Чтение онлайн

Решив, что он узнал все, что собирался, Соллис повернулся и пошел обратно к выходу.
– Кроме того, - сказал он. “Мне достоверно сообщили, что я не должен здесь умирать.”

– Пророчество?!- Это слово было произнесено пронзительным, почти визгливым тоном. Соллис продолжал идти, поддерживая устойчивые ворота, отказываясь поворачиваться. “Это ложь, жалкий тупица! женщина закричала ему вслед, и голос ее был почти детским от ярости и отчаяния.
– Знай же, что бы ни сказала тебе эта сука, это ложь! Ты умрешь здесь, Брат!”

Соллис устремил взгляд на простор, испытывая некоторое облегчение от вида своих братьев на стене, по обе стороны от которых стояли изгнанные клинки, каждый лук был готов к бою. Женщина продолжала разглагольствовать, пока он шел, ее разнообразные угрозы переходили в едва понятный лепет.

“Я заставлю тебя смотреть... когда я разорву сестру от преисподней до шеи ... я, блядь, заставлю тебя смотреть - ”

Затем наступила тишина. Соллис остановился, когда обличительная речь женщины оборвалась, оставив лишь слабый стон горного ветра. Подняв глаза, он увидел, что его братья и Лонак опустили Луки и обменялись озадаченными взглядами. Когда он повернулся, то увидел пустой берег реки и увидел лишь слабое темное пятно, когда последний из зверей поднялся на вершину холма и исчез из виду.

“Ты, должно быть, был ужасно убедителен, брат, - окликнул его Оськин, и в его голосе послышались неуверенные нотки оптимизма.

– Нет, - ответил Соллис, продолжая свой путь. “Я не был.”

Ворота были опечатаны за несколько часов до наступления темноты. Под руководством Фель-ахкима камни были сложены достаточно высоко, так что наверху оставалась лишь небольшая щель в несколько дюймов. Затем он использовал пять железных контрфорсов, чтобы закрепить барьер на месте, используя болты, извлеченные из разрушенных первоначальных ворот, чтобы прикрепить ржавые кронштейны к стене с обеих сторон.

– Он выдержит?- Спросила Веркела, с сомнением глядя на сооружение.

“Против атакующих зверей-да, - ответил строитель. Соллис заметил, как он старательно сохранял нейтральный тон, не выказывая ни уважения, ни презрения, хотя последнее светилось в его глазах достаточно ясно.

“Так будет лучше, - сказала она ему с пустой улыбкой. “Ты можешь остаться здесь на всю ночь, чтобы убедиться. Если она упадет, то и ты тоже.- Она махнула рукой в сторону трех воинов-Лонаков неподалеку.
– Вы все, оставайтесь с ним.”

“Меня больше волнуют стены, чем ворота, - тихо сказал Соллис, когда они поднялись на парапет. “Ты же видел, как обезьяны без труда добрались до вершины башни, да еще и молча. Они, скорее всего, проигнорируют ворота и просто взберутся на стены, ошеломив нас своей массой.”

“Надеюсь, ты собираешься предложить решение, брат, - сказала Веркела.

– Огонь, - ответил Соллис.
– Зажгите факелы вдоль всех стен и бросьте горящие фашины, когда начнется атака. Если мы увидим, как они атакуют, наши стрелы срубят их прежде, чем они успеют подняться.”

“Я видел, как взрослая обезьяна получила шесть стрел, прежде чем соизволила замедлить свой бег. И среди них есть не только обезьяны. У лака примерно по двадцать стрел в каждой. Они не продержатся долго, если эта тварь пошлет всех своих тварей против нас сразу.”

Услышав негромкое вежливое покашливание, они обернулись и увидели стоящую рядом сестру Элеру. “У меня есть кое-что, что может помочь, - сказала она, протягивая фарфоровую банку размером с яблоко.

“Что это такое?- Спросил Соллис, подходя ближе, когда Элера сняла крышку с банки. Содержимое оказалось зеленой пастой, которая издавала слабый цветочный аромат, когда Соллис наклонился ближе, чтобы понюхать ее.

“Лучше не надо, брат, - предупредила Элера, слегка отодвигая банку.
– Это смесь паслена и желтых грибов с несколькими другими ингредиентами для повышения потенции. Я придумала его случайно в прошлом году, когда пытался состряпать новое лекарство, чтобы успокоить лихорадочное сердце. Вместо этого я произвела то, что мои начинающие ученики привыкли называть черным глазом.”

– Черным Глазом?- Спросила Веркела, подозрительно скривив губы и вглядываясь в вещество.

“Когда его пьют, он производит странный эффект, - объяснила Элера.
– Белок глаз становится темным, не совсем черным на самом деле, но мои ученики склонны к чрезмерному драматизму, как это часто бывает с молодыми.”

“Это яд, - сказал Соллис.

“Да. Всего лишь небольшого количества достаточно, чтобы убить взрослого человека за считанные секунды. Я думаю, что большая доза наверняка убьет одну из этих обезьян, даже медведя.”

“Почему сестра Пятого ордена таскает с собой банку с ядом?- Поинтересовалась Веркела.

– Члены моего ордена часто делают вид, что они беззащитны, - ответила Элера. “Это не значит, что мы такие.”

“Это все, что у тебя есть?- Спросил Соллис, на что Элера кивнула.

– Этого будет достаточно?- Спросила его Веркела.

“Если потребуется только небольшая доза, нам хватит ее, чтобы покрыть каждый наконечник стрелы, который у нас есть.”

“А что будет, когда у нас кончатся стрелы?”

– Если дар сестры может быть использован для покрытия наконечника стрелы, он также может покрыть лезвие. У некоторых из твоих людей есть копья. Остальным придется воспользоваться своими ножами.”

– Помещая их в пределах досягаемости когтей и зубов.”

– Какая битва вообще бывает легкой? Кроме того, - Соллис встретился взглядом с Веркелой, - у нас есть по крайней мере еще одно оружие в этих стенах, не так ли?”

Ее лицо оставалось бесстрастным, когда она молча ответила на его взгляд, прежде чем повернуться и уйти, сказав: “Я попрошу их собраться в башне, чтобы добрая сестра могла помазать их оружие.”

Соллис убедился, что она вне пределов слышимости, прежде чем повернуться к Элере.
– А книга?- спросил он.

Она сделала несколько глуповатый вздрагиваний.
– Боюсь, что медленно, брат. Покойный Барон Морвиль посвятил много страниц рассказу о своей жизни, предшествовавшей строительству крепости. Я вынуждена сделать вывод, что он был либо закоренелым лжецом, либо вел, возможно, самую авантюрную жизнь из всех когда-либо живших душ. Я пыталась забежать вперед, найти какое-нибудь упоминание о траве, но как писатель он не любил линейного повествования.”