Чтение онлайн

— Еще раз.

“Биатлонисты” разбегались по местам, вновь отыгрывая предложенный им вариант сценария…

В то время как еще одна бригада “спортсменов” общества “Факел” осматривалась на месте. Хотя осматривать особо было нечего.

Заводская гостиница, где временно проживало новое начальство — дорога к заводоуправлению. Заводоуправление — заводская гостиница... Вот и все маршруты.

Как видно, новые хозяева железобетонного производства чего-то опасались. И не зря опасались.

Добраться до них, при их затворническом образе жизни, было затруднительно. Все возможные сценарии акции постепенно свелись фактически к одному — снайперской засаде против кабинета директора завода, где открытая форточка отжимала в сторону постоянно опущенные жалюзи. Как видно, директор любил свежий воздух…

Наблюдатели внесли коррективы в ранее придуманные сценарии, и “биатлонисты” проложили новые маршруты. Теперь все работали на одного — на снайпера. Одни транспортировали его до места, другие туда же доставляли оружие и боеприпасы, третьи контролировали подходы, четвертые охраняли, пятые обеспечивали пути эвакуации — основной и резервный, шестые блокировали направления возможной погони…

Стрелял — один. Пахали — десятки.

В назначенное время люди, отвечавшие за оружие, свинтили у спортивной винтовки ствол и поставили на его место точно такой же другой, чтобы невозможно было идентифицировать оружие по рисунку на пуле.

Пристреляли оружие.

Почистили.

Разобрали.

Завернули в грязную тряпку.

Уложили в сумку.

Которая, переходя из рук в руки, была доставлена на место…

Снайпер пришел налегке. Завернул в развалины расселенной пятиэтажки, перешагивая через строительный мусор, поднялся на второй этаж.

В одной из комнат стояли грязные строительные “козлы” Стояли очень удачно, против окна, из которого хорошо просматривался корпус заводоуправления. На “козлах” лежал пластмассовый ящик из-под бутылок, который мог служить подставкой под оружие. Пол был убран и даже подметен, чтобы удобно было стоять.

Вошедший сделал несколько шагов в сторону, разгреб кучу мусора в углу, вытащил тряпичный сверток…

Он действовал очень уверенно, потому что знал, что сюда никто “случайно” не войдет. За несколько часов до его прихода дом был проверен и теперь находился под постоянным наблюдением. Всякий, кто приблизится к нему ближе чем на сто метров, будет остановлен. Так что бояться нечего. Бояться должен тот, кто работает в одиночку.

Снайпер развернул тряпки, вытащил, собрал “спортивную” малокалиберную винтовку. Поставил на место оптический прицел. Накрутил на срез дула глушитель.

— Я готов, — сказал он.

— У нас все нормально. “Персик” на месте. Можешь работать, — прозвучал голос в наушнике.

Снайпер поднял к глазам двадцатикратный бинокль. Осмотрелся.

Вот оно, заводоуправление. И окно, на две трети закрытое жалюзи. Окно директорского кабинета.

Самого его не видно, он, по всей вероятности, сидит за столом справа от окна, прикрытый стеной. Но долго сидеть не будет, так как долго никогда не сидит. Стрелять надо в тот момент, когда он встанет и шагнет к двери. Стрелять, что называется, влет.

Снайпер уложил винтовку на ящик. Прижался щекой к прикладу.

Все точно, точно по его росту. Кто-то, побывавший здесь до него, отпилил у ножек “козлов” лишние сантиметры.

Снайпер продвинул дуло винтовки вдоль фасада здания заводоуправления, поймал в окуляр прицела окно с открытой форточкой, подвигался из стороны в сторону, пытаясь найти наиболее удобное положение.

Пожалуй, так.

Дослал в ствол патрон Не простой патрон — “целевой”, предназначенный для спортивных соревнований. И для проведения акций…

Сунул в скобу спускового крючка указательный палец и замер.

Так он мог стоять полчаса, час или два. Стоять, ожидая, когда в окуляре прицела промелькнет тень жертвы.

Но ждать долго не пришлось. Через четверть часа директору зачем-то понадобилось сходить в приемную.

Изготовившийся к стрельбе снайпер вдруг понял, вдруг почувствовал, что сейчас, через мгновенье, объект появится в окне.

Возможно, это была интуиция. Но более вероятно, что глаз снайпера уловил легкое колебание жалюзи, вызванное движением воздуха в кабинете, или легкую тень, скользнувшую по ним.

Палец снайпера плавно обжал спусковой крючок.

Директор встал. Сделал шаг к двери…

Находиться в поле зрения стрелка объект должен был секунды. Вернее, доли секунды. Сопровождать его было невозможно, нужно было сразу стрелять.

Снайпер плавно потянул спусковой крючок на себя, выбирая запас хода.

Как только он покажется из-за среза стены…

Плавно повел дуло вверх, до уровня, на котором должна была появиться голова.

Директор сделал еще несколько шагов, огибая стол…

Спусковой крючок “отвердел”, встав на боевой упор. Теперь достаточно было приложить последнее небольшое усилие, чтобы прозвучал выстрел.

Директор сделал последний шаг и… И остановился. И не пошел дальше.

Но снайперу вдруг стало не до него. Каким-то шестым чувством, звериным чутьем он почуял, что его видят, что на него кто-то смотрит...

Но кто?!

Он быстро перевел винтовку на этаж вверх и еще на этаж. Повел дулом в сторону. В другую сторону… И ясно увидел в одном из окон раздвинутые в стороны планки жалюзи. Увидел темноту и в темноте какой-то неясный, массивный предмет. Какой-то черный, с дырой посередине прямоугольник…

Прямоугольник?..

Увидел, как из самой середины, из дыры ярко полыхнуло пламенем… Но до конца понять, осознать, что это был за прямоугольник и что за пламя, не успел. Потому что в то же мгновение в лоб ему ударила тяжелая пятидесятиграммовая пуля. Она отбросила его назад, к стене, и разбила, развалила на несколько частей его череп.

Снайпер лежал мертвый, без головы, и в одном из обломков его черепа, в том, что был с ухом, о чем-то тревожно трещал наушник…

Акция не состоялась. Акция провалилась…