Молот
Шрифт:
— Здравствуйте, Аня.
— Здравствуйте, Светлана Альбертовна. Не думала, что когда-то вас еще встречу. Зачем вы здесь?
Женщина ответила не сразу, чуть прищурив глаза и склонив голову, продолжала изучать девушку.
— Я пришла увидеть своего внука, но мы с ним уже повидались, конечно, всего пара минут. Пока его мать не ночевала дома, оставив ребенка одного.
Аня напряглась, по спине прошел холодок, уже знакомый ей и не предвещающий ничего хорошего.
— Чего вы хотите?
Глава 33
— Вы поймите, Артем Петрович, главной нашей с вами задачей и целью лечения будет устранение провоцирующего фактора. В детском возрасте устранить патологию с речью может логопед — психолог. Чем старше возраст, тем сложнее исправить патологию.
Девушка облизала накрашенные разовым блеском губы, посмотрела на Артема, карандаш съехал с ее блокнота, лежавшего на коленях, упал на пол и покатился под стол. Они вдвоем проследили за его движением.
— Ой, извините.
Карандаш так падал уже второй раз. Артем лениво наблюдал за тем, как девушка встала, повернулась к нему спиной и начала нагибаться. Нагибалась она красиво, под халатиком явно было только белье, тут слепой бы смог все разглядеть.
«Не пойму, куда попал. Она психолог или проститутка?»
Женщина подняла карандаш, еще раз извинилась. Снова села напротив, закинув ногу на ногу, как бы случайно обнажив бедро, распахнув белый халатик, показав резинку чулок. Артем медленно прошелся взглядом по фигуре психолога. Молодая, стройная, с высокой, полной грудью, лет так тридцать пять, может и старше, в самом соку, и явно голодная.
«Грач совсем не трахает своих сотрудников»
В любое другое время Артем бы долго не церемонился, эту даже уговаривать не пришлось бы. Хотя, он никогда никого не уговаривал, а уж в его положении эффективны только действия. Глядя на почти выпрыгивающую из трусов психолога, Артем вспомнил Аню и покачал головой.
— Что — то не так?
«Все, сука, не так»
— Вы поймите, Артем Петрович, нарушение речи у взрослых в результате пережитого стресса нужно лечить комплексным методом. То, что вы пришли к психологу, — это лишь первый шаг, но ваш случай не из легких, прошло много времени. В таких случаях в комплекс мероприятий обязательно входит внушение посредством гипноза.
При слове «гипноз» Артем отвлекся от размышлений о том, за сколько бы минут эта дамочка стояла бы перед ним на коленях, отсасывая, в былые времена? Он еще раз прошелся взглядом по психологу, даже имени ее не запомнил, мотнул головой.
«Нет, кошка такого не заслужила. Даже стремнокак-то. Фу, совсем стремно. Я что, становлюсь однолюбом?»
— Вы не согласны на гипноз?
«Какой нах гипноз? Вы совсем пизданулись, дамочка? Чтоб я позволил тебе рыться в моих мозгах? Чтоб потом я очнулся, а ты уже скачешь на моем члене?»
Карандаш снова падает на пол. Они опять следят за тем, как он катится под стол.
«Все, с меня хватит»
Артем, встает и выходит, не дожидаясь повторного выгибания спины и демонстрации задницыназначенного ему психолога. Находит Дмитрия совершенно в другом крыле здания, его друг сегодня слишком серьезный и представительный, стильные очки в тонкой оправе, строгий костюм и галстук. Рядом стоит молодая девушка, скорее всего, секретарь, ждет подписанные бумаги.
— Вы уже закончил?
«Мы еще и не начали»
Артем берт со стола какие-то бумаги, даже не смотрит на то, что на них, переворачивает чистой стороной, хватает карандаш и быстро пишет. Дима хочет возразить, чтоб Артем не брал этот лист, там важный документ, но уже поздно.
«Она шлюха?»
— Кто? — удивленно спрашивает он, читает написанное, а секретарша округляет глаза. — Ты о Ксении Игоревне? Нет, с чего ты решил?
Секретарша смеется в кулак, а Артем пишет дальше.
«Значит, плохо ты их ебешь»
— Мария, вы можете идти.
Девушка собирает со стола бумаги, продолжая смеяться, с любопытством рассматривая Артема и своего шефа.
— Артем, что случилось? Я отвел тебя к одному из лучших своих специалистов.
«Лучших специалистов в категории «трахни меня прямо сейчас», то да, это она»
— Хорошо, будет другой психолог. Сам факт того, что ты пришел и решился, говорит о многом, пойми, я не могу за него не зацепиться. Я поменяю хоть десять психологов. Ты знаешь.
Артем слушал, отвернувшись к окну. Он знал. Грач сделает все, лишь дай ему соломинку, хоть за что-то зацепиться. Иногда его это всепрощение и благородство бесило до чертиков, выводило до трясучки, ему хотелось хорошенько врезать. Грач вытащит, вытянет, хоть с того света. Первоклассный хирург, еще два годна назад, шесть часов спасал его ногу, его самого. Артем потом проклинал его за это, проклинал за то, что он вытягивал его с того света, а не свою сестру.
Мгновенная смерть на месте, она даже ничего не успела почувствовать, один миг, вошла в поворот, сбавив скорость, приняла весь удар на себя. До чего глупая девчонка, хотелось выть, лезть на стену, перегрызть себе вены, от бессилия, от неправильности происходящего. Чувство вины накатывало постоянно.
Лежа тогда под капельницами, увешанный приборами, он винил только себя. За то, что не дал этой влюбленной в него девочке то, чего она была достойна. Не дал того, чего она так от него хотела — любви. Она так отчаянно о ней кричала, обзывая его последними словами, называя бесчувственным, а ему просто нечего было ей ответить. О какой любви она говорит? Он просто не понимал, его не трогало это чувство.
Красивая, сексуальная девочка, его даже не остановило то, что она сестра его друга. Он был у нее первым, повелся, поддался на соблазн, это, скорее всего, сыграло важную роль, но не какая-то там любовь. Он теперь отвечал за эту девочку, брал на себя все, считал, что самому пора остепениться, почти тридцать пять, пусть будет дом, жена, семья. А Лерка успокоится, молодая еще, дерзкая, полная жизни, со временем это пройдет.
— Ты слушаешь меня, Артем? Пойдем, я отведу тебя к другому психологу. Он мужчина, не переживай, больше на тебя никто посягать не будет. Я думал, с женщиной тебе будет проще расслабиться. Ой, все, не смотри на меня так. И да, хотел спросить, у тебя как с Аней, все серьезно? Хочу пригласить ее в ресторан.