Чтение онлайн

(вроде Чести, а? Коцит — черта, Коцит — грань…)

Чего?

Отличный вопрос.

— Мы миновали все, что можно, — продолжал Лю. — Все уровни — позади, признаться, я ожидал столкнуться с Башней прямо после Коцита… просто, то озеро — это как точка.

О да. Жирная такая точка. Следом за ней — один эпилог в виде Канновой цитадели… но где она?

— Неправильно, — Лю взъерошил носком пепел. — Неправильно, что мы опять тащимся по какому-то заваленному мусором отсеку.

Джакс вглядывался в пепел. Его свербило устойчивое дежа-вю, но пока он не осмеливался высказать его вслух.

— Лю, тебе не идет философствовать, — деланно фыркнул он. — Вперед и с песней!

Они прошагали еще с двести метров.

— Стойте, — сказал Лю. — Вы помните слова Рэйдена?

О, еще бы. Рэйден говорил много чего. Например, о всеблагости Древних Богов… что из того?

— Какие именно? — Саб-Зиро присмотрелся к местности. Теперь дежа-вю цапнуло и его — незаметно, тихонько, будто ядовитый паук. Яд смертелен, но действует не сразу. Сначала ты поймешь.

— Мы обязаны отыскать Башню Шао Канна, — выделил Лю третье слово. Отыскать. Милая крохотная деталька — паучьи жвалы и янтарная капелька отравы в жилах. Отыскать. — В смысле — она не явится, она спрятана, верно? Мы все время шли, но правильно ли?

— Что? — Джакс схватил его за шиворот. Белки глаз, контрастные с темной кожей сверкали, подобно жемчужинам… и источали они коктейль ужаса и понимания. — Что — ты — говоришь?!

Саб-Зиро пригнулся, принюхиваясь к пеплу. Следы. Свежие следы, он не Мастер Поиска, но Лин-Куэй давал базовые навыки ориентировки. Хоть бы и в Не-Мире. Он учуял аромат стекла, сплавившегося песка. И песок тот сплавился от…

Молнии.

(в Не-Мире нет гроз, как нет и звезд…)

— Я… я не уверен, Джакс, — Лю дернулся в "объятьях" майора. — Я подумал…

— Лучше б ты раньше думал! В Фриско — когда втягивал меня в хренову заварушку, — старые упреки, истрепавшиеся, точно ветошь нищего. Навязли в зубах, словно жвачка. И воспряли из могилы. — Эй, а ты чего ковыряешься?!

Саб-Зиро не ответил.

(дежа-вю, мы были здесь… но я пока не верю, я — циник и прагматик, я — Посвященный Холода… я спокоен)

Неверно. Безнадега похожа на огонь, а огонь топит лед.

Он закопался горстью в пепел, похожий на нарезки черно-белой фотографии. Его рука покрылась его слоем, но он извлек искомое, и Пропасть-Под-Мостом — а может, и воды Коцита — рухнули внутри него.

Стекло.

Стекло — это цепи Милины, это — их поводок. А еще — оплавленный песок, образовавшийся здесь после удара молнии. Молнии Рэйдена.

— Лю, Джакс, — чужим, неестественным голосом вымолвил Саб-Зиро. — Мы вернулись на исходную точку. Мы совершили круг и… вернулись.

Лю Кэнг и Джакс раскрыли рты. Они до пародийности напоминали деревянных кукол, какими в уличных театрах разыгрывают грошовые комедии. Со стороны они были смешны.

И Не-Мир, несомненно, хохотал над глупыми смертными.

— Нет. Нет! — Лю схватил обломок темного, ехидного стекла, зашвырнул его. Он проехался по песку-пеплу с певучим шелестом. Будто по сухим листьям, подумал Саб-Зиро.

— Да! — снова набросился на него майор. — Мы шли неверным путем! Мы заблудились! Ох, черт, все — напрасно!..

Найти. Башню.

Не вышло. Извините.

Они — провалили задание. Мысль всплыла, похожая на здоровенный радужный мыльный пузырь. На боках его поигрывала радуга — туповатая и самодовольная. Провалили задание, ха-ха. Прошагали семь кругов ада — зря. Еще раз ха-ха. Право, смешнее анекдота в жизни не слыхивал…

Мысль была телепатией. Семенем, но в каждом из троих дала специальные плоды.

Лю Кэнг, бессмысленно пялясь в черно-багровый диск небес, размышлял о Китане. Возможно, к лучшему, что она не ведает бесславного финала. И о Храме Света, о тех, ради чьей памяти он явился на Смертельную Битву и ступил стезею Не-Мира, бесконечных поисков. Рэйден полагался на него. Рэйден надеялся на него. Еще была Земля, Эдения… все миры.

И завершение.

Как глупо.

Джакс остервенело швырялся галькой. Она против его воли выкладывалась в имя его напарницы. Вот так-то, коп. Ты скверная ищейка, вот в чем соль. Соня же вечно будет висеть, прикованная к Трону Императора… или к чему там еще…

Мелкие крупицы горной породы набились под ногти, несильной болью, саднящей, словно обида. Как несправедливо, как противоречит легендам, сказкам и видеоиграм — они вынесли столько, и вернулись на исходную позицию. У этой сказки нет конца. Она — обручальное кольцо Не-Мира и самой Смерти.

Джаксу захотелось наброситься на кого-то. На Лю, светлого-героя-черти-его-дери. Лю вечно так упорно вел их вперед, полководец фигов, разве флага не хватает… болван самоуверенный, вдобавок повернутый на эденийской дуре, да он вовсе не соображал, что делает…

К черту все.

А Саб-Зиро просто стоял. Чуть покачиваясь, и стекло хрустело под его пальцами, врезаясь под кожу. Он ни о чем не думал — да и что тут можно высказать… Не-Мир обманул их, вот и все. Небеса пожрали прах жертвенных костров, но дождь не прольется, и засуха выклюет посевы.

Они — проиграли.

Вот и все…

— Неправильно, — бормотал Лю в сотый раз. — Неправильно, выход должен быть! Мы не напрасно страдали!

(да, Лю… Боги милостливы, а? ты до сих пор доверяешь данному постулату?)

— Столько… всего, — ярость Лю Кэнга вскипала, подобно целому солнцу. Протуберанец рванется и спалит до нейтронов. Но не вытянется дальше определенных границ. Свет — это узкая дорога, даже Свет-истинный.

— Вы ведь чувствовали — направление правильно? — обратился он к спутникам, силясь прочесть что-то, кроме изгибающихся теней на их лицах. — Чувствовали?!

— Да ни хрена я не чувстовал! — взвился Джакс. Он встряхнул Лю, будто бультерьер — поноску. Лю покраснел, и ладони его превратились в кулаки. Пепел — это порох… и чересчур много вспышек, самого глубинных и терзающихся.