где Ваши сопровождающие?