Чтение онлайн

— Я растущий мальчик.

Мы с Мирой смеемся, и она бросает ему рогалик.

— Хорошо, но не приходи ко мне плакаться, когда у тебя заболит живот.

— Не рассчитывай на это. У меня стальной желудок. Не то что у нашей маленькой Эмелии.

Мира одаривает меня извиняющейся улыбкой.

— Прости. Я сказала ему, что на днях ты неважно себя чувствовала.

— Все в порядке. Ребята, вы видели электронное письмо о встрече?

Мой вопрос призван увести разговор в сторону от меня, особенно учитывая тот факт, что профессор Барклай все еще стоит рядом с нами и разговаривает с Льюисом. Ему не нужно знать о моем приступе тошноты в ванной.

— Да, добавил в свой календарь и все такое, — подтверждает Хьюго. — Итак, Мира, к этому рогалику прилагался какой-нибудь сыр? Сливочный сыр? Сливочное масло? Арахисовое масло?

Позже Зак заходит за мной перед встречей по проекту. У меня подключены AirPods, и я слушаю старый плейлист во время работы, поэтому не слышу, как он приближается. Его рука касается моего плеча, и я подпрыгиваю на целую милю в воздух.

Он смеется.

— Прости! Не хотел тебя напугать. — Он поднимает руки, как бы доказывая, что пришел с миром.

Вынимаю AirPods и улыбаюсь.

— Не беспокойся. Я просто потерялась в своем собственном мире. Смотрю на время: почти девять.

— Пойдем, — говорит он. — Возможно, нам удастся занять места, если поторопимся.

Хьюго и Мира присоединяются к нам, но в конференц-зале мест хватает только на троих. Хьюго говорит, что все равно предпочел бы постоять, так что Зак любезно выдвигает для меня стул и садится на место рядом. Поскольку нас много, мы сидим очень близко. Его локоть касается моего, когда он достает телефон, чтобы показать мне видео, которое нашел на TikTok.

— Я должен тебе показать. Смотрел его уже раз десять. Это маленький щенок, который впервые пробует лаять. Он думает, что это действительно жестко и страшно, но это всего лишь крошечный пушистый комочек.

Улыбаюсь и наклоняюсь, чтобы лучше видеть его экран.

— Черт возьми. Ты хорошо пахнешь, — говорит он мне, на секунду задерживая большой палец на кнопке воспроизведения.

— О. — Я смеюсь. — Наверное, это мой шампунь.

Он наклоняется ближе и принюхивается.

— Ага. Определенно твои волосы.

Он нажимает на кнопку воспроизведения, и он прав, это забавно. Я заставляю его воспроизвести еще дважды, и в конце концов он просто протягивает мне свой телефон, но, если бы я знала, что во время всего этого в конференц-зал входит профессор Барклай, я бы отодвинулась от Зака раньше. А еще лучше, я бы вообще никогда не села рядом с ним.

Теперь, очевидно, уже слишком поздно отползать от коллеги, тем более что взгляд профессора Барклая пригвождает меня к месту. Раздражение вспыхивает в его взгляде, когда я возвращаю телефон Зака, сажусь прямее на стуле и пытаюсь занять себя ручкой, неоднократно снимая и надевая колпачок.

К сожалению, Зак не понимает, что мы вдруг должны вести себя так, будто не знаем друг друга.

— Тебя ведь нет в социальных сетях? — спрашивает он. — Я пытался найти тебя вчера вечером.

Качаю головой.

Он фыркает.

— Как это вообще возможно? Я приклеен к своему телефону 24/7. Чем ты занимаешься весь день? Медитируешь?

Не могу удержаться от смеха.

— Нет, я трачу время так же, как и ты. Просто потому, что у меня нет профиля, не значит, что я не скрываюсь…

Он ухмыляется, как будто находит это чрезвычайно интересным.

— За кем тебе нравится следить? За знаменитостями?

За нашим боссом.

Пожимаю плечами.

— Всеми подряд. Всегда разные.

Только за одним. Это всегда профессор Барклай.

— Как только вы завершите свой разговор, мы начнем, — говорит профессор Барклай из передней части конференц-зала, его властный тон вибрирует от гнева.

Чтобы внести ясность, все болтают, не только мы с Заком, но он пристально смотрит на нас, и поэтому все предполагают, что это мы виноваты в его плохом настроении.

Мне хочется опуститься ниже на стуле или, еще лучше, соскользнуть на пол и вообще исчезнуть под столом.

Эта сцена слишком напоминает Дартмут, хотя на этот раз я знаю, что профессор Барклай сердится на меня совершенно по другой причине. Сегодня я никому не мешаю. Встреча еще не началась, и я не делаю ничего плохого. Нет, на этот раз он вызывает меня, потому что ему не нравится тот факт, что Зак близко наклоняется ко мне, показывая свой телефон. Он ревнует.

Могу посмеяться над этой идеей.

Это трудно отрицать, но еще труднее поверить.

Кажется, что у такого человека, как профессор Барклай, никогда не было причин ревновать к кому бы то ни было, но мои подозрения подтверждаются после встречи, когда я нахожу электронное письмо, ожидающее меня в верхней части папки «Входящие».

Оно от него.

Встретимся в моем офисе в 11:15.

Даже нет «пожалуйста».

Тревога жарко вспыхивает внутри меня.

Он что, шутит?

Я не могу зайти в его кабинет, и на это есть около миллиона причин. У меня абсолютно нет времени, чтобы поговорить с профессором Барклаем наедине. Я отчитываюсь перед Льюисом, Льюис отчитывается перед профессором Барклаем. Я имею в виду, Господи, половину времени я даже отчитываюсь не перед Льюисом, а перед Дагом, который затем отчитывается перед Льюисом. Дело в том, что я плебей, а он босс. Исчезновение за закрытой дверью вместе с ним будет выглядеть плохо со всех сторон.

Как будто этого недостаточно, чтобы держать меня подальше от его кабинета, есть еще и скрытый мотив — быть единственным человеком в жизни профессора Барклая, который не находится в его распоряжении в любое время. Вчера я стояла перед ним на коленях. Я не буду делать этого два дня подряд.

Я отвечаю просто: 11:15 — не самое подходящее для меня время.

Ровно в 11:15 я беру свою кружку со стола и, не торопясь, направляюсь в комнату отдыха. Мира и Инес толпятся у кофейника, что-то просматривая в телефоне Инес. Инес, похоже, обрадовалась, увидев меня.