Моя вторая четвертинка
Шрифт:
– Твоя малышка принесла своему бурундучку…
– Вы говорили – помпончику, – обиженно напомнил Серафим.
– Да какая, к черту, разница… короче, я принесла… тут вот куриный бульон, здесь… яблоки, апельсины, еще вот грецкие орехи…
«Господи, как в больницу!» – с испугом подумал Серафим Сергеевич.
Милочка вынырнула на секунду из баула, увидела побелевшее лицо друга и пояснила:
– Ты чего так испугался? Это я специально такое притащила, чтобы ужин был не тяжелым, но сытным, в журнале вычитала. А чего ты?
Серафим перекривился в улыбке и малодушно пискнул:
– А конфеты? Я конфетки люблю…
Видимо, до конфеток Милочка не додумалась, потому что лицо ее приобрело задумчивое выражение – дама размышляла, чем их можно заменить. Может, селедкой? Она целые две рыбины приволокла…
– А у нас внизу киоск, там продают… – как бы между прочим проронил Серафим.
Милочка рванулась в подъезд. Если ее мужчина хочет конфет, она ему купит две коробки!
– Пакет возьми!! – успел крикнуть Серафим, сунул Милочке в руки ее же сумку и быстро запер двери на все замки.
Потом забежал в ванную и открыл воду на полную мощь – он знал, что поступил подло, некрасиво, но по-другому не мог, Милочка просто ничего не понимала!
Конечно, он даже сквозь шум воды слышал, как звенит ошалелый звонок, как долбится в двери обманутая дева, но только сильнее затыкал уши и вжимал голову в плечи – у него был лишь один отпуск, и провести его он хотел совсем не под Милочкиным игом, и он будет тверд!
Вечером все успокоилось, у Серафима не дергались от напряжения уши, не трепетали руки и даже сердце стало биться ровно и спокойно. Его любимые артисты по телевизору веселили его как могли, и жизнь опять сделалась прекрасной.
И снова раздался звонок.
Теперь уже Серафим на цыпочках подошел к двери, долго-долго пялился в глазок и, разглядев только коротенького, плотного мужчину с обширными залысинами, осторожно спросил:
– Кто?
– Свои, – уверенно брякнул мужчина.
«Муж хозяйки квартиры, соседи нажаловались», – мелькнуло в голове Серафима, и он открыл двери.
– Здравствуйте, – вежливо качнул он головой и отошел в сторону. – Если вы по поводу шума, так у меня тихо, можете пройти и сами посмотреть…
Мужчина в квартиру прошел, уселся в кресло и повесил голову.
«Сейчас станет выгонять или поднимет плату», – снова предположил Серафим и уставился на гостя. Гость молчал, а в голове у Серафима уже творилось черт-те что.
– И что же ты, гад, наделал? – посмотрел вдруг на него печальными глазами пришедший мужчина. – Ты ж… ты ж мою сестру…
И он с силой долбанул кулаком по колену. Следующий удар мог прийтись и по Серафиму, почему-то Серафим Сергеевич это сразу сообразил.
– Простите, – вашу сестру – это Милочку, да? Это она вам сестрицей приходится? – нервно заелозил отпускник. – А чего это вы так разволновались? Я и ничего такого!.. И даже в мыслях! Нет, ну я, конечно, выставил ее… Двери запер, все такое… но это исключительно чтоб не пострадала ее девичья честь! Она тут намедни о ней так печалилась, так печалилась… Слушайте, а у нее вообще, что ли, мужика никогда не было? Только я один попался?
Брат Милочки грустно кивнул:
– Ты у нее первый, подлец! – Потом немного подумал и добавил справедливости ради: – Нет, подлец, ты у нее второй, первый-то ее бывший муж, совсем недавно рассорились, он и оставил ее одну, мерзавец, с ребенком!.. Но и ты хорош!! Она столько дней от мужа не отходила, возле кроватки с дитем просиживала, а вчера… Стыдно сказать! Вчера ее не было черт-те сколько, а сегодня… ходит, как кавалерист – все ноги нараскаряку!! Да ты после этого уже с утра должен был возле меня на коленях стоять и руки ее просить!!! И ты, негодяй, мне еще будешь…
И как это лихо Серафим сумел увернуться! Кулак въехал аккурат в стену, отчего гость завопил и затряс рукой.
– Вот видите, вам больно! – мстительно заявил Серафим. – А мне, думаете, не больно, что вы обо мне такое могли подумать!! Это как только такое выговорили – жениться!! Еще и на коленях!! Да ваша сестра раскоряченная оттого, что вчера, как сумасшедшая, на коньках носилась! Ее бы в хоккейную сборную – цены б ей не было! Она ж… она ж меня затаскала совсем!! Я, можно сказать, в отпуске, решил отдохнуть культурно, тихонечко так на лед выехал – людей посмотреть, себя покатать, так ведь – налетела, как буйвол! Схватила! Потащила!.. Да у нас с ней вообще разные весовые категории!
Мужчина замотал головой:
– Нет, погодь… так ты чего? Это она от катка, что ль, такая… на шарнирах?
– Ну а от чего? – уже сурово уставился на него Серафим. – Вы мне тут загадками не говорите! Признавайтесь – сами-то верите, что на вашу сестрицу мог кто-то покушаться?
Гость собрал на лбу морщинки, завел глаза под лоб, и было видно по всему – не верил. Но признаваться не собирался.
– Я сразу говорю – жениться не хочу, – быстренько добавил Серафим.
– А придется… – развел руками братец. – Потому… куда ж я ее дену? У самого жисть не сложилась, так пусть хоть она…
«Так во-о-о-н оно что! – смекнул Серафим. – У самого жисть не сложилась! Сейчас сложим!»
Он тепло улыбнулся и предложил:
– Слушайте, а пойдемте чайку дерябнем?
– А водки? – вопросительно посмотрел на него гость. – У меня есть, я принес, думал, что мировую пить станем, по-родственному. Меня, между прочим, Лехой звать…
– Ну давайте уж вашу водку… Пошли в кухню…
Через полчаса за накрытым столом сидел уже пьяненький Леха, а рядом – Серафим, совсем трезвый, водку он не уважал. Серафим не переставая размахивал руками и работал языком:
– Вот ты скажи – ну на фига твоей сестре замуж, а? Нет, ты на меня смотри, а не в рюмку! Сам же говоришь – только что баба от первого своего паразита отделалась, а ты ей на шею второго паразита громоздишь! Ну чего она, рожу пьяную давно не лицезрела? Пусть отдохнет баба, дитенок успокоится, а там, глядишь, жизнь сама и наладится… И вообще, чего вы к сестре лезете, кода сами не пришей кобыле хвост? Вот вам я бы настойчиво рекомендовал жениться.
– М-мне? – уже туго соображал Леха.
– Именно! Кто вам носки стирает, рубашки чинит? Кто вас кормит, в конце концов? – наседал Серафим.