Чтение онлайн

Что ж, это нужно менять. Возможно, он и не любит ее, но он ее хочет. А у нее, в конце концов, есть своя гордость.

Она сжала зубы.

— Где это?

— Это остров, относящийся к Гебридам. У берегов Шотландии, — объяснил он. — Там ты будешь в безопасности. И ты, и ребенок.

— Его зовут Ник.

На его жестко очерченных скулах выступил румянец, и ей это понравилось.

— Я имею в виду ребенка, которого ты носишь.

Правильно. Тот ребенок — потенциальный суперселки.

Она вдруг ощутила обиду. Реджина не могла позволить растущему к Дилану чувству ослепить себя в отношении его истинных приоритетов.

— Я не могу уехать просто так, — возразила она. — У меня есть… — В голове пронесся вихрь разных образов и повседневных забот: Ник, ее мать, ресторан. — …своя жизнь.

— Я бы хотел, чтобы она у тебя осталась.

Страх тонким перышком щекотал ее нервы, мешал дышать. Она тряхнула головой, чтобы прогнать его.

— У меня есть обязательства.

— Твое главное обязательство — это твой ребенок.

Сердце ее забилось чаще.

— У меня двое детей, — напомнила она.

— Тебе не придется оставлять Ника.

На этот раз он, по крайней мере, не забыл назвать ее сына то имени.

— Чертовски откровенно, — сказала она.

— Он может поехать вместе с тобой… — сказал Дилан.

— …в Шотландию, — продолжила Реджина.

— В Убежище.

— Нет. Это исключено. Я не могу отрывать его от родных мест. Здесь его дом, друзья, школа… Все, что он знает в этой жизни.

— Он еще маленький. Он приспособится.

— Как ты?

Какое- то мгновение он колебался.

— Да.

Но она не сдавалась.

— Тебе было тринадцать. И ты был селки, как сам любишь подчеркивать. А в этом вашем Убежище есть другие люди? Другие дети?

Дилан неопределенно повел плечами, глядя на покосившиеся надгробья.

— Их там немного.

Уф, понятно!

— Хоть один есть? — настаивала она.

Он с трудом сдерживался, глаза его еще больше потемнели.

— Он будет там в безопасности, — сказал он, хоть это и не было ответом на ее вопрос.

— Но ведь нет никаких оснований считать, что он в опасности здесь?

Дилан молчал.

Сердце ее начало тревожно биться.

— Или все-таки есть?

Лицо его напряглось.

— Я обязан защитить тебя. Тебя и твоего ребенка. Твоих детей, — быстро добавил он, прежде чем она успела его поправить.

Сердце ее сжалось от боли. Того, что он признал Ника, было недостаточно. Он сказал «защитить», о любви не было произнесено ни слова. Он не любит ее. Она и не могла на это рассчитывать. Если бы он любил…

Это ничего не изменило бы. У нее есть свои жизненные приоритеты.

Но он, по крайней мере, пошел дальше. Это было больше, чем то, что предлагал ей Алэн.

Подбородок Реджины решительно задрался.

— Тогда лучше подумай, как защитить нас здесь. Потому что мы остаемся.

Эта женщина была невозможной.

То, о чем она просила, было… невозможно.

Дилан смотрел, как она тяжело поднимается по склону холма: ее грациозная походка стала прихрамывающей из-за забинтованных пальцев на ногах. В вырезе майки на шее виднелось кольцо кровоподтеков. Взгляд ее был напряжен и подернут тенями. Но, казалось, ничто не сможет долго сдерживать ее.

Смелая девушка. Отваги у нее было больше, чем у большинства мужчин, она обладала такой же жаждой жизни, как селки, а сила воли и твердость духа… Что ж, такого Дилан еще ни у кого не встречал.

Но она по-прежнему оставалась всего лишь человеком. И она могла умереть.

Страх и восхищение сплелись внутри Дилана в горячий клубок.

— Ты очень трогательно, если можно так сказать, веришь в мою способность спасти тебя.

Она оглянулась и посмотрела на него. Солнце блестело на ее темных волосах и придавало ее коже цвета слоновой кости теплый золотистый оттенок.

— Ты уже спасал меня раньше.

— Но раньше я не сталкивался при этом с демоном.

— Испугался?

Несмотря на насмешливый тон, глаза ее были удивительно серьезны.

Он был в ужасе. В ужасе оттого, что обманет ее ожидания, что потеряет ее. Руки его сами собой сжались в кулаки.

— Меня… не учили этому специально, — с трудом произнес он. — Тебе нужен кто-то… — Лучше меня. Сильнее меня.– …еще.

— Я так не думаю. — Они шли мимо садов, обсаженных лилейником, и дворов, уставленных ржавеющими автомобилями и ловушками для лобстеров. — У тебя, по крайней мере, есть поддержка в этих делах.

Поддержка?

Он смотрел на нее, не веря собственным глазам. Так вот как она называет этот болезненный груз ответственности, это вызывающее агонию осознание того, что ты не соответствуешь ожиданиям, не подходишь, что ты виноват…

— Должен же быть кто-то, с кем ты мог бы посоветоваться, — продолжала она, не замечая бури, которая бушевала у него внутри.

Он заставил себя сосредоточиться на ее словах и унять приступ тошноты.

— Конечно, — ответил он. — Это принц.

— Так у вас есть свой принц?Разумеется, есть, — ответила она сама себе. — А то до сих пор ситуация была недостаточно нереальной.

Он с горечью подумал, что не знает, как убедить ее.

— Конн ап Ллир, повелитель Убежища, принц морского народа. Он взял меня под свое покровительство после смерти матери.

— Вместо… отца?

Дилан представил себе надменного таинственного правителя селки, уединившегося в башне в Кэйр Субае.

— Мне никогда и в голову не приходило назвать его папой, — сказал он, и это была чистая правда.