Чтение онлайн

Стоун бежал по направлению к станции метро «Арлингтон», но, заметив автозаправочную станцию, где стояло с полдюжины машин, остановился.

Станция была закрыта, свет погашен. Стоун достал свой швейцарский складной нож с лезвием-отверткой и с его помощью открыл маленькое поворотное стекло грязно-желтого «фольксвагена» образца 1970 года.

Затем он просунул внутрь руку, опустил большое боковое стекло и открыл дверцу. Забравшись в машину, Стоун опустил спинку переднего сидения и попытался разглядеть что-нибудь под щитом управления. Потребовалась минута, чтобы глаза привыкли к темноте: единственный свет, освещавший кабину, был свет фонаря в конце квартала.

Он нашел на щитке ручку зажигания, нащупал переплетение выходящих из нее четырех проводков и выдернул их. Один из проводков, красный, коснулся металлического щитка, и вспыхнула искра. Этот провод был под напряжением. Стоун отогнул его.

«Ага, — подумал он, — вот моя безумная страсть к машинам и оказала мне услугу». Теперь надо было правильно соединить провода. Стоун поднялся с пола машины и сел. Большим лезвием ножа он зачистил три оставшихся провода, затем соединил зеленый провод с проводом под напряжением. Никакого результата.

Черт побери! Весьма вероятно, что на стоянке заправочной станции Стоун нашел поломанный «фольксваген». Он попробовал подсоединить синий провод: стартер кашлянул и заглох. Победа! Тогда Стоун подсоединил белый провод, стартер снова зарычал, но машина не сдвинулась с места.

Схема была неправильной. Стоун отсоединил зеленый провод и соединил синий с красным. О радость! Включилось радио, и зажглась лампочка спидометра.

«Ну, давай же!» — прошептал Стоун, поднося к цепи белый проводок: машина вернулась к жизни.

Спустя час Стоун был в Фоллз Черч. Расспросив дорогу у водителя такси, он нашел дом Армитиджа. Точнее говоря, это было целое поместье: огромное здание колониального периода и сотни акров леса. В окнах не было света, что было неудивительно, так как почти наступила полночь. Стоун поставил «фольксваген» на улице так, что из машины ему был виден дом, и на минуту задумался, не выключая двигатель.

Бегство кончилось, его буквально трясло от ужасающих событий последнего часа.

«Может быть, Армитидж был одним из них», — думал Стоун о своих неведомых преследователях. Или, наоборот, эти люди пытались помешать его встрече с Армитиджем, каким-то образом подслушав их телефонный разговор. У Стоуна не было выбора.

Неожиданность появления работала на него. Если Армитидж относился к числу заговорщиков, он, скорее всего, полагал, что Стоун погиб при взрыве. Он не мог ожидать увидеть Стоуна у подъезда собственного дома.

Итак…

Осторожность спасла ему жизнь несколько часов назад. Был ли он достаточно осторожен теперь? Дом Армитиджа стоял на невысоком холме, поэтому с дороги он был виден с трех сторон. Кажется, все спокойно.

Стоун выключил зажигание и осторожно направился к центральному входу. Он позвонил в дверь.

Спустя минуту позвонил снова. Через две минуты дверь открылась.

На пороге стоял Армитидж. Стоун узнал его по новым фотографиям. Поверх белой шелковой пижамы Армитидж наспех накинул малиновый шелковый халат; вид у него был заспанный. Но даже в таком состоянии он выглядел внушительно, и загар красиво оттенял его седые волосы.

Армитидж, видимо, не узнавал Стоуна; его лицо выражало досаду и недовольство.

— Что, черт побери, происходит? Вы не пришли на свидание, — мрачно сказал Стоун.

— Кто вы? Вы знаете, который сейчас час?

— Сегодня вы уже задавали мне этот вопрос. Я помощник Лемана, Мэт Келли.

— Я же сказал вам, чтобы вы не приходили сюда!

— Теперь я понимаю почему, — ответил Стоун.

Седовласый человек в недоумении отвел взгляд.

— Я отменяю обеденный прием и набираю номер телефона, который вы мне дали, — с жаром заговорил он. — А это оказывается просто телефон-автомат! Видимо, снял трубку какой-то прохожий. Я предполагал, что буду говорить с вами, и вот что из этого вышло. Хорошо еще, что я подвел только своего брата — именно его я ждал к обеду. Что вы, в конце концов, себе позволяете? Я возмущен вашим…

Из глубины дома послышался женский голос: «Кто там, Уильям?»

— Не беспокойся, — ответил Армитидж. — Я сейчас выпровожу его. Ложись спать, милая.

Говорил ли этот человек правду?

— Я звонил вам, — медленно проговорил Стоун, внимательно глядя на Армитиджа. — У вас было занято, и я…

— Занято? Я прождал у телефона десять минут.

— Мне позвонил Мортон Блум, — начал Стоун.

— Мортон Блум? Не может быть! Его сейчас нет в стране. Его перевели в Женеву. Его нет в Вашингтоне уже семь месяцев!

У Стоуна участился пульс.

— Я хотел узнать о пожилой женщине, ее зовут Анна Зиновьева, — произнес он ровным голосом. — Секретаре Ленина. Запуганной женщине, которой вы нанесли угрожающий визит в 1953 году.

— Черт знает, какой бред вы несете, — произнес Армитидж, отступая, чтобы закрыть дверь. — Теперь уходите.

— Пожалуйста, не заставляйте меня терять время, — произнес Стоун. Он вытащил «Смит и Вессон» и навел его на Армитиджа; ранее он думал, что это не понадобится.

— Уберите эту штуку! Моя жена уже звонит в полицию. — Армитидж был напуган и лгал.

— Я только хочу немного поговорить с вами, — спокойно сказал Стоун. — Вот и все. Мы поговорим, и все будет в порядке.

— Кто же вы, черт побери? — проскрежетал напуганный государственный деятель.

Армитидж выслушал Стоуна с нескрываемым удивлением. Вот уже четверть часа они сидели в просторной, заставленной книгами библиотеке Армитиджа и беседовали: Стоун рассказывал, Армитидж прерывал его только чтобы что-нибудь спросить или уточнить.

Стоун держал пистолет сбоку, чтобы тот был наготове, если понадобится, но Армитидж, кажется, теперь проявлял готовность сотрудничать, особенно после того, как узнал, что Стоун работал в фонде «Парнас» и был сотрудником и другом друга Армитиджа — Сола Энсбэча.