Чтение онлайн

ГЛАВА 16

КЕЙСИ

МеняОХВАТЫВАЕТ ИРРАЦИОНАЛЬНЫЙ ГНЕВ, КОГДА ПРЕРЫВИСТЫЙ и невнятный постукивающий звук проникает в мое подсознание, вырывая меня из сна, который стирается из памяти еще до того, как я покидаю его. Кажется, у меня был акцент. Что-то очень шикарное и британское. Логично, что я изучал интерпретацию детектива Агаты Кристи после того, как всю ночь прокручивал старый черно-белый мини-сериал.

Так что я просыпаюсь с мыслями об убийстве и предательстве.

Моргая от размытой темноты моей комнаты, я бросаю взгляд в сторону окна и слышу звук единственного резкого удара по стеклу. Я уже знаю, что она мне не понадобится, но, встав с кровати, я протягиваю руку, чтобы взять старую биту Слоан для софтбола, потому что мне нравится держать ее в руках.

На лужайке за кустами и барьером из прожекторов с датчиками движения я замечаю Фенна в капюшоне, стоящего с телефоном в руке.

На прикроватной тумбочке загорается мой телефон. Я подождала, пока он зазвонит, обдумывая, что он мог бы сказать, что я хотела бы услышать. Или как ему удастся поколебать мою решимость. Потому что я все еще вполне довольна тем, что злюсь на него. Вечно, если я могу с этим поделать.

Экран гаснет.

Я мог бы это сделать. Стой в тени, пока он не исчерпает свою силу духа и не уйдет домой, убежденный, что я вне его досягаемости и теперь всегда буду такой.

Затем он снова загорается, жужжа и громыхая на прикроватном столике. Пока мое любопытство не заставляет меня поднять его.

– Что?
– Холодно спрашиваю я.

– Мне нужно тебя увидеть. Пожалуйста, Кейси.

Знакомый звук его голоса, глубокого и хрипловатого, заставляет мое сердце сжиматься от боли. Раньше мне нравилось слышать, как этот голос проникает мне в ухо. Теперь от этого просто наворачиваются слезы.

“Если бы я хотел поговорить с тобой, я бы весь день не выключал телефон”.

– Ты мог заблокировать меня. Но ты этого не сделал.

– Я все еще могу.

– Я поднимаюсь, - говорит он.

Я подхожу к окну и вижу, как он исчезает в тени. К настоящему времени Фенн знает, как маневрировать в пределах видимости папиных датчиков движения, находя слепые зоны на периферии.

– Не надо, ” мягко предупреждаю я.
– Я запираю окно.

– Нет, это не так.

Мудак. Я не знаю, что раздражает больше — то, что он так уверен в себе, или то, что он прав.

—Если мой отец поймает тебя...

– Так что не позволяй ему.

Черт возьми.

Я распахиваю окно как раз перед тем, как Фенн подтягивается и запрыгивает внутрь. Он мягко приземляется и замирает, прислушиваясь, не разбудил ли он весь дом. Ему повезло, что собаки - наименее бдительные существа на планете. Пятнадцать домушников могли бы пробить потолок на веревках спецназа, а Бо и Пенни и глазом бы не моргнули. Бо возвращался к грызению своей кости, пока Пенни переворачивалась на другой бок в своей плюшевой собачьей кроватке.

– Ты идиот, - ворчу я.

Довольный, что остался незамеченным, он встает и смеряет меня пристальным взглядом, который заставляет меня сделать шаг назад. Иногда я забываю, каким пугающим он может быть. Шести футов ростом, мускулистый. Из-за темного капюшона, прикрывающего его светлые волосы, от него исходит опасная атмосфера. Но я его не боюсь. Я никогда не боялся. Он может быть крупнее и сильнее меня, но я без сомнения знаю, что могу поставить его на колени одним резким словом.

– Какую часть слова “иди в ад и оставайся там” ты не понял?

“Что это я слышал о том, что ты срываешься на тех цыпочках в школе?” он отвечает, игнорируя меня.

Я хмурюсь. “ Что? Как ты об этом узнал?

– Слоан.

Ладно, вау. Думаю, я даже не могу рассчитывать на то, что моя сестра будет держать свой дурацкий рот на замке. Я думал, было очевидно, что эмбарго Феннов распространяется и на нее.

– Что случилось? он толкает.

“Нет. Моя жизнь больше не твое дело. Ты не имеешь права появляться здесь и чего-то требовать от меня. Так что, если это единственная причина, по которой ты пришел, можешь идти прямо сейчас.

– Конечно, это не единственная причина. Он тянется ко мне, но я направляю на него биту, обозначая ею демилитаризованную зону между нами. “ Я беспокоюсь о тебе. Считаешь ли ты, что мне это позволено или нет, не имеет значения. Я ничего не могу поделать с тем, что мне не все равно.

– Ты что, сам себя не слышишь? Горький, саркастический смешок вырывается из меня от его дерзости. “ С тех пор как ты оставил меня лежать мокрую и без сознания на земле в кромешной тьме той ночью, ты ни разу не задумался о том, что я чувствую по любому поводу. Это твоя проблема.

– Кейси. Его лицо вытягивается. Части меня это нравится.

– Правда причиняет боль, да?

– Все, что я делал, это думал о тебе. ” Его голос грубый. Дрожащий. “ И я совершил несколько огромных ошибок. Я принимаю это. Я не прошу тебя не ненавидеть меня. Злись. Но также прости меня.

“О Боже мой. Ты как будто живешь в воображаемом мире, где последствия тебя не касаются”.

В каком воображаемом мире, по его мнению, мы вернемся из этого? Что кто-то примет то, что он сделал, и просто предложит маллигана и пойдет дальше?

“Это не похоже на измену, Фенн. Ты не целовал другую девушку в "Мои сладкие шестнадцать". Ты оставил меня умирать и солгал об этом.

Он открывает рот, чтобы прервать меня, но я останавливаю его.

“Нет, подожди. Хуже того. Ты сделал все это, а затем спланировал свой путь в мою жизнь, зная, что натворил. Это какой-то уровень социопатии, который у меня даже в голове не укладывается ”.

Он раздраженно фыркает на меня и отворачивается, чтобы расхаживать по комнате. “ Ты говоришь так, будто у меня все это время был какой-то подлый заговор. Ты думаешь, я мог спланировать это таким образом? Я был напуган до смерти с той секунды, как увидел ту машину, торчащую из воды. С тех пор я бегаю на адреналине и инстинктах”.