Чтение онлайн

Бу-га-га!

Но самый прикол впереди: папа в тот вечер приехал домой поздно. Очень поздно. На три часа позже обычного. Почему? Да потому, что его задержали, обыскали, допросили. Потом повторилось то же самое. Его задержали дважды!

Дважды!

Отец был на жутком взводе — казалось, просто лопнет сейчас от злости. Я, помнится, говорил уже, что у него редко наступает состояние крезы, но в таком бешенстве, как в тот вечер, мне его лицезреть еще не доводилось.

— Вы не поверите! Этот коп, пацан, от горшка два вершка, повторяет мне одно и то же: «Сэр, если ваш клиент находится в Маунтин-Вью, то зачем вам вчера понадобилось ездить в Беркли?». Объясняю ему, мол, я преподаю в Беркли, а он: «Но вы же утверждаете, что работаете консультантом», — и все начинается заново. Копы будто подверглись отупляющему облучению, знаете, как в той ситуационной комедии. Но хуже всего то, что он все пытался доказать мне, что я и сегодня был в Беркли, а я говорю — нет, не был, а он — нет, был! И показывает мне распечатку с моего фастрэка, в которой значится, что сегодня я три раза пересекал мост Сан-Матео!

Отец с шумом втянул в себя воздух — «наколка», свидетельствующая о крайней степени раздражения, — и продолжил:

— Но и это еще не все! Они знали даже, что я наведывался в те места, где вообще нет платной проезжей части! То есть засекали мой пропуск посреди улицы! Но эта информация ошибочная! Я хочу сказать, черт возьми, если уж взялись напропалую шпионить за нами, то хотя бы делайте это профессионально!

Я спустился по лестнице и остановился в дверях кухни, наблюдая за негодующим отцом. Мама встретилась со мной взглядом, и мы оба подняли брови, как бы вопрошая друг друга, кому произнести сакраментальную фразу: «А мы тебе что говорили»? Я кивнул, уступая ей эту супружескую прерогативу, поскольку мое вмешательство в качестве ничтожного сыновнего элемента только подольет масла в огонь отцовского гнева.

— Дрю! — Мама поймала папу за локоть, и тот перестал метаться по всей кухне, размахивая руками, как уличный проповедник.

— Что? — рявкнул он.

— Полагаю, тебе следует извиниться перед Маркусом, — ничуть не смутившись, сказала мама ровным голосом. Мы с папой заводимся с пол-оборота, а мама у нас — настоящая железная леди.

Отец, будто опешив, с минуту смотрел на меня, потом прищурил глаза и сказал:

— Ладно. Мама права. Я говорил о профессионализме. Они оказались абсолютными дилетантами. Извини, сын. Ты тоже был прав. Это действительно нелепо. — Он пожал мне руку, затем вдруг крепко обнял.

— Господи, что мы творим в собственной стране? Твое поколение заслуживает унаследовать нечто лучшее, чем это, Маркус. — Отец отпустил меня, и я увидел у него на лице глубокие складки, которых не замечал прежде.

Вернувшись к себе в комнату, я немного порубился в икснетовские игрушки. Там есть одна неплохая мультигеймерская игра про пиратов. Персонажей надо периодически «прокачивать», проходя квесты, чтобы завести движущие пружины команды пиратского судна, и только после этого они смогут и дальше грабить и мародерствовать. Вообще-то я не любитель таких игр — особенно достают сами квесты, — но сегодня не мог остановиться. Короткие поединки за право занять место капитана на судне, несколько клёвых головоломок на засыпку, и в итоге я, как всегда, затосковал по «Харадзюку-Фан-Мэднес», вспоминая, как в дополнение к виртуальным примочкам мы играли в реальном мире, решали онлайновые задачки, всей командой мозговали над очередными ходами.

Но сегодня мне надо просто отвлечься, поэтому бездумная забава — как раз то, что нужно.

Отца жалко.

И все из-за меня. До сих пор он был всем доволен и уверен, что уплаченные им налоги идут на обеспечение его же безопасности. А я разрушил эту уверенность, и хоть она, конечно, была ложная, тем не менее помогала папе сохранять ощущение покоя и счастья. Теперь же он чувствует себя униженным и беззащитным, и я невольно подумал, стоит ли жертвовать слепым, но счастливым существованием ради жизни с открытыми глазами, но в полной безнадежности?

Совесть опять принялась глодать мою душу, как в тот день, когда я сломался и назвал дээнбистам свои пароли. Мне хотелось провалиться сквозь землю, убежать от самого себя.

Мой персонаж в игре был моряком на пиратском корабле под названием «Зомби Чарджер». Его силы иссякли за то время, что я не принимал участие в игре. Мне пришлось початиться с другими членами моего экипажа и попросить их «прокачать» меня. Наконец нашелся один, который согласился помочь. Это занятие отвлекло меня на какое-то время и даже понравилось. Есть что-то интригующее в том, что совершенно незнакомый человек готов сделать для тебя доброе дело. А поскольку мы общались в икснете, я знал, что этот незнакомец к тому же в определенном смысле мой друг.

Персонаж, который меня прокачал, звался Лизанатор и был женщиной, хотя это вовсе не значило, что сам геймер — девчонка. У некоторых чуваков есть такой прибабах — играть женские персонажи. Я решил ответить достаточно осторожно:

Лизанатор тут же отозвалась:

Мне определенно не нравилась такая назойливость.

Обычно на этом подобная беседа завершается. Естественно, что среди геймеров полно педиков и прочих извращенцев, а также копов, которые ловят их «на живца», прикидываясь бакланами (хотя в икснете, как я надеялся, копы не ночуют). Заявить такое в лицо в девяти случаях из десяти ведет по меньшей мере к перемене темы.

Лизанатор не унималась. Надо положить этому конец.

Она перестала прокачивать и, помедлив, отозвалась:

Сопливая девчонка! Я быстро настучал ответ:

Ответ не замедлил себя ждать:

Мне вдруг стало не по себе. Можете считать меня шизом, но тут явно не простое любопытство. Я вышел из сети и закрыл иксбокс.

На следующее утро за завтраком папа посмотрел на меня и протянул мне через стол свежий номер «Кроникл», развернутый на третьей странице: