Чтение онлайн

— Государь, — в растерянности ответил Морозов, — как же так, по воздуху же еще никто не летает… я видел только проекты, и все они неудачные…

— Ничего, — успокоил его Александр, — скоро полетят, причем очень скоро. И к этому надо быть готовым загодя — в войнах будущего победит тот, кто сумеет раньше освоить механизмы и машины, способствующие победе…

КВЖД

По возвращении в Петербург Александр собрал большое совещание по поводу строительства Великого Сибирского пути, как тогда принято было называть Транссиб. Главными действующими лицами на совещании были министр финансов Витте, дипломат Лобанов-Ростовский, губернатор Приамурья Духовский и главный инженер на тот момент стройки века Свиягин.

— Я вас собрал с тем, господа, — сходу и без задержек объявил царь, — чтобы определить магистральное развитие Сибирской дороги после Байкала… как известно основных варианта два — либо вдоль левого берега Амура, а затем по Уссурийскому краю, либо напрямую во Владивосток через территорию Манчжурии. Напомню, что на этой неделе у нас запланировано подписание секретного договора с китайской стороной, в котором необходимо будет отдельной строкой согласовать строительство в Маньчжурии, если нами будет принят второй вариант… прошу высказываться… желательно коротко и по существу.

Император строго оглядел собравшихся, которые невольно поежились от его колючего взгляда. Первым на амбразуру кинулся Сергей Витте, горячий сторонник маньчжурского варианта.

— Государь, я и мое ведомство считаем, что иного варианта, кроме прокладки пути через Шанхайгуань-Циньжоу-Сунгари-Мукден, у нас нет. Во-первых, и в основных, это строительство позволит нам в союзе с Китаем противостоять экспансии Японии в этом регионе… японцы в последнее время ведут себя крайне вызывающе, и если мы промедлим, то вся Маньчжурия может быстро попасть под их протекторат.

— Понятно, — кивнул Александр, — а во-вторых что будет?

— Во-вторых, ваше величество, будут огромные сложности по прокладке пути по левому берегу Амура — геологические изыскания, проведенные там, показывают, что одних крупных мостов надо будет соорудить около двух десятков, мелких же вообще под сотню. Плюс гигантский объем насыпных и скальных работ — в Манчжурии же рельеф гораздо более спокойный, господин Свиягин может это подтвердить…

Царь жестом руки разрешил высказаться и главному инженеру.

— Совершенно согласен с Сергеем Юльевичем, — встал Свиягин со своего места, — если говорить о сложностях прокладки, то маньчжурский вариант даст примерно пятидесятипроцентную выгоду по затратам по сравнению с амурским… к тому же при его выборе неминуемо встанет вопрос о переправе через Амур в районе Хабаровска, а там ширина реки около двух километров. Это будет очень сложное и затратное гидрографическое сооружение… и строительство его займет минимум пять лет.

— Хорошо, я вас услышал, — царь встал и по своему обыкновению начал прохаживаться вдоль длинной стороны стола, — а теперь заслушаем ваших оппонентов — прошу вас, Сергей Михайлович, — и он жестом руки показал на губернатора Духовского.

— Хм… — для начала откашлялся тот, а потом продолжил, — предыдущие ораторы верно очертили контуры и расставили акценты, однако есть и еще одна сторона медали, на которую я хотел бы обратить внимание уважаемого собрания…

— Обращайте, Сергей Михайлович, — ободряюще улыбнулся ему царь.

— У России и так огромная неосвоенная территория к северу от Амура, и я, как лицо, уполномоченное обеспечивать ее развитие, должен напомнить, что прежде, чем колонизировать новые земли… а Манчжурия это безусловно новая для нас земля… было бы неплохо позаботиться и об уже освоенном…

— Немаловажный аргумент, — не смог не согласиться царь, — у вас что-то еще есть?

— Конечно, государь, — не стушевался губернатор, — есть, и немало — Япония это очень опасный соперник, очень… у нас в обществе ее сильно недооценивают, называют обезьяной с броненосцем. А лично я считаю, что в случае военного конфликта с ней (а что он вполне возможен в самом ближайшем будущем, я не сомневаюсь) нет гарантий, что Россия выйдет из него победителем. И что тогда будет с этой железной дорогой, если японцы ее перережут хотя бы в одном месте? А они могут ведь и целиком захватить Маньчжурию, допускаю и такой вариант событий — и для кого мы тогда ее построим? Для наших геополитических противников?

— Сергей Юльевич, — император перевел взгляд на Витте, — а вы как смотрите на возможность войны с Японией?

— Хм… — в свою очередь откашлялся тот, — вероятность такой войны действительно существует, однако я верю в русскую армию — Наполеона одолела, надеюсь, что и… кто там у них сейчас главный…

— Император Муцухито, — подсказал ему Духовский.

— Вот-вот, и с Муцухито, надеюсь, справимся… к тому же прокладка дороги через Манчжурию будет исключительно важна и в плане быстрой доставки подкреплений нашим военным на Дальнем Востоке… в случае необходимости, конечно.

— А кстати, — обратился Александр к Лобанову-Ростовскому, — вы, как министр иностранных дел, можете вкратце осветить развитие наших взаимоотношений с Японией?

— Конечно, государь, — с готовность встал тот, — я бы охарактеризовал их, как холодный мир. Япония имеет свои интересы в Корее и на примыкающем к ней Ляодунском полуострове, мы тоже смотрим на эти регионы, как возможные направления колонизации, но пока ничего острого, чреватого военными действиями, в наших отношениях не наблюдается.

— А что это за волнения в Северном Китае? — продолжил задавать дипломатические вопросы царь. — Это же совсем недалеко от потенциальной линии КВЖД, так ведь этот проект называется?

— Вы совершенно правы, ваше величество, — продолжил министр, — и по названию, и по беспорядкам… население северных провинций Китая, в основном Шаньдун, недовольны политикой правящей верхушки императрицы Цыси и по наблюдениям наших дипломатов все может закончиться большой крестьянской войной. Однако, хочу заметить, что целью восставших крестьян, если конечно дело дойдет до прямого восстания, будет никак не бедный и безлюдный север страны, а богатые провинции вокруг китайской столицы. Нас, короче говоря, это не затронет.