Младший сын мэра
Шрифт:
— Артурчик, — улыбаясь, проговариваю хрипло, — налей даме вина. Дама заскучала.
Пока я маленькими глотками пью белое полусладкое, Паша рассказывает, что Кирилл переводится в столичный вуз. Будет учиться и практиковаться в Москве.
Это значит… Это значит, что мне придется научиться жить без кислорода.
Глава 8
Осушив второй бокал вина, я поднимаюсь и, пытаясь унять легкое головокружение, иду в сторону Греховцева. Он, периодически негромко смеясь, разговаривает с парнями.
— Привет, — останавливаюсь позади них.
Обернувшись, они смотрят на меня с легким недоумением. Только изрядно подвыпивший Паша снова пытается меня обнять.
— Ты чего? Здоровались уже.
— Я с Кириллом здороваюсь! — заявляю, накручивая кончики волос на палец, — оставите нас?
Они уходят, но только с молчаливого согласия Кира. Если не считать галдящей метрах в тридцати от нас компании, мы остаемся вдвоем.
— Я думала, мы друзья, Кирилл.
— Мы друзья.
Заложив руки в карманы спортивных брюк, он смотрит на меня сверху вниз. На лице, как обычно, ни одной эмоции, в глазах штиль.
Гуляющий между нами прохладный ветер смешивает запах моего парфюма с его ароматом. Медленно тяну воздух носом и, пытаясь скрыть подступающие слезы, закусываю губы и отворачиваюсь к воде.
— Настя, что начинается опять? — спрашивает тихо.
— Почему ты мне не рассказал?
— Собирался сегодня.
— Друзья так не поступают, Кир! Это не дружба!
— Вот поэтому и не рассказал, — произносит ровно, — за*бали твои истерики.
Как пощечину дал.
— Скатертью дорога, — цежу я и возвращаюсь туда, где наливают вино.
В груди пожар. Я пью спиртное, а он только разгорается… значит, мало пью.
— Вань, налей еще.
Он наполняет мой бокал, но передать мне его не успевает. На полпути его обхватывают сильные красивые пальцы.
— Хватит, — проникает в ухо недовольный голос Греховцева.
— Отдай!
— Настя, давай я тебя домой отвезу.
— Не беспокойся, на такси доеду, — тянусь за бокалом, но Кир демонстративно выливает вино на песок.
— Ты что себе позволяешь?!
В этот самый момент слышится всплеск воды и дружный взрыв хохота.
— Пашка! Вылезай, — кричит кто-то из девчонок, — хозяйство отморозишь!
Снова смех, и вот уже бомбочкой летит второй любитель экстрима. Я подрываюсь на ноги и бегу к ребятам на пирс.
— Третий пошел! — слышу я, а следом очередной бултых.
— Денежка, давай к нам! — кричат мне из воды.
Лиза, глядя на то, как призывно тянет ко мне руки Паша, сгибается пополам от хохота.
— Иди сюда, крошка! — мурлычет он пьяно.
Я оглядываюсь за застывшую позади фигуру Греховцева и решаюсь. Может, холодная вода поможет затушить пылающий в груди пожар?
Под прицелом пары десятков глаз, стягиваю топ через голову и быстро выпрыгиваю из джинсов.
— Настя! — слышу рык за спиной.
— Пошел ты… — бормочу сама себе под нос, разбегаюсь и, поджав под себя ноги, прыгаю в озеро.
Ледяная вода обжигает холодом и выбивает из легких воздух. На мгновение ныряю с головой, но почти сразу меня кто-то обхватывает руками и выталкивает на поверхность.
Распахиваю глаза и вижу перед собой лицо Паши. Оно немного ошарашено, но руки парня уже пустились в увлекательное путешествие по моему телу.
— Ты свихнулась, Денежка? — смеется приглушенно, — я же пошутил.
— Кулемин, сюда ее давай! — чеканит Кир где-то совсем близко от нас.
Задираю голову и вижу его сидящим на корточках на краю пирса и протягивающим мне руку.
Я стучу зубами от холода, но упрямо мотаю головой.
— Я… кккупаться бббуду…
— Паша, бл*дь! — цедит сквозь стиснутые зубы.
— Накупалась уже, — шепчет на ухо Кулемин и, поддев подмышками, выталкивает меня из воды прямиком в руки Греховцева.
Тот ловко меня принимает и ставит на дощатый пирс. Все вокруг затихают, парни, разинув рты, рассматривают мой комплект бежевого нижнего белья. Который, намокнув, скорее всего, сделался прозрачным.
— Пздц! — выругивается тихо Кир, быстро снимает с себя толстовку и швыряет ею в меня, — прикройся!
Меня колотит от холода, поэтому, даже при всем желании, я не могу отказаться от столь щедрого подарка.
Кивнув, трясущимися руками, натягиваю ее на себя. Она мне почти до колена, еще хранящая его тепло и безумно вкусно пахнущая. Сам Кирилл остается в одних джинсах. Хватает меня за руку и, на ходу подобрав мою одежду, тянет в сторону дачи Артура.
— Вы куда?
— Мы уезжаем, — отвечает Греховцев, не оборачиваясь.
Я, прижав одну руку к груди, едва не бегу за ним. Он шагает так быстро, что я еле успеваю переставлять окоченевшие ноги и несколько раз чуть не падаю.
Добравшись в таком темпе до дома, заходим внутрь, пересекаем прихожую и оказываемся в какой-то комнате.
— Одевайся!
— Я никуда не поеду, — заявляю из вредности, — я пойду к ребятам. Меня Паша там ждет!
— Сейчас заткнись, Настя, иначе я за себя не отвечаю!
— Никуда я с тобой не поеду, — выкрикиваю звонко, — иди к черту, Греховцев!
— О’кей! — вдруг соглашается он и, бросив мою одежду на кровать, идет к выходу.
— Нет! — вырывается у меня, — не уходи, я с тобой!
Я не могу. Не могу позволить себе расстаться с ним на такой ноте. Я никогда себе этого не прощу.
— Одевайся. У тебя пять минут.
— Хорошо.
Снимаю с себя толстовку и берусь за джинсы. Вдеваю одну ногу, а сама на Кира поглядываю. Он не уходит, сунув руки в карманы и подперев плечом дверной косяк, за мной наблюдает.