Шрифт:
Мое звездное опоздание
https://ficbook.net/readfic/4874427
Автор:
Розовые Мечты
Фэндом:
Ориджиналы
Рейтинг:
R
Жанры:
Юмор, POV, Songfic, Учебные заведения
Предупреждения:
Нецензурная лексика
Размер:
Драббл, 3 страницы
Кол-во частей:
1
Статус:
закончен
Описание:
— Так бы и трахнул тебя на этом столе. — Сказал на немецком препод, с ног до головы оглядывая меня, задерживая взгляд в районе груди.
— Приму это за комплимент. — Так же на немецком и даже без акцента ответила я, с улыбкой смотря в его мигом расширившиеся глаза.
Примечания автора:
Чтоб не корячиться с языком(который я, кстати, знаю плохо) все, что будет сказано по-немецки будет выделено. Тоесть я не буду писать "сказала я на немецком", буде просто выделено. вот.
Manic Drive – Good News
Часть 1
— Бля-бля-бля, Ась, бога ради, предупреди его, что я ну вот буквально через пару минут буду! — в панике прокричала я в трубку, натягивая кожаную юбку-карандаш на талию.
— А где ты, опоздашка? — смеется староста, параллельно раздавая кому-то указания.
— Дома, — выдохнула я, с неприкрытой скорбью смотря на грязные осенние ботильоны. Теперь придется обувать старые высокие сапоги на невъебенной платформе с таким же каблуком. — Я себе все ноги переломаю, пока добегу в них.
— А нехрен было вчера бухать до четырех утра! — назидательно сказала она и снова прикрикнула на парней. — Тогда бы не опоздала на англ, так что теперь ноги в руки, на жопу парадные труселя и вперед, в бой! Ты ж знаешь, что Авдеев тебе опоздание не простит?
— Ну, а ты предупреди его! — Раздраженно воскликнула я, быстренько закрывая дверь и заскакивая в лифт. — Все, отбой, через двадцать минут буду.
— Побежишь? — Со смехом спросила староста.
— А куда ж я денусь? — скорбно ответила и тут же сбросила вызов.
Наш молоденький препод по английскому точно уроет меня.
— Роман Николаевич, — влетела в аудиторию, даже не постучавшись, тут же расстегивая и скидывая с плеч кожанку, оставаясь только в красной рубашке и юбке. Да старых сапогах, — простите, бога ради, не моя вина, бабку через дорогу переводила!
— Московская, — строгий взгляд из-под очков, от которого ноги сами подгибаются и приходится незаметно опереться о парту, — сколько ты еще планируешь опаздывать на мою пару? Я бы понял, если бы сегодня был понедельник, но сегодня, — он взглянул на календарь перед ним, — сегодня среда. Среда, Московская, серьезно? — И приподнятая в ожидании ответа бровь.
— Среда — это маленькая пятница! — Радостно воскликнула я, широко улыбаясь и поправляя злосчастную юбку.
— Вот за это я и ненавижу свою работу, — закатил глаза он, — иди садись на место! — И я, радостная и счастливая, пошла к своей парте. — Московская, ты в этих сапогах похожа на немецкую фюрершу! — Остановил меня его смешок и вдогонку понеслось: — Так бы и трахнул тебя на этом столе. — На чистом немецком проговорил он, с особым удовольствием и улыбкой протягивая «тиш-ш» на некоторых слогах, смотря при этом на мои каблуки и обтягивающую бедра юбку.
— Сочту за комплимент! — ответила, но юбку натянула пониже. Ну так, во избежание. Говорить о том, что чтобы поправить ее края мне пришлось нагнуться не стоит, да?
На мой ответ и ухмылку Роман Николаевич лишь нервно сглотнул и, прокашлявшись, предложил мне сесть на свое место и продолжил вести пару. Но получалось у него из рук вон плохо. Хотя бы потому, что каждый раз, когда он оборачивался к классу, он видел лишь мою ухмылку и края кружевного ярко-голубого лифа, выглядывающие из-за края расстегнутой рубашки. Но попросить меня соблюдать дисциплину ему не хватило смелости.
Впервые я видела, чтоб наш двадцатисемилетний препод по английскому так смущался. Обычно это он нас гонял, как чертей, заставляя краснеть от своей тупости, а тут сам стоит, уткнувшись в доску и что-то бормоча.
— Простите, профессор, а можно погромче? — вздрогнул, передернул плечами и, встряхнув головой, резко ответил:
— Московская, если что-то не нравится, сядь поближе!
— Так точно, мой господин, — с удовольствием ответила я, действительно пересаживаясь за первую парту. Кажется, с томными нотками перестаралась, ибо у бедного Романа Николаевича аж уши покраснели.
— Московская, ты чего творишь? — грозно шипит староста, дергая меня за голубой кончик волос. — Ты зачем Николаича доводишь, а? — теперь эта фурия, перегнувшись через свою вторую парту, ухватила меня за ухо, заставляя выгнуть позвоночник и нагнуться к ней.