Московский лабиринт
Шрифт:
– Бегом в машину!
Артём даже не прячет генератор в кейс. Так и устраивается с ним в обнимку на заднем сиденье. Грэй распахивает дверцу.
Вот и всё. Прощайте, ребята… У вас получится.
– Таня! Чего ты ждёшь?!
Вздрагиваю. И поднимаю глаза. Чингиз и Грэй стоят у машины.
Разве они не поняли? Только я во всём виновата! Иван с самого начала был прав… Кукла с гигабайтами программ вместо мозгов. Смертоносная тварь в человеческой оболочке.
– Таня!
– Тани давно нет, Грэй…
Раньше я мучилась, терзалась сомнениями. Теперь я знаю. И от этой ясности на душе легко.
– Мы тебя не бросим! – Артём тоже вылезает из машины. Бледный, решительный.
Что же вы делаете, ребята… На что тратите драгоценные минуты… Искусственная туча вот-вот развеется, и десятки электронных зрачков пустят убийц по вашему следу… Ради чего вы рискуете? Эта подлая тварь не стоит ваших жизней…
Я не допущу, чтобы опять из-за неё гибли…
Пальцы ложатся на рукоятку ГШ в кармане. Иван смог. И я смогу. Теперь это уже нетрудно. Будто поставить точку в конце давным-давно написанной книги.
Капли текут по моим щекам. Это не слёзы. Просто дождь.
Не успеваю вытащить руку из кармана.
Грэй вдруг оказывается рядом и перехватывает её. Несколько секунд мы смотрим друг другу в глаза. Потом он наотмашь бьёт меня по лицу.
Звонкая пощёчина, как в кино.
– За что?… – непонимающе хлопаю ресницами. Больно и обидно. Пулю в лоб я заслужила. А это – нет.
– За то, что сдалась, – сердито бормочет он. И выдирает ГШ из моих пальцев. – Живо в машину. Или прикажешь силком тебя тащить?
– Я опасна, Грэй… Я – хуже зомби. Мной управляют…
– Если б так – сам бы тебя пристрелил. Из жалости.
– Но ведь это правда…
– Правда в том, что ты раскисла, как сопливая первоклассница… – Он трясёт меня за плечи, будто хочет разбудить. И говорит, приблизив лицо, так что в его зрачкax отражаются мои: – Неужели думаешь, что смогла бы вырваться, если бы им удалось сделать это с тобой? Если бы ты и в самом деле превратилась в послушную марионетку?
– Но ведь им удалось…
– Тогда бы ты со мной сейчас не говорила. Не рассказывала про то, какая ты плохая…
Я всхлипываю. И он крепко меня обнимает:
– Глупая… Глупая девочка…
Артём стоит рядом. Робко, успокаивающе проводит ладонью по моим влажным волосам. А Чингиз деликатно кашляет у самого уха:
– Нежности лучше продолжить в машине…
Чингиз – водитель экстракласса. И движок у «хаммера» – почти как у танка. Но всё равно не удаётся выжать больше шестидесяти километров. Машина подпрыгивает на колдобинах, скользит по раскисшей почве.
Впереди – мгла. «Дворники» едва справляются с ручейками на лобовом стекле. А бездорожье под нашими колёсами с каждой минутой грозит превратиться в непролазную кашу.
– Малость не рассчитал… – вздыхает Артём.
Грэй выглядывает в окно:
– Боюсь, всё закончится ещё быстрее, чем началось… Влаги в атмосфере было немного.
– Хотя бы с полсотни километров пройти… – бормочет Чингиз, не отрываясь от дороги.
И вдруг резко бьёт по тормозам. Выворачивает руль. Наш «хаммер» натужно взрыкивает и застревает в глубоком кювете. Стиснув белеющие губы, Чингиз пытается дать задний ход. Яростно ревёт мотор. А обтекаемые зеленоватые тела, выросшие из низкой мглы, с каждой секундой становятся ближе…
Три вертолёта. Два боевых и военно-транспортный.
– Грэй, – очень спокойно говорит Чингиз. – Там «стингер» под сиденьем…
– Не надо, – перебивает Артём. – Больше одного сбить не успеете.
Физик уже отвинтил заглушку генератора. Дрожащими пальцами вставляет октаэдр фокусирующей линзы.
– Ограничитель! – напоминает Чингиз.
– Нет времени…
С вертолётов нас уже заметили. Вспышки огня. Грязевые фонтаны взлетают вокруг машины – не рыпайтесь, ребята…
Нас хотят взять живыми. Из транспортника по канатам съезжают фигурки.
Артём подсоединил блок питания. Щёлкает тумблером и распахивает дверцу «хаммера».
Я даже не замечаю, когда он жмёт гашетку. Просто хищное, нацеленное в нас тело «команча», зависшего метрах в тридцати, вдруг исчезает. С оглушительным хлопком. Будто воздушный шарик, в который ткнули невидимым остриём.
Транспортная «юта» покачнулась в воздухе, накренилась. Фигурки посыпались с канатов.
Хлопок. И ничего нет. Только нелепый обрубок вращает лопастями. Генератор вздрагивает в руках физика. А хвост второго «команча» отваливается. Прибор не зря назвали «Стилетом». Он режет металл, словно масло.
«Команч» взрывается.
Мечутся уцелевшие десантники. Остатки «юты» падают, срезая винтами человеческие фигурки. Вспахивают землю. Застывают грудой металлолома.
И становится тихо. Почему-то я не слышу мотора «хаммера». Только капли барабанят по крыше. Сквозь дым и ливень – мёртвые тела.
Наверное, они так и не успели понять, что же случилось…
С того мгновения, когда Артём распахнул дверцу, прошло ровно восемь секунд.
Чингизу наконец-то удаётся сдвинуть «хаммер». Жми, Король, жми отсюда!
Мы разворачиваемся, переваливаем через холм.
Хорошо, что нет вертолётных роботов. У них малый запас хода и спецмашина, которая их перевозит, наверное, не успела сюда добраться…
Пальцы Чингиза намертво вцепились в «баранку», глаза азартно блестят. Если поднажать – сумеем оторваться… Мы ведь теперь не такие уж беззащитные…
Но физик хмурится, глядя на багровые индикаторы «Стилета»:
– Больше его нельзя использовать.
– Энергии не хватает? – спрашивает Грэй.
– Наоборот – избыток. Уже опасно. Он ведь сам себя снабжает. А это, – кивает на блок питания, – лишь для затравки…