Чтение онлайн

– В смысле?

– Симптомы как после Одры не возникли? Мутит? Сердце колотится?

– Как тебе сказать… – я махнул рукой, давая ребятам понять, что пора уносить ноги.

– Да уж как есть можно.

– Тут еще один промах, я не успел поесть.

Темный начал метаться по кабинету как умалишенный и что-то бормотать себе под нос. Я разобрал несколько слов, но не понял, что они означают, а Марек, покраснев, отказался мне объяснять. Решил все-таки сохранить репутацию эльфийского языка как чистого и мудрого.

– Или к себе, я все решу.

– Я сам.

– Не надо «я сам», – с нажимом произнес Марек. – После твоей последней голодовки мы не досчитались одного караульного с нижних уровней.

– Это было очень давно.

– Два года назад.

– Я и говорю, очень давно.

Темный сел за стол, пригладил волосы и закрыл лицо ладонями:

– Поступим так, – эльф разговаривал исключительно сам с собой и в посторонних репликах не нуждался, – раз нас все равно засекли, будем действовать по принципу: «Лучшая защита – нападение». Если выжидать, точно проиграем. Они напуганы, они ускорятся. Никто не ждёт от нас суицидальных тактик… – Марек резко выпрямился, ножки стула шкребанули по полу. – Мы выступим завтра.

– Завтра? Чистое самоубийство.

– Да! – глаза эльфа зажглись огнем. – Мы прежде никогда не были безрассудны. Жестоки, агрессивны, да. Но мы всегда все просчитывали. Брали время. Они не ждут от нас резкого наступления по всем фронтам. Они думают, мы подожмем хвост, чтобы суета улеглась. Но мы сделаем наоборот…

– Пойдем и дружно сложим там свои головы?

Но Марек не слушал, он был в своей маниакальной фазе, когда поочередно фонтанировал то гениальностью, то бредом.

– Решено! Общий сбор! – темный нажал на кнопку и по всем этажам завыла серена. – Убьем двух зайцев, – шепнул он мне на выходе, – захватим базу Добрых и уймем твой приступ. Я готов умереть как—угодно, но не под зубами неудачливого вампира, к тому же своего воспитанника.

Засосало под ложечкой. Близилась буря. И извините, за каламбур, ничего доброго она с собой не несла.

День не задался с утра. Во-первых, накрыли один из наших ночных патрулей, без пленных, но и без выживших. Во-вторых, большинство пребывало в шоке от новостей с общего сбора, я не удивился бы мятежу. В панике люди творят страшное.

Надо ли говорить, как меня ломало? Наверное, надо. Организм, голодавший три дня вместо положенных полутора, требовал свежей пищи, причем требовал очень настойчиво. Синдромы пробуждения моего «животного я» были в принципе совершенно стандартными, но за долгие годы регулярного питания, я успел от них отвыкнуть. Обостренный слух. Я слышал каждый шорох, каждую капельку воды, каждую букашку роющую землю несколькими километрами ниже. Обычный звук бил по ушам, словно в них заливали расплавленный свинец. Ярость подступала волнами, я будто захлебывался в ней, а потом вновь выныривал на поверхность за коротким глотком воздуха. В каждом существе я видел добычу. Я видел каждую вену, каждый сосуд и артерию, они обвивали тело красными лентами. В любой момент я мог потерять контроль над собой.

Дышать. Нельзя забывать глубоко дышать. Вдыхаем через нос, выдыхаем через рот. Думать о максимально отстраненных вещах. Каких?

Меня ждали. Когда я дотащил себя до кабинета темного, все были уже там. Как только я вошел, стоявшие у дверей мгновенно переместились поближе к противоположной стене. Знакомьтесь, мои друзья! Только возникает угроза голодной смерти, как они тут же бегут.

– Даник, держишься? – Кобур похлопал меня по плечу, а я лишь улыбнулся в ответ.

