Чтение онлайн

— Разумеется мы не знаем, к чему может привести столкновение с Хамнер-Брауном, — сказал Тим.

— Может быть, когда-то мы это выясним, — заявила Мэри Джейн. — И лучше до того, как с чем нибудь столкнемся. Как, например, с этой кометой.

— А вот это — лишь вопрос времени, — сказал Шарпс. — Дайте достаточно продолжительный период — и вероятность столкновения с кометой превратится в достоверность. Но не думаю, что именно Хамнер-Браун должна вызвать у нас беспокойство.

Генри Армитаж был телевизионном проповедником. Прежде он выступал по радио, но потом один из слушателей, обращенных им в истинную веру завещал ему десять миллионов долларов. Теперь Армитаж владел собственным журналом. Кроме того, он был владельцем телевизионных программ, показывавшихся в доброй сотне городов, и редакции. Редакция также размещалась в тщательно спланированном комплексе зданий построенных в Пасадене. Комплекс также принадлежал Армитажу.

Если вернуться к проповеднической деятельности, то Генри Армитаж много писал для своего журнала. Помимо этого, он постоянно принимал участие в работе редакции. И ему казалось, что в сутках — слишком мало часов. Он специализировался на трудностях, переживаемых этим миром. Он знал, что они обозначают — они предвещали наступление веселых времен.

«И ученики спросили учителя: «Скажи нам, когда все это исполнится? И что будет предвещать пришествие твое и наступление конца света?»

«И Иисус ответил и сказал им: «Будьте осторожны, и постарайтесь, чтобы никто не смог обмануть вас. Ибо многие будут приходить во имя мое и будут говорить: «Я — Христос» и многие будут обмануты ими».

Генри как-то видел полицейскую повестку (Инье-Кантри, штат Калифорния). Заголовок гласил: «Чарльз Мэнсон, называющий себя так же Иисусом Христом, Богом».

«И вы услышите разговоры о войне и услышите грохот войны. И пусть это не пугает вас, ибо все это проходящее, и не означает еще конца света. Но народ поднимется против народа, и царство против царства, и в разных местах Земли будет голод, и будут болезни, и будут землетрясения».

Евангелие от Матфея было излюбленным евангелием Генри. И это было самое любимое его произведение во всей Библии. Разве не наступили времена, предсказанные Христом? Знаки их наступления видны по всему миру.

Он сидит за столом. Дорогостоящий стол. Телевизора не видно: его скрывает панель, отодвигающаяся, если нажать кнопку. Долгий путь отделяет Генри от маленькой, в одну комнату, церкви в городе Айдахо — там он начинал. В тридцатых годах. Церковь была сооружена из дерева и всегда чисто вымыта. А теперь… Показная роскошь иногда вызывала беспокойство Генри, но богатые жертвователи настаивали на роскоши. Их не интересовало, что Генри и его жена предпочли бы более простую обстановку.

Генри писал передовицу, но — вдохновения он не чувствовал. Давая себе урок смирения, он включил телевизор. Показывали какое-то интервью. Урок заключался в том, чтобы видя пустоту и легкомыслие тех, кто кривляется сейчас на экране, не ненавидеть их. А это тяжело. Очень тяжело…

Что-то привлекло его внимание. Камера показывала высокого тощего мужчину в спортивной, в «елочку» куртке — мужчина размахивал руками. Генри понравилась его техника выступления: из него получился бы хороший проповедник. Нужно сконцентрироваться на самом себе (человек в куртке так и делал), и тогда сказанное дойдет до слушателей.

Мужчина говорил о комете. Комета. Знак, подаваемый небесами? Генри знал, что такое комета. Но то, что они принадлежат к миру естественного, еще не означает, что их появление не предвещает чуда. Генри приходилось видеть многих людей, исцеленных молитвами, а доктора после того, как все свершилось, пытались так сказать, «объяснить» сверхъестественное.

Комета. Комета, которая пройдет очень близко от Земли. Может быть, это и есть последний окончательный знак? Он пододвинул к себе желтый разлинованный лист и начал писать печатными буквами, крупно и неряшливо. Писал, попеременно хватая любой из дюжины карандашей, лежавших перед ним. Он уже исписал три листа, когда, наконец, понял, каким должен быть заголовок, и вернулся к первой странице.

Через две недели его журнал будут читать в полумиллионе домов, разбросанных по всему свету. А поперек обложки журнала огненно красными огромными буквами будет выведен заголовок статьи: МОЛОТ БОЖИЙ.

И для телевизионной программы этот текст тоже будет очень хорош. Генри писал — неистово, чувствуя почти тоже самое, что он ощущал сорок лет назад, когда впервые начал понимать по-настоящему Матфея, главу 24. Когда понес свое знание в мир, в не желающий ни о чем заботиться мир.

Молот Божий призван покарать этот своенравный мир, катящийся к упадку мир. Генри писал — безостановочно, яростно.

Такси с Тимом Хамнером подъехало одновременно к ИРД с вездеходом Гарви. Гарви выругался, глядя, как Тим дал водителю двадцатку и взмахом руки отослал его прочь. Но когда увидел, что Тим направился к нему, тут же заулыбался самым умильным образом.

Вид у Хамнера был глуповато-покорный.

— Понимаете Гарви, я обещал, что не буду вмешиваться… и не вмешивался. Но на том телеинтервью я встретился с Шарпсом.

— Да, я видел, — сказал Гарви. — Шарпс был великолепен.

— Конечно, он был великолепен, — подтвердил Хамнер. — И мне захотелось снова встретиться с ним. Я позвонил в ИРД и мне сказали, что вы подъедете сюда, чтобы взять интервью. Гарви, давайте пойдем вместе.

Гарви охватил гнев, но к заказчику следует относиться уважительно.

— Разумеется.

Чарлин, сопровождающая, уже ждала Гарви, и не выразила никаких чувств, обнаружив в составе команды телевизионщиков неприглашенного Тима Хамнера. Кабинет Шарпса выглядел также, как раньше. На столе громоздились книги. Вместо перфокарт «Ай-Би-Эм» была расстелена большая диаграмма. Состав исполнителей изменился, подумал Гарви, но пьеса идет та же самая.

— Вона как, — Шарпс задрал бровь, увидев входящего Хамнера. — Чтобы все держать под контролем, заказчик решил сопровождать вас? Гарви, надеюсь, вы не отнимете у меня много времени? Мне скоро нужно будет отправиться по лабораториям института.

Гарви расставил свою команду. Чарли уселся за стол. Марк сновал туда-сюда, работая сверхэкспонометром. Оказалось что он весьма хорошо исполняет свои обязанности, и продержался он на своей работе дольше, чем ожидал Гарви. Если он на ней еще продержится, значит, Гарви ошибался в Марке.

— Нас интересует космический корабль, — сказал Гарви. — Будет ли он действительно запущен?

Шарпс широко улыбнулся:

— Похоже, дела обстоят хорошо. Благодаря сенатору Артуру Джеллисону. Помните наш разговор на эту тему?