Чтение онлайн

Они утверждают, что достаточно разорвать эту струну, – и ты распрощаешься с земной жизнью.

В этот момент струящаяся аура забрезжила позади меня, замедлила полет, покружилась над лежащей на кровати Лесли и вошла в ее тело.

Через секунду она зашевелилась и перевернулась под одеялом. Ее рука прикоснулась к моему плечу. Я почувствовал, будто меня куда-то втягивает; я низвергнулся вниз и проснулся от прикосновения.

Мои глаза мгновенно открылись в комнате, в которой было темно, как в полночь. Вокруг царила такая тьма, что не имело значения, открыты или закрыты глаза. Я потянулся к выключателю лампы у изголовья. Сердце громко стучало.

– Вуки! – сказал я. – Милая, ты не спишь?

– М-м-м. Я здесь. Что случилось?

– Ничего не случилось! – спокойно произнес я. – Работает! У нас получилось!

– Что получилось?

– Мы выходили из тел!

– О, Ричи, неужели? Я не помню:

– Не помнишь? Что последнее ты помнишь до того, как я тебя разбудил?

Она отвела золотистые волосы от своих глаз и сонно улыбнулась.

– Я летала. Чудный сон. Летала над полями:

– Значит, это верно! Мы помним наши ночные выходы из тела как полеты во сне!

– Откуда ты знаешь, что я выходила из тела?

– Я видел тебя!

Это ее окончательно пробудило. Я рассказал ей все, что произошло, все, что я видел.

– Но слово «видел» не может описать восприятие вне тела, вук. Это не более видение, чем знание. Знание всех деталей, которые более отчетливы, чем видимое глазами. – Я выключил свет. – В комнате так же темно, как и сейчас, но я могу видеть все. Стерео, полки, кровать, тебя и себя: – В темноте разговор о видении был очень впечатляющим.

Она включила свой свет, села на кровати и нахмурилась.

– Я ничего не помню!

– Ты подлетела ко мне как радужный НЛО, зависла в воздухе и как бы влилась в свое тело. Затем ты зашевелилась и коснулась меня. Раз! И я сразу же проснулся. Если бы ты не разбудила меня в этот момент, я бы ничего не запомнил.

Прошел еще месяц, прежде чем это случилось вновь, и на этот раз все было почти наоборот. Она ждала до утра, чтобы рассказать мне.

– Со мной случилось то же, что и с тобой, вук! Я чувствовала себя, как облачко в небе, легкой, как воздух. И счастливой! Я обернулась, посмотрела вниз на кровать, а там спали мы с тобой и Амбер, наша дорогая маленькая кошечка Амбер, свернувшаяся калачиком у меня на плече, как она обычно спит! Я сказала: «Амбер!», и она подняла глазки и посмотрела на меня как -( в чем не бывало. Затем она встала и пошла мне навстречу, и на этом все кончилось – я проснулась в постели.

– Ты чувствовала необходимость оставаться в комнате?

– Нет, что ты! Я могла отправиться куда угодно в этой вселенной, куда только мне захотелось бы, и могла увидеть любого другого человека. Это было так, будто у меня волшебное тело:

Электрокамин тихо потрескивал в комнате.

– Мы сможем сделать это! – воскликнула она, взволнованная как я в тот раз. – Мы уже умеем!

– Через месяц, – сказал я, – мы наверное сможем еще раз выйти из тела!

Но это случилось в следующую ночь.

На этот раз я проснулся над кроватью, сидя в воздухе, и мое внимание сразу же было привлечено к парящему светящемуся облачку, которое очаровательно сияло серебряно-золотистым цветом лишь в двух футах от меня. Это была совершенная жилая любовь.

О, моя любовь! – подумал я. Лесли, которую я видел раньше глазами, – это меньше чем самая крохотная частичка той сущности, которой она в действительности является! Она – тело в теле, жизнь внутри жизни; развертывающаяся, распускающаяся, расстилающаяся: узнаю ли ее когда нибудь всю?

Слова были не нужны – я знал все то, что она хотела мне сказать.

– Ты спал, а я была здесь и выманила тебя сюда, Ричи. Я говорила:

«Пожалуйста, выйди, выйди:» – и ты вышел:

– Здравствуй, милая! Здравствуй!

Я потянулся к ней, и когда наши светящиеся очертания соприкоснулись, возникло ощущение, которое у нас было, когда мы держали друг друга за руку, только намного более интимное, нежное и радостное.

– Выше, – мысленно сказал я ей, – давай не спеша попытаемся подняться вверх.

Как два воздушных шара, заполненных теплым воздухом, мы поднялись вместе сквозь потолок, будто это был прохладный воздух.

Крыша дома уходила вниз под нами, а с нею грубая деревянная кровельная дранка, покрытая опавшими сосновыми иголками, кирпичные дымоходы, телевизионная антенна, указывающая в сторону цивилизации.

Внизу на клумбах и на газонах спали цветы.

Когда мы поднялись выше деревьев и поплыли осторожно дальше над водой, над нами засияло звездное небо, подернутое редкими полупрозрачными перистыми облаками. Поле зрения не небезгранично, южный ветер дул со скоростью около двух узлов. Ощущения температуры не было.

Если это и есть жизнь, думал я, то она бесконечно прекраснее, чем все то, что я себе когда-либо: – Да, – услышал я мысли Лесли, – да:

– Запечатлей это в той своей благоговейной памяти, – сказал я ей.
–

Ты не забудешь об этом, когда мы проснемся!:

– И ты тоже:

Как начинающие пилоты, впервые поднявшиеся в небо, мы медленно плыли вместе, не делая резких движений. У нас не было ни малейшего страха перед высотой – как два облака, которые не боятся упасть, две рыбы, которые не боятся утонуть. Каковыми бы ни были эти наши тела, они были невесомы и прозрачны. Мы могли бы пройти и сквозь железо, и через толщу солнца, если бы пожелали этого.

– Ты видишь? Струны?

Когда она сказала это, я вспомнил и посмотрел. Две сверкающие паутинки тянулись от нас к нашему дому.

– Мы – духи, летающие подобно воздушным змеям на привязи, – подумал я. – Ты готова возвращаться?

– С удовольствием, но только не спеша.

– Мы можем и не возвращаться обратно:

– Но ведь мы хотим вернуться, Ричи.

С удовольствием и не спеша мы поплыли над водой обратно к дому и попали в спальню, пройдя через западную стену.

Мы остановились возле книжной полки.