Моя вторая четвертинка
Шрифт:
Серафим Сергеевич, который уже мыслями был в уютном одиночестве, только жалобно всхлипнул.
– Может, я сам? – наивно предположил он.
– Даже не мечтай! Кстати, где там у тебя эти часы-то? Давай мне, у меня надежнее будут…
Серафим Сергеевич только безнадежно махнул рукой и поплелся по направлению к дому. Следом за ним важно вышагивала рослая Милочка, с гордостью оглядывая опасные окрестности.
Возле подъезда Серафим Сергеевич повел себя чисто по-мужски – резко обернулся и твердо сообщил:
– Мы пришли. Дальше провожать не надо! Я сказал – не надо! Такое мое мужское слово! Все! Прощайте!
Дама все же пыталась просочиться в подъезд – ей хотелось чаю и продолжения знакомства. Серафим же Сергеевич плотно налегал на дверь и даму не пускал.
– Ну а как же… а до квартиры? Мало ли кто на площадке… поджидает! Ногу убери! – пыхтела Милочка, отрывая кавалера от двери.
– Не уберу! Я ее специально поставил!.. И никто не поджидает! – сопел мужчина, еще старательнее налегая на дверь. – И вообще… Мне уже спать надо!
– Так я для чего и рвусь! – рявкнула Милочка, потом, видимо, сообразила, что болтанула лишнее, отцепилась от двери, скромно потупила глаза и пробормотала: – Ну что ж… если спать… а вы меня так и отпустите – одну, по темным переулкам?
– Да ничего… – обрадованно успокоил ее кавалер. – Тут добежать-то! И потом – чего с тебя взять-то?
– А… честь мою девичью?!! – прищурила глаза дама.
– Да на фиг она им сдалась, – легкомысленно отмахнулся рыцарь, но тут же исправился, закручинился и подарил надежду: – Тогда тебя могут показать по телевизору…
И поспешно юркнул в подъезд.
Дома, согреваясь в теплой ванне, он раздумывал – ну почему женщины никак не позволяют себе быть слабыми? Где гордость? Таинственность? Загадка? Нет, ну у кого-то нет возможности возиться с такими причиндалами, это объяснимо – например, тянет одна ребенка, работает на вредном предприятии, приходится быть сильной, но остальные-то?! Неужели они не понимают, что быть назойливой, навязывать себя, толкать свою любовь куда попало – это стыдно?!! Ну и как мужикам при этом еще и не изменять, не вертеть носом?!!
Много думать Серафим Сергеевич не привык, поэтому такая могучая философская мысль его вымотала окончательно, он едва выполз из ванны, добрался до кровати и сразу же уснул.
А под окном, задирая голову, все еще стояла прелестная Милочка, высчитывая, в какой квартире живет ее новый воздыхатель, если свет зажегся вон в том окне, на третьем этаже…
После изнурительной двухдневной пельменной диеты Валя плюнула на консервативные взгляды – зачем париться возле плиты, готовить, когда все умные, состоятельные люди ужинают в ресторане! Ну и пусть она не настолько состоятельна, но уж покормить-то себя в приличном заведении она сможет! Хотя бы иногда… полтора раза в месяц… а потом она научится готовить сама! Даже купит себе поваренную книгу!
К ресторану Валя готовилась тщательно. Она наконец решила вылезти из джинсов и украсить себя приличной юбочкой. Или платьем. Или… Ну что еще носят эти кокетки?! Как бы там ни было, размышлять о наряде сидя дома было бессмысленно, и она направилась в магазин.
Проблемы возникли оттуда, откуда вовсе и не предполагалось – оказалось, что понравившиеся платья были не ее размера, а то, что годилось на ее фигуру, надевать можно было, только отправившись в последний путь, – темно-синие хламиды, серые, застиранного вида блузоны, нечто среднее между халатом и ночной рубахой непонятного грязного цвета…
Девочка-продавец уже переворошила весь ассортимент и теперь смотрела на покупательницу, как на своего личного врага.
– Ну купите вы себе какие-нибудь брючки! – в который раз умоляла она. – С вашими ногами просто неприлично надевать платье!
– В брюках я – как мужик! – спокойно объясняла ей Валя.
– А в платье – как кто?! – уже стонала продавщица. – Ну хорошо, возьмите вот этот костюм. Приличный, цена, как у благородного изделия… пуговицы такие красивые…
И она помотала перед глазами Вали вешалкой с мрачной тряпкой.
– Пуговицы! Вот я и буду, как гардемарин на выданье! – Валя приложила вешалку к лицу и вмиг постарела лет на семь. – О! Типичная плакальщица – «на кого ж ты нас покинул»!! Прямая дорога на поминки!
– А вам куда надо?
– Да уж не на кладбище!! – вызверилась Валентина. – Мне в ресторан!
– О господи… ресторан! – раздраженно бубнила себе под нос девчонка, вытягивая из громадных размеров следующий ткацкий шедевр. – Ну вот это возьмите! Смотрите – блестит, фасончик такой пряменький… ничего не видно – ни ног, ни рук… Сейчас все звезды в таких ходят!
Этот наряд от всех других существенно отличался. Прямого покроя, с длинными рукавами, без легкомысленных складочек, рюшек и прочих безделиц, зато искрилось, как рыбья чешуя! Валя представила, как празднично будет переливаться материя при вечернем освещении, и на секунду задумалась. Продавщица мгновенно уловила перемену в настроении покупательницы, ловко сдернула хламиду с вешалки и уже толкала в шуршащий пакет.
– А еще вам надо колготки, – тараторила она, не давая времени на раздумье. – Сейчас знаете какие модно? Чтобы вот такие цветы по всей ноге, можно еще змейки разные, или там стразы… Но это не у нас, это вам в тот отдел. Платьице в кассе оплатите.
Валя сгребла пакет, выложила приличную сумму и направилась за колготками. Там она долго не ковырялась, попросила самый большой размер, но чтобы обязательно со змеей во всю ногу, и женщина в возрасте тут же подала ей тоненькую упаковку.
– А это со змейкой? – придирчиво уточнила Валя.
– Не-а, – равнодушно мотнула головой женщина.
– Мне надо со змеей!
– Тогда у вас будут ноги кривые, – вяло пообещала продавец и отвернулась.
В кривых ногах в ресторан Валентина вовсе не собирать идти, поэтому быстренько ухватила упаковку и, расплатившись, выбежала из отдела.