Чтение онлайн

Перемена мною книги застала ее как раз в конце вычислений.

– Ну и как там мистер Кольт? – сказала она, передвигаясь со своими чертежами солнечных батарей поближе к свету.

– У него дела идут хорошо. Ты знаешь, что без револьверов Кольта в этой стране на сегодняшний день насчитывалось бы сорок шесть, а не пятьдесят штатов?

– Мы украли четыре штата, угрожая им дулом пистолета?

– Это полнейшая чепуха, Лесли. Не украли. Одни защитили, другие освободили. И не мы. Ты и я не имеем к этому никакого отношения. Но больше чем сто лет назад, для людей, которые жили тогда, кольт был грозным оружием. Это – многозарядный револьвер, который стреляет быстрее, чем любая винтовка, и точнее, чем большинство других видов оружия. Я всегда хотел иметь морской кольт-1851. Глупо, правда? Образцы стоят очень дорого, но Кольт производит точные копии.

– Что ты будешь делать с такой вещью?

Она не стремилась выглядеть соблазнительной в этот момент, но даже зимняя длинная ночная рубашка не могла скрыть прелестного очертания ее тела. Когда я перерасту свое бесхитростное очарование видом того тела, в котором ей посчастливилось родиться? Никогда, думал я.

– С какой вещью? – спросил я отсутствующе.

– Животное, – заворчала она. – Что ты будешь делать со старым пистолетом?

– А, с кольтом? Сколько я себя помню, у меня к нему какое-то странное отношение. Когда я понимаю, что у меня его нет, я чувствую себя как бы ` '$%bk,, уязвимым. Это старая привычка быть не дальше чем на расстоянии вытянутой руки от него, но я никогда даже не прикасался ни к одному кольту. Разве это не странно?

– Если ты хочешь купить его, мы можем начать копить деньги. Если это так важно для тебя.

Как часто нас уводят обратно в прошлое вещи или детали предметов, старые машины, дома, местности, которые мы без всякой причины страстно любим или жутко ненавидим. Жил ли когда-либо человек, у которого не было магнетического притяжения к другим местам или приятного домашнего ощущения по отношению к другим временам? Я знал, что один человек из моих прошлых воплощений сжимал рукоятку медно-голубого железного патентованного револьвера «кольт». Было бы забавно узнать когда-нибудь, кем был этот человек.

– Я думаю, не надо, вуки. Просто глупая мысль.

– А что ты теперь будешь читать? – сказала она, поворачивая свою книгу боком, чтобы рассмотреть следующий чертеж.

– Она называется Жизнь в смерти. Выглядит как довольно систематическое исследование, интервью с людьми, которые были при смерти. Они рассказывают, что они чувствовали, что видели. А как движется твоя книга?

Большой белый длинношерстный персидский кот Ангел, весивший шесть фунтов, вскочил на кровать. Он тяжело, будто в нем было шесть тонн, направился к Лесли и, мурлыча от удовольствия, растянулся на раскрытой перед ней книге.

– Прекрасно. Эта глава особенно интересна. Она говорит: мур-мур-мурГЛАЗА-НОС-ГЛАЗА-МУР-мур, когти и хвост. Ангел, слушай, мои слова Ты мне мешаешь значат для тебя что-нибудь? А слова Ты улегся на мою книгу?

Кот своим сонным взглядом ответил ей «нет» и замурлыкал еще громче.

Лесли переместила пушистого зверя себе на плечо, и мы читали некоторое время молча.

– Спокойной ночи, маленький вук, – сказал я, выключая свою ночную лампу. – Я буду ждать тебя на углу бульвара Облаков и улочки Спокойного Сна:

– Я задержусь ненадолго, милый, – сказала она. – Спокойной ночи.

Я помял подушку и свернулся калачиком, собираясь уснуть. В течение некоторого времени я пытался научиться видеть сновидения по заказу, но успех был минимальным. Сегодня я слишком устал, чтобы заниматься этим. Я сразу же провалился в сон.

Это был легкий воздушный стеклянный дом, находящийся на возвышении среди зеленых лесов, покрывавших остров. Везде красовались Цветы – целый фейерверк красок в комнатах, вокруг дома и дальше, там, где нисходящий склон переходил в ровные луга. Аэроплан-амфибия стоял на траве, отражая восходящее солнце. Вдали за глубокими водами виднелись другие острова. Их цвет менялся от ярко-зеленых на переднем плане до туманно-голубых на горизонте.

Деревья были не только снаружи дома, но и внутри. Вьющиеся растения окаймляли большое квадратное отверстие в крыше, через которое дом заполняли солнечный свет и свежий воздух. Кресла и диван покрыты мягкой лимонного цвета тканью. Легкодоступные полки книг. Звучит великолепный «Концерт для симфонического оркестра» Бартока. Все это казалось нам нашим домом благодаря музыке и растениям, аэроплану и открытой, как с воздуха, панораме. Это было как раз то, что мы мечтали когда-то построишь для себя.

– Добро пожаловать, Ричард и Лесли! Это все создали вы!

Нас встретили двое знакомых людей. Они смеялись и весело обнимали нас.

Мы забываем днем, а во сне мы помним все сны прошлых лет. Мужчина !k+ тем же, кто в первый раз летал со мной на Птеродактиле; он был со мной, но через десять или двадцать лет, и выглядел помолодевшим:

Женщина была той Лесли, что встретила нас возле аэроплана, и ее красота была озарена пониманием.

– Садитесь, пожалуйста, – сказала она. – У нас не очень много времени.

Мужчина подал нам на передвижном деревянном столике теплый напиток.

– Итак, это – наше будущее, – сказала Лесли. – Вы хорошо потрудились!

– Это одно из ваших возможных будущих, – сказала другая Лесли, – и потрудились над ним именно вы.

– Вы указали нам путь, – сказал мужчина. – Вы открыли перед нами возможности, которых у нас не было бы без вас.

– А ведь мы особо не старались, правда, вук? – сказал я, улыбаясь своей жене.

– Нет, мы старались, – ответила она, – и немало.

– Мы можем отблагодарить вас только тем, что пригласили вас в этот дом, – сказал Ричард-из-будущего. – Твой проект, Лесли. Отлично зарекомендовал себя.

– Почти отлично, – добавила его жена. – Фотоэлементы работают даже лучше, чем ты ожидаешь. Но у меня есть некоторые соображения по поводу теплоносителя:

Две Лесли были готовы начать основательно обсуждать технические аспекты производства солнечных батарей и теплоизоляции, когда я понял, что:

– Извините, пожалуйста, – сказал я, – но мы ведь находимся в сновидении! Каждый из нас, не правда ли? Или это не сон?