Чтение онлайн

скользнул по чувствительному уплотнению. У самого уха шёпотом раздался

вопрос:

— Ю, всё в порядке?

— Более чем, — выдохнул Юэн, поворачивая голову. Чуть подсохшие пряди

волос упали ему на лицо.

Он притянул Берни к себе за затылок и жарко поцеловал, нескромно облизывая и

посасывая его губы и язык. Заботливо скользя пальцем внутри, ладонью правой

руки Бернард гладил и массировал ему ягодицы, порой крепко сжимая их на

эмоциях, но Юэну это дико нравилось. Берн вообще каким-то идеальным

образом сочетал в себе заботливую нежность и силу, никогда не переходящую в

грубость.

— Великолепная задница, — низко промычал он, не отрываясь от поцелуя. — Во

всех смыслах.

— Великолепные руки, — игриво парировал Юэн, лизнув Берни подбородок. —

Во всех смыслах.

С предупреждением Бернард медленно ввёл второй палец, и Юэн, заскулив ему в

губы, на мгновение сжал его волосы.

— Люблю акустику ванной только за то, что стонешь ты ещё эротичнее.

Слабое жжение внутри было таким приятным, что ноги едва ли не

подкашивались. Юэн плавно повёл бёдрами, намекая на то, что Бернард вполне

может двигать пальцами чуть увереннее. И тот мягко надавил ему на простату, довольно промычал в губы и с силой смял ягодицу. У Юэна сбилось дыхание, но

он продолжил жадно и даже как-то дико целовать Берна. Потому что отлипнуть

от его губ было сложно, словно он никогда прежде не пробовал их на вкус.

Бернарду однако пришлось отвлечься от поцелуя, чтобы сплюнуть себе на

ладонь. Явный знак того, что совсем скоро они перейдут к другой части их

сегодняшней программы. Юэн тоже внёс свою лепту, притянув его руку к себе за

запястье и добавив своей слюны.

— Чтобы уж наверняка.

Он прикрыл веки и глубоко выдохнул, стараясь расслабиться. После водных

процедур сделать это было намного легче. И он был уверен, что всё получится

даже без лубриканта. Берн аккуратно упёрся в него, медленно и осторожно

проникая внутрь. Рука его переместилась с задницы Юэну на грудь, и Юэн сразу

накрыл её своей ладонью. Берн сбивчиво дышал и целовал ему плечи.

Наслаждение, которое он испытывал, плавно пробираясь внутрь, будто бы

передавалось Юэну через кожу. Он чувствовал его трепетное желание войти до

самого конца да и сам хотел этого не меньше.

«Без всего» оказалось чуть больнее, чем обычно. В первые минуты. Но, как ни

странно, эта боль всегда казалась… приятной. Потому что потом она

оборачивалась удовольствием. В такие моменты Юэн вздрагивал и интуитивно

стискивал пальцами подушку или простынь, в общем, что-нибудь, что первым

попадалось под руку. Сейчас ухватиться было особо не за что. Перед душем он

снимал даже кольца, поэтому Юэн просто сжал в кулак одну руку, а пальцы

другой руки переплёл с пальцами Берна у себя на груди, чувствуя собственное

участившееся сердцебиение. Плечи щекотало тёплое дыхание и невесомые, будто бы успокаивающие поцелуи.

Приглушённая боль уступала место чувству наполненности, от которого тело

пронзало слабой дрожью, словно лёгким электрическим разрядом. Тактильные

ощущения обострялись. Кожа становилась ещё более чувствительной, как

оголённый провод, и долго хранила воспоминания заботливых прикосновений и

поцелуев.

Когда Бернард плотно прижался, оказываясь полностью внутри, Юэн на

глубоком выдохе протяжно застонал, отчего горячий воздух в кабинке слабо

завибрировал. Глубоко дыша, Берн выждал секунды две-три, рука его опустилась

Юэну на пресс, и он сделал осторожное поступательное движение. Потом ещё

одно, более уверенное. И теперь уже никакой боли, только удовольствие. Только

они вдвоём в максимально доверительном контакте.

Прикрыв веки, Юэн прикусил губу, но сдержать ещё одного стона не удалось.

Казалось, что Бернард заполнял его целиком и полностью. Они не просто

слились друг с другом, а сплавились, растворились вместе. Юэн хотел что-то

сказать, но слова в голове путались и застывали на самом кончике языка, превращаясь только в полустоны и сумбурные выдохи. Каждым движением, каждым прикосновением и поцелуем Берн будто бы проходился по самым

чувствительным эрогенным точкам Юэна. Иногда он отдалялся тазом, оставляя

внутри только головку, а потом томительно долго прижимался снова.

— Без резинки всё совсем по-другому, — сбивчиво прошептал Бернард и мягко

надавил ладонью Юэну на низ живота. — Я всего тебя чувствую. Все-го.

— До сих пор удивлён, что ты оказался словоохотливым в такие моменты, —

простонал Юэн. — Но, чёрт, я с тобой согласен.

Он повернул голову, приподнял руку, касаясь затылка Берна, и они поцеловались, жадно лаская губы друг друга. Пар постепенно рассеивался, воздух остывал, а по

коже бегали приятные мурашки. Берн в очередной раз немного отдалился и

начал совершать плавные короткие поступательные движения, от которых Юэну

захотелось выть от удовольствия, но он смог только приложиться разгорячённым

лбом к стенке кабинки. Поглаживая Юэна по груди и массируя его соски, Берн

подался вперёд, прижимаясь вплотную, хрипло простонал и вдруг нецензурно

выругался.

— Ого, Берни, — засмеялся Юэн, — мало того, что ты много болтаешь, так ещё