Я любил Кобура и не только потому, что он был по сути нашим единственным приличным боевым магом. В нем всегда виднелось то, что я больше не видел ни в Мареке, ни в себе, ни в ком другом. Мы выживали, а Кобур жил. Никогда не жаловался, говорил «спасибо» по поводу и без, разрисовывал стены пейзажами старого мира и постоянно создавал из принесенного со свалок причудливые инсталляции. Кто-то смеялся над ним, кто-то закатывал глаза, но Кобур просто жил одним днем. Наслаждался даже малой ерундой. Не боялся поражения, не ждал победы, будто его единственного в лагере все устраивало. И я очень надеялся, что хоть что-то из его скульптур мы сможем применить в бою.

– Наконец-то его величество Даниэль соблаговолил почтить нас своим присутствием, – выкрикнул Марек, чтобы перекрыть общий гул собравшихся.

Я растолкал тех, кто стоял у меня на пути, и присел на спинку кресла, пытаясь изобразить умиротворенный вид. Было довольно смешно наблюдать, как вокруг меня моментально образовался пустой круг около двух метров в диаметре.

– И так! – эльф начал речь. – Вчера на общем сборе я изложил всему лагерю положение наших дел. Без особых подробностей и нюансов, лишнее. Но сейчас я хочу поговорить именно с вами, моими командирами, моими волшебниками, моими лучшими воинами. Вы поведете за собой остальных. Засомневаетесь вы – запаникуют обычные люди. Назревает открытая война! Ее не избежать. Преимущество будет у того, кто нападет первым. В осаде долго не продержаться, ресурсов откровенно мало.

– И что ты предлагаешь? – выкрикнули из толпы.

– Вести войну ради войны смысла нет. Главное уничтожить их магический костяк. В своем поиске творцов они слишком далеко зашли. Поэтому предлагаю послушать Гельмонта, он проработал план, – Марек кивнул стратегу, тот вышел вперед и поправил длинное изумрудно-зеленое одеяние.

Он всегда любил поражать окружающих свои внешним видом, кажется, в прошлый раз на нем была ядовито-желтая рубашка и красные в синий горошек брюки. Издержки судьбы, все профессионалы со странностями. Парень он был неплохой, вот только совсем без друзей, он сильно замкнулся в себе после гибели родных. Когда началось Падение, сгинули его жена, дочь и сестра.

– Послушайте. – Гельмонт поднял вверх руки, чтобы привлечь внимание. – Я разработал стратегию, благодаря которой мы сможем укрепиться.

Аудитория послушно замолкла.

– Сейчас наши силы не структурированы, нужна система. Мы разобьем всех на небольшие отряды по пять человек. В каждом будет маг, несколько стрелков, воинов и целитель. Треть останется в лагере, остальные пойдут в наступление. Сейчас я начерчу схему.

Идея, кстати, неплохая, мы тогда действительно сможем более слаженно нападать.

– Но магов и целителей же на всех не хватит! По числу людей, отрядов должно быть штук двести, нет у нас столько волшебников.

Марек вцепился в толпу колючим взглядом, но крикун не показался. Люди переминались с ноги на ногу и старались не смотреть темному в глаза.

– Есть другие возражения? – от Марека будто повеяло холодом, даже я поежился. – Здесь нет ни дураков, ни самоубийц. Я не на бойню вас зову, моя жизнь не дороже вашей. Я не остаюсь в лагере. Я иду со всеми. Есть план.

Марек развернул список. Далее пошел перечень, кто, куда, зачем и почему. Я встрепенулся, только когда услышал свое имя.

– Даник, Меленик, Габриэль, Кобур и Гельмонт. – закончил темный.

– Это получается че? Всех лучших в один отряд, да? – выступил какой-то незнакомый мне стражник.

– Хочешь, можешь пойти к ним за место, скажем, Габриэля или Гельмонта. Вот только вряд ли ты знаешь, как работать в команде с голодным вампиром. Ты личность не выдающаяся, если тебя вдруг не станет, мы разбираться не будем.