Чтение онлайн

— Когда я попросила тебя одолжить юбку-брюки, ты согласилась на том условии, что я не стану обижаться на ребят, если они спросят, давно ли я начала рядиться мужчиной. При этом мы были совсем одни.

— Верно, — смягчилась Кэтлин. — Мы стояли слишком далеко от двери в смежную комнату и говорили вполголоса. Если бы кто-то и взялся подслушивать, много бы не узнал. Что ж, верю, что это ты. Но какая разительная перемена! Тебя не узнать!

— Ты и в самом деле веришь? А то ведь я могу напомнить что-нибудь еще. Не хочу, чтобы оставалась даже тень сомнения.

— А где твои очки?

— Сломаны. Все равно я собиралась расстаться с ними после свадьбы сестры, а свадьба, как ты знаешь, не за горами.

Сказав это, Мэриан пожалела, что затронула щекотливую тему. К счастью, Кэтлин ограничилась кивком.

— Я так и не научилась ездить верхом, а хотелось бы наведаться в город, — продолжала она. — Ты часто там бываешь?

— Раз в неделю. Если еду одна, то в субботу поутру. Днем делаю покупки, ночь провожу у друзей, в воскресенье иду с ними в церковь, затем навещаю знакомых и сразу после обеда возвращаюсь домой. Теперь так не получится. Можно было бы воспользоваться старым фургоном, в котором я привожу запасы на зиму, но раз уж Спенсер не удосужился забрать свой экипаж, с тем же успехом можно пустить его в дело. Только в город мы направимся не сразу.

— Куда же тогда?

— Стюарт успел раструбить о своем барбекю. Оно назначено на ближайшую субботу, и я почти уверена, что женский пол уже перебирает наряды. Так мы поедем сперва туда, а на обратном пути — в воскресенье — в город. Выехать придется на рассвете, с первыми лучами солнца, чтобы успеть к разгару веселья. Вечеринки у Стюарта обычно длятся всю ночь напролет, и тем лучше для нас, потому что с экипажем мы успеем туда разве что к вечеру.

— А все из-за нас! Тетя Кэтлин, обещаю, что научусь ездить верхом уже к следующей поездке! Начну прямо сегодня.

— Жать, но Чад тебе сегодня не подмога. Он еще за полночь уехал к отцу, и я не жду его назад раньше, чем через пару дней. Вообще говоря, раз уж вечеринка на носу, он скорее всего не захочет мотаться между двумя ранчо. Заодно поможет отцу с подготовкой. — Кэтлин задумалась, сдвинув брови. — Вот что, я сама займусь твоим обучением!

Мэриан не смела и мечтать о такой удаче. Несмотря на решение учиться самой, она втайне побаивалась, что не справится.

Урок начался. Помимо необходимых наставлений Кэтлин говорила мало, и вид у нее был рассеянный. Мэриан это не показалось странным: тетке было о чем подумать. Вне всякого сомнения, эти раздумья касались надвигающейся свадьбы.

По мере того как продолжался урок, девушка и сама все чаще отвлекалась, прикидывая возможность раскрыть Кэтлин правду. Это был спорный вопрос. Поверит ли она? Может, конечно, и поверить, но совсем не обязательно. После всего, что было сказано об Аманде, как она воспримет подобное откровение? Не будет ли это слишком, не окажется ли последней каплей, которая заставит усомниться во всем остальном, не настроит ли против самой обличительницы? Да и какой смысл в признаниях, если Чад все равно в заблуждении? Допустим, мягкосердечная Кэтлин безоговорочно примет правду и подступит к нему с уговорами взять в жены не Аманду, а ее, Мэриан — а он наотрез откажется? И даже если согласится, стоит ли идти к алтарю с человеком, до такой степени не уверенным в своих чувствах?

С другой стороны, промолчать — значит, пустить все на самотек, а между тем ситуация — дело ее собственных рук. Она сама виновата во всем и должна сделать хоть какое-то, хоть самое маленькое усилие, чтобы распутать клубок. Не уступи она Чаду в тот день, оттолкни она его — ничего этого не случилось бы. И даже если сейчас он счастлив, что заполучил Аманду, счастье недолго продлится после того, как будет произнесен брачный обет. Вряд ли он придет в восторг, когда уже на другой день новобрачная потребует, чтобы они вернулись в Хейверхилл.

Короче говоря, признаться нужно, и не важно, поверит Кэтлин или нет. Лучше всего будет завершить рассказ словами, что это не из-за Чада, что она вовсе не желает его для себя, потому что это было бы несправедливо по отношению к нему, раз уж он занимался любовью, принимая ее за другую. И надо, чтобы это прозвучало убедительно. Умела натворить дел — умей и расхлебывать!

Однако как же приступить к столь деликатной теме? С чего начать? Ведь неприлично даже говорить об этом! Для начала стоит подумать, подыскать нужные слова. Впереди еще несколько дней, так что спешить некуда. Да и не годится портить людям вечеринку. Вот кончится барбекю, тогда и можно будет затронуть эту тему. При некоторой удаче Аманда подцепит на вечеринке кого-нибудь другого — того, кто больше подойдет для ее целей, чем «деревенщина-ковбой»…

В конце концов Мэриан настолько задумалась, что сама не заметила, как оказалась на лошади с поводьями в руке, и тут услышала голос Кэтлин:

— Вот и молодец! А теперь самое время проверить тебя в деле. Давай-ка устроим пробный выезд.

Чада разбудил громкий стук в дверь. Тени на стенах гостиничного номера говорили о том, что солнце уже зашло, но настоящая ночь еще впереди. Он лежал на кровати одетый — в том состоянии, в котором он до нее добрался, на борьбу с пуговицами не было сил.

— Иду, иду!..

Стук продолжался. Он звучал знакомо, и можно было заранее догадаться, кто это так жаждет войти. Чад полуподнялся-полускатился с кровати, рванул в сторону засов и сердито распахнул дверь.

— Могу я, черт возьми, заглянуть в город без того, чтобы ты об этом не прослышал?!

— Вряд ли, — ответил отец со смешком.

Затворив дверь, Чад протер глаза и помял лицо, чтобы хоть отчасти избавиться от последствий вчерашних возлияний. В висках стучало, веки казались стопудовыми.

— Жутко выглядишь, — мимоходом заметил Стюарт, устраиваясь на диване поудобнее.

— Выпил лишнего.

— Знаю и мечтаю услышать подробности. Для начала, почему ты не выпил лишнего в нашем городском доме? Там выпивки хватит на десять белых горячек. Есть даже кому доливать стакан. Спрашивается, чего ради я держу там прислугу?

— Там из окон много не увидишь.

— С каких пор?

— Я имею в виду Мэйн-стрит, — Подзабыл здешние достопримечательности? Могу напомнить, что их тут негусто. Выкладывай, чего ради вся эта эскапада?