Монохром
Шрифт:
сохранить яркость этих моментов в памяти. Преисполненный эмоциями до
дрожи в руках Бернард уткнулся лицом в подушку рядом с головой Юэна.
— Я… внутри… целиком, — задыхаясь, прошептал он и от озвученных слов
вдоль позвонков побежали мурашки.
— Би… — с томным придыханием прошептал Юэн и, обдав горячим дыханием
ему ухо, провёл по его краю языком.
Бернард ощутил, как тёплые ладони скользнули по изгибу поясницы и сжались
на напряжённых ягодицах. Он приподнялся и заглянул в глаза цвета хмурых туч.
Бернард сделал плавное поступательное движение тазом, и Юэн, тихо простонав, откинул голову на подушку.
— Всё нормально, Ю?
— Нет, — прошептал Юэн, поглаживая ему бока. — Всё великолепно. Ощущать
тебя внутри себя — это так… Уфф…
Его ладони с крепким нажимом нетерпеливо сжали Бернарду задницу. Бернард
приподнял одну бровь и покорно двинул тазом, вжимаясь в твёрдые бёдра. Уже
намного свободнее и увереннее. Потом сделал ещё одно плавное поступательное
движение, любуясь довольными эмоциями на лице Юэна. Ещё движение. И ещё.
И ещё…
Игриво и хрипло зарычав, Юэн приоткрыл рот, жарко выдыхая и бесстыдно
обнажая соскучившийся по ласкам язык. Бернард склонился к его лицу и тоже
приоткрыл рот. Они лизнулись языками, и Юэн, закатив глаза, застонал
необычайно чисто и эротично. Бернарду тоже понравилась эта немного развязная
игра. Низ живота приятно и томительно потянуло, плотно зажатый член будто бы
сильнее налился кровью, и Бернард жадно обвёл язык Юэна своим, продолжая
плавно толкаться бёдрами.
Внизу по-прежнему было туго, однако теперь они двигались гармоничнее, и у
Бернарда голова кружилась от мягкого скольжения и оттого, как Юэн крепко
прижимал его бёдрами, поглаживая ягодицы и поясницу, скользя ладонями по
чуть влажным от пота бокам и лопаткам.
Они жарко целовались, не отлипая от губ друг друга, и порой Бернард
чувствовал, как немного липкий член Юэна касается его напряжённого пресса. А
иногда он и сам прижимался к его разгорячённому и взмокшему телу так плотно, что ощущал жар и пульсацию его твёрдой плоти.
Их движения стали более амплитудными и частыми, оставаясь при этом
аккуратными и плавными. Бернард взял определённый ритм, в котором было
комфортно, пару раз сбивался, но не критично. Так даже интереснее. Юэн
подхватывал и двигался в такт его движениям, иногда подаваясь тазом вверх и
немного прогибаясь в пояснице, иногда просто ловил ритм Бернарда и отдавался
ему, позволяя вести целиком и полностью.
А ещё Юэн сопровождал их «акт» головокружительной вокальной партией — он
чересчур эротично стонал и скулил, то чисто, громко и высоко, то опускаясь до
хриплого вязкого, как мёд, шёпота. Его голос Бернард и так готов был слушать
непрерывно семь дней в неделю, а в таком будоражащем амплуа… вечность?
Хотя Бернард и сам вёл себя далеко не тихо. Воздух содрогался и вибрировал от
звонких звуков их сливающихся вздохов, протяжных выдохов, соблазнительных
стонов и коротких фраз.
Всё-таки Бернард удачно купил смазку именно с анестезирующим эффектом, потому что чем дальше они занимались любовью и ласкали друг друга, тем
сильнее они распалялись. Юэн наверняка не смог бы так вести себя с
дискомфортом и болью. Сейчас ему определённо было хорошо, хотя Бернард
пару раз всё-таки спрашивал о самочувствии. Просто потому что хотел услышать
подтверждение в словесной форме.
Короткие тёмные пряди Юэна разлохматились, а губы уже у обоих начали
пульсировать от поцелуев, которыми они всё никак не могли насытиться. В
какой-то момент Юэн даже соединил стопы у Бернарда за поясницей, крепко
стиснув его бёдрами и таким образом немного поменяв угол вхождения. Их и так
тесный контакт углубился и заиграл новыми гранями чувствительности. По
крайней мере у Бернарда перед глазами даже цветные пятна заплясали, а от ног
отлила кровь. В таком положении он острее ощущал, как порой скользит членом
внутри по бугорку простаты, отчего Юэн издавал сочащиеся страстью и
удовольствием оглушительные стоны и запрокидывал голову. И тогда Бернард
целовал его выразительный изгиб шеи, смакуя чуть солоноватый привкус
проступившего на горячей коже пота.
Они каким-то образом оба держались. Хотя каждую секунду казалось, что пик
наслаждении совсем близко, что ещё немного и они сгорят в жарких эмоциях
одновременно.
Бернард подхватил его под коленями, вновь меняя угол вхождения. В таком
положении он больше упирался ногами в кровать, давая перенапряжённым рукам
немного отдохнуть. Изнывая от удовольствия, Юэн метался головой по подушке
и стискивал её уголки пальцами. Его приоткрытые губы, между которых то и
дело показывался кончик языка, были алыми и припухшими от
продолжительных поцелуев, но всё ещё необыкновенно желанными и сочными, и Бернард опускался ниже, чтобы надолго приникнуть к ним, ласкать языком и
прикусывать.
— Ничего, если мы немного сменим позу? — спросил Бернард.
— Что в твоих мыслях? — вопросом на вопрос игриво ответил Юэн на
скомканном выдохе.
Опираясь на одну руку, Бернард ладонью провёл по его влажной грудине и
прессу.
— Кое-что очень приятное для тебя, — сказал он.