Монологи
Шрифт:
Эта тема прямо заявлена уже через одно стихотворение:
Чудесам всем тем внимая,
Я на Север всё ж гляжу;
Жаль – открыты двери рая, -
Но к Тебе пути слежу!..
Я давно желал Восток
И его любви напевы…
Но… не тех полей росток
Дал в душе моей посевы…
Жарче – Севера мне луч,
Что туман весною рвёт,
Мне милее глина круч,
Что у солнца злато пьёт!..
И, полынь в лугах вдыхая,
Не о Персии грущу…
Пусть открыты двери рая,
Но – Тебя! Не их ищу!..
На этом противоречии основывается диалектика развития упомянутых выше стихотворений Есенина.
Эти психологические особенности поэтического творчества Есенина в данном случае тонко уловил и применил в своих стихотворениях первой части «Восточного цикла» Юрий Иванов.*
У Есенина логика всего цикла ясна и понятна. Лирический герой, стремясь отвлечься, стремится к красотам Востока, знакомится с ними, даже влюбляется в Шаганэ, но всё же забыть о Родине не может, и он уезжает.
Такова же логика и всей первой части цикла «Зурна любви» и у Иванова. Но Иванов написал своё произведение в другом временном отрезке, в другом веке, в других условиях. И это не могло не сказаться на его содержании. Поэтому и появилось своеобразное продолжение – вторая часть «ВОЗВРАЩЕНИЕ В ПЕРСИЮ», которая усиливает противоречия. Появляются неуверенность лирического героя в своих чувствах, признаки апатии.
– Серебрит Мороз равнину,-
Полно, брат, её пытать!..
Уходи скорей в чужбину,-
Время – соком всё питать!..
Ты довольно нас потешил
Хрусталём в пустом окне;
Многим холодом утешил,
Но… весна дороже мне!..
Нам её простор дыханья
В сотни раз тебя милей!..
Полон иней полыханья,
Но от него здесь не теплей!..
О глазах той Северянки
Ты опять мне говоришь…
– Был во власти я Обманки,
Но – бронёй сейчас горишь!..
Покидаю, брат, равнины,
Что сребрил ты при луне,-
Я хочу согреть седины
В Чёрной Персии огне!..
Такой поворот событий обьясняется самой обстановкой, наступившей и в личной биографии поэта. Он мечтал найти приют и личное счастье в Беларуси. Но и в его личной жизни, и в коллективной биографии народа после распада бывшего СССР, когда значительно усложнилась жизнь простого человека, появилась неуверенность в завтрашнем дне. Тысячи людей стали «челноками», были вынуждены покидать родные края в поисках заработков за рубежом. Многие поехали как раз на юг, в Турцию, Грецию.
Не осуществились надежды и планы поэта, пережившего в связи с этим потрясения и психологический дискомфорт.
***
Здравствуй, старая чинара,
Ты – по-прежнему стройна!..
Под тобой хлебну отвара,
Что согрела мне луна…
Здесь теплом всё ночью дышит,
Здесь нет Севера тоски;
Тут зурну лишь ухо слышит
И не жмут мой ум тиски!..
Здесь легко туманы тают,
Здесь не мёрзнет брег реки;
Тут поэты дни листают
Пальцем девичьей руки!..
Здравствуй, старая чинара,
Под тобой звучит зурна…
Да и я хлебну отвара,
Что согрела мне луна…
К «Северу» отношение лирического героя явно меняется, «Север» теперь навевает тоску, которой не было раньше. Остаётся надежда обрести счастье и покой, возвратившись в объятия черноглазой Шаганэ.
Я о Севере мечтал,
Под берёзой хмель вкушая,
Но… от Севера устал,-
Ведь – на Юге кущи рая!..
Тут о милой Шаганэ
Пел в стихах Есенин;
Здесь – Босфор в златой луне
Тих, широк, но не надменен!
Распахни мне тёмны очи,-
Летом Персии согрей!..
Холодны во ржи мне ночи,-
Так скорей их хлад развей!..
Веет на «Севере» холодом 90-х годов 20-го века. И в стихах Иванова звучит обида, появляются трагические ноты:
***
Не утихла в сердце рана,
Что мне Север злой нанёс,
И душа – как шкура рвана,
Что надел мой старый пёс!..
Раны – солью не залечишь,
Васильки – не хмеля вкус!..
Север, Север! Всё калечишь,
Жизнь мою, свивая в ус!..
Но не ты один на свете!
Слава Богу – Юг нам есть!..
Серых глаз я ждал в привете,
Но – быстрей Ирана весть!..
Не застыла в сердце рана,
Что мне Север здесь нанёс,
И душа – как шкура рвана,
Что надел мой старый пёс!..
Даже представить себе такой поворот темы у Есенина невозможно. Его поэзия светлой грусти превращается у Иванова во второй части цикла в протест, недоумение, близкое к ненависти. И вот тут в полную силу звучит трагическое чувство из-за понимания того, что ответа на вопрос о том, как спастись от холода и почему всё это происходит, невозможно найти ни в снегах Севера, ни в жаркой Персии. Следуют глубокие философские размышления:
Слаще мне снегов привета
Жаркой Персии вино,
Но… и в нём мне нет ответа –
Отчего в душе темно?..
Не заменят зори лалы,
И любовь – не злата пуд!..
Пусть звенят с вином бокалы,
Но всё это – хмеля блуд!..
Не покоя сердце просит,
Не в Аид спешит душа;
Не затем Земля нас носит,
Чтоб уснули, не дыша!..
Дверь, забытую, от рая
Всё стремимся отыскать,
И живём – с судьбой играя